Метро до Африки - Дарья Донцова

Вот так и родился план: Дашу позовут на презентацию, скажут,что Дина двоюродная сестра Андрея, Корундов закрутит с ней роман. Если дружбасразу не сложится, организаторы шоу подожгут садовый домик и вынудят богатуюбабу пригласить к себе несчастного погорельца. Что им и удалось! Из глупойДарьи можно выкачать столько денег! Она всему поверила и совершенно спокойновпустила в дом Андрея. А как иначе? Он близкий родственник ее студенческойподруги. Все должно было завершиться свадьбой.

Только Дина не знала о собственных планах Андрея. А тотхотел навсегда избавиться от цепкой бывшей жены и поэтому начал атаку на Юлию.Андрей намеревался заставить дочь переписать на него жилплощадь, затем быстропродать «трешку», снова поменять паспорт и исчезнуть, оставив всех с носом(папочка не уточнил, какую судьбу он уготовил дочери). Но его план сорвался.Юля оказала сопротивление и даже наняла Дегтярева, а потом ее больное сердце невыдержало стресса, и Корундов остался у разбитого корыта.

Зато в Ложкине все катилось как по маслу: Андрей стал почтисвоим, давал советы по ремонту… Но ему мешала Дина. Грубая, хамоватая,авторитарная, она от всей души, почти не скрываясь, ненавидела Дашу. За что? Аза все! У госпожи Васильевой имелось то, чего лишена Емельянова: дети, уютныйдом, хорошая семья…

– С одной стороны, Дина хотела иметь под рукой щедруюскатерть-самобранку, с другой – бесилась при одной мысли о ней. Вот почему онатак нахамила тебе на презентации и стала буквально засовывать тебе в роттарталетку с салатом, – вздохнул полковник.

С Диной и Корундовым я больше не общалась, и как сложиласьих дальнейшая жизнь, не знаю. Емельянову нельзя ни в чем обвинить. Даватьденьги в долг не запрещено. План в отношении меня не был криминальным, Динапросто хотела счастья бывшему мужу и однокурснице. Все. С точки зрения закона,мадам бела, как свежевыпавший снег.

Андрею Корундову можно вменить в вину только проживание почужим документам, но большой срок за такое не дают, а еще художник попал подамнистию и был освобожден в зале суда. Убийство Люси и Зои доказать невозможно,нет улик. Останки несчастной Фатимы, полакомившейся отравленными конфетами,давно превратились в прах, умерла и Леокадия. А Юлия погибла от инфаркта.Виновных нет. Вернее, есть, но доказать причастность Андрея к этимпреступлениям нельзя. Корундов растворился на просторах России, где он – никомуне ведомо.

Рита продала квартиру Юлии, подвал замуровали, думаю, новыевладельцы и не представляют, какие трагедии разыгрывались в самой обычноймосковской «трешке».

Полина Жукова поменяла место жительства, ее тоже никак ненаказали – в Уголовном кодексе не предусмотрено статьи за подлость. Я не знаю,куда делась медсестра и какова судьба ее брата Саши. Вот Таисии я позвонила. И,когда та взяла трубку, воскликнула:

– Знаешь, я, конечно, дура! Сейчас вспомнила, как в деньпрезентации отвратительного полотна «Русь Великая» ко мне в туалете подошладама и бросила вскользь фразу: «Бедный Андрюша! Говорит, он мечтал избавитьсяот своей напористой женушки и сумел развестись, но Дина-то его не бросила…» Мнебы обратить внимание на ее слова, понять, что Корундов и Дина ранее былисупружеской парой, может, тогда бы я не стала выполнять твою просьбу, непоехала в Глухово спасать несчастного погорельца. Но почему ты решила участвоватьв обмане? Как ты могла!

– Я хотела помочь Андрюше, – ответила Тася. – Он не понятыйлюдьми гений, удивительный человек, тонкий, ранимый, нежный. Мой долгподставить ему плечо…

Я не дослушала Волкову и бесцеремонно отсоединилась. Увы,очень часто из благих побуждений люди делают редкостные гадости.

В начале июля к нам вместе с шарпеем Ричардом приехал АртурПищиков.

– Что это с Хучем? – изумился приятель, разглядывая мопса. –Он не болен? Очень странно выглядит! Попа худая, грудь большая, и ходит боком.Эй, Риччи, сиди с папой!

– Не кричи на пса, – вздохнула я, – у нас безопасно, пустьносится по дому.

– Безопасно для кого? – засмеялся Артурчик. – Риччинастоящий разбойник! Везде пролезет, моргнуть не успеешь, как что-нибудьслопает! Вчера сожрал у меня всю подшивку газеты «Жизнь». Убил архив!

– Он просто еще маленький, – пояснила Маня. – А Хуч ходитбоком потому, что у него центр тяжести сместился. Мопса протащили по всемврачам. Вердикт – здоровее не бывает! Все ветеринары только руками разводят. Ана пузе у него какое-то раздражение появилось.

– Эх, жаль, крем закончился, – подала голос Ирка.

– Какой? – спросила Маня.

– Дарь Иванна велела им мопсу живот мазать, – зачастиладомработница. – У него раздражение и раньше было. А это средство такое хорошее…Правда, подействовало не сразу, я две упаковки извела. А сейчас онозакончилось, и кожа снова шелушится.

– Ты использовала какую-то мазь? – насторожилась Машка. –Почему мне не сказала?

– Так Дарь Иванна велела. – Ирка мигом свалила на меняответственность.

– Мусечка не ветеринар! Она могла посоветовать совсем не тосредство, – твердо заявила Машка.

– Погоди, Манюня, – улыбнулся Пищиков, – думаю, Дашутаничего плохого не сделала.

– Один раз она перепутала пузырьки, – ожила Зайка, – иналила мне на порез не перекись, а борный спирт!

– Ерунда, – защищал меня журналист.

Я с благодарностью посмотрела на Артурчика. Завтра же, чтобысделать ему приятное, оформлю годовую подписку на газету «Жизнь».

– Жаль, мы не знаем, чем мазали Хуча, – вздохнула Маня.

– Эт-та почему? – заорала Ирка. – Вот банка, я из помойкивынула.

– Франция, – констатировала Маня, вертя упаковку, – крем длятела.

– Вот видишь! – обрадовался Артур. – Ничего особенного,гормонов там нет.

– «Попа-грудь, – читала девочка вслух текст на банке, –уникальная разработка. Втирайте каждый день небольшое количество средства вбедра, живот и ягодицы. Через две недели ваш бюст прибавит как минимум дваразмера». Это что?

– Где? – заорала Зайка и выхватила у Маруськи баночку. –Откуда взяли? На телестудии только и разговоров о нем, наши тетки записываютсяна новинку! Откуда она у нас? Почему ею мопса мазали? Зачем ему шикарный бюст?

– А как же жир перетекает? – заинтересовалась Маня.

– У Дарь Иванны взяла! – переорала ее Ирка. – В ваннойстояло, две штуки! Она мне велела им Хуча мазать!