Империя смотрящего - Евгений Сухов

Квартира близ Калининского проспекта была конспиративной. Оборудованная современной техникой, она могла служить как помещением для переговоров, так и для наблюдения. Техническое оснащение стоило недешево, но экономить на безопасности было грешно. Маркелов нередко приводил сюда деловых партнеров «Российского ковчега», здесь он проводил скрытое тестирование на достоверность информации. Во всяком случае, тремор-детектор, способный уловить малейшее изменение голоса, когда партнер говорил неправду, не бездействовал. Беляев не ставил подпись на серьезный документ до тех пор, пока не получал заключение начальника службы безопасности. Некоторые из коллег, пользуясь расположением Маркелова, приводили сюда девиц, совсем не подозревая о том, что каждый сантиметр помещения просматривается объективами широкофокусного разрешения.

Маркелов закрыл за собой дверь. С минуту постоял на лестничной площадке — на тот случай, если Лиза надумает выскочить следом. После чего вошел в соседнюю квартиру и дважды повернул замок.

Здесь размещалось техническое оборудование, позволяющее контролировать каждый шаг наблюдаемого объекта, — видеокамеры и микрофоны были замаскированы даже в ванной комнате и в туалете.

Маркелов включил компьютер и нажал на клавишу. А вот и гостья! Теперь в ней не было ничего от той скорбящей барышни, какой она выглядела всего лишь несколько минут назад. Торопливыми движениями она попыталась повернуть ручку сейфа, но та не поддавалась, и Елизавета, лихорадочно дергая за нее, пыталась справиться с неприятностью.

Ее можно было понять. Надо торопиться, ведь ее могут вычислить и разоблачить. Контрразведка «Российского ковчега» могла узнать о ее истинной роли.

Неожиданно она застыла. Что-то ее насторожило. Может, догадалась о спрятанном в картине объективе? Интуиция у женщин развита гораздо сильнее, чем у мужчин. Однако всматривалась она недолго, каких-то секунд тридцать, потом с той же горячностью вновь пыталась распахнуть дверцу сейфа.

Маркелов поймал себя на некотором сочувствии.

— Не так надо, девочка. Сначала открываешь ключом, а уже потом поворачиваешь ручку.

Отчаянно дернув за ручку, Лиза зацепилась рукавом за угол сейфа, и Маркелов услышал треск рвущейся материи. Лиза несколько секунд отрешенно смотрела на испорченное платье, а затем грубовато выругалась.

— Что же ты так, девочка? — вполне искренне посочувствовал Маркелов, пододвинув кресло поближе к монитору. — Надо бы тебе действовать как-то поосторожнее.

Наконец Лиза сумела совладать с сейфом. Раздался негромкий щелчок, и дверца открылась. Судорожным движением, даже не взглянув на содержимое папок, она сгребла их все вместе с дискетами в полиэтиленовый пакет. Одна из дискет, выскользнув из рук, упала на пол. Наклонившись, Лиза подняла ее и уложила вместе с остальными, после чего закрыла сейф.

На ее лице Маркелов не увидел никакого торжества, просто спокойствие и удовлетворение от хорошо выполненной работы. Девочка держалась хорошо, расслабляться себе не позволяла.

Лиза подошла к трюмо. Одернула платье, посмотрела на себя сбоку. Единственный недостаток, — разорванный рукав, — профессионала он может натолкнуть на вполне конкретные размышления. Подняв папку, она прижала ее к талии — теперь рваный рукав не так заметен. С минуту она стояла перед зеркалом, стараясь придать лицу скорбное выражение. А когда ей наконец это удалось, Лиза неторопливым шагом направилась к двери. Стукнув по клавишам, Маркелов приблизил изображение. Еще один щелчок по клавишам, и он наложил на ее фигуру бриф-контролер. Дыхание у Лизы было частым, неглубоким, женщина волновалась — все-таки операция вступала в завершающую стадию. Однако внешне это не проявлялось — Лиза всецело контролировала свои эмоции.