Вредность не порок - Лариса Ильина

— Стасу синяки набили… — поправила я, хорошо поняв, что теперь дорогая подружка просто так не отцепится.

— Ну да… Слушай, Стаська. — Тут она принялась тормошить меня за руку, так что открыть глаза все же пришлось. — Я так за вас рада! Вот ей-богу рада! Стас, он ведь…

— Я знаю, — улыбаясь, сказала я.

Надька подпрыгнула на сиденье, отчего машина заходила ходуном, и снова дернула меня за руку:

— Стась, а бабка-то что?

Тут я приподнялась на локте и отозвалась:

— Надька, если скажу — не поверишь…

Та заволновалась:

— Так ты скажи сначала…

— Бабка нас благословила…

— Иди ты… — недоверчиво протянула Надька и даже переспросила:

— Бабка Степанида?

— Ну а кто еще? Мы когда из города вернулись, она немного странная была… Тихая такая, все чего-то думала… А вечером, как спать идти, я на пороге комнаты остановилась, на бабку глянула. Она на меня. Тут Стас подошел и меня обнял. Ну, думаю, сейчас мы оба окажемся на улице… Бабка все смотрит. Стас говорит: «Пошли!», и в комнату шагнул, а Степанида вдруг перекрестилась и говорит: «Подойдите!» Конечно, мы подошли. А она притащила икону… Свечу, говорит, венчальную я уж за вас сожгла… Я тебе честно скажу, мы со Стасом малость растерялись… Ну ты же бабку знаешь… И благословила…

Надька задумчиво прошептала:

— Вот тебе и бабка Степанида… — Она немного посидела, уставившись в потолок задумчивым взглядом, и вдруг оживилась:

— Слушай, Стаська, а как ты догадалась?

— О чем? — не поняла я, и подруга кивнула за окно на работающий экскаватор. — Ах, это… О чем бы ты переживала, если бы утопила свой «Мерседес»?

— «Мерседес»? — уточнила Надька. — Я бы не переживала. Я бы сразу повесилась…

Я согласно кивнула:

— Это точно… А Ефим первым делом вспомнил о вещах… В багажнике. Понимаешь, мы же ехали в Москву, и никого об этом он предупреждать не собирался… Ни Гордея, ни Бешеного, ни Сову… И когда мы остались без машины, деваться ему уже было некуда. Пришлось искать Бешеного. А пока мы сидели у Бешеного на даче, Ефим куда-то уезжал на его машине. И в это же время я поняла, что Бешеный и не подозревал о том, что мы пытались уехать в Москву. И когда Ефим вернулся, они даже чуть не подрались. Чего уж ему наплел Ефим, не знаю. Но врать он был большой мастер. А я увидела, что его кроссовки перепачканы чем-то весьма странным… — Я потянулась и распахнула дверцу машины. — Смотри…

Видишь, какая здесь земля? Черная, с зеленью, словно с тиной? Он приезжал сюда и пытался сообразить, как вытащить машину. И поскольку он отсюда не уехал, значит, сделать этого не смог. Поэтому и держал меня как запасной вариант. Чем черт не шутит, вдруг бы чего обломилось…

— Матерь божья, — вздохнула Надька, — вот сволочонок оказался! Но как смотрел!

— Да, — согласилась я, — уж чего, а смотреть он умел…

И, уютно устроившись на сиденье, закрыла глаза и моментально заснула.

— Стаська, Стаська, иди скорее! — Не разобрав спросонья, в чем дело, я подскочила и едва не боднула головой возбужденно вопящую Надьку. — Вставай же, корова, багажник торчит!

— Кто торчит? — не сразу въехала я, но тут же вскочила.

Я шустро вылезла на свежий воздух и подошла к ребятам. Ленечка тем временем поспешно отгонял экскаватор к дороге. Как оказалось, пока он рыл новую яму рядом с той, куда нырнул «Мерседес», земля под тяжелыми гусеницами разъезжалась прямо на глазах. Поэтому Ленечка не стал дожидаться, пока экскаватор присоединится к «Мерседесу». Посмотрев на результаты их трудов, я поняла, что расчет оказался ювелирно точным.

Новая яма была выкопана с тем расчетом, чтобы слить в нее жижу из первой чуть ниже уровня багажника «Мерседеса». Яма, в которой тот находился, была достаточно узка, чтобы он опустился на колеса, и машина находилась в вертикальном положении. Экскаватор сломал тонкую глиняную перемычку между ямами, и теперь нашим взглядам предстал торчащий вверх густо облепленный грязью багажник.

— И как его открыть? — Надежда в ожидании переводила взгляд со Стаса на Ленечку и обратно. — Края под ногами плывут…

— Ничего, — бодро отозвался Стас, — сейчас придумаем…

Мы с подругой благоразумно удалились на безопасное расстояние, с интересом наблюдая за действиями сильной половины. Часа через полтора раздалось радостное: «Есть!»

— И что там? — замирая, вопросила подруга.

— Грязь там, — бодро ответил Ленечка и посмотрел на Стаса:

— Давай багор соорудим?

Наконец еще через полчаса я увидела, как напряглись мышцы на спине у Стаса и он осторожно потянул наверх багор, на конце которого болтался какой-то большой грязный шлепок.

— Ой, — я хотела обрадоваться, но не получилось, — это же моя сумка… Ключи.., документы…

Пока мы с Надькой удрученно разглядывали этот зеленовато-черный, дурно пахнущий комок с ручками, Стас снова воскликнул:

— Есть!

На сей раз на конце багра оказалось что-то не менее грязное, смутно напоминающее очертаниями портфель-дипломат". Стас стряхнул его на землю и бросил багор.

Они с Ленечкой оглядели друг друга с ног до головы, и Стас поинтересовался:

— Я такой же грязный, как ты?

— Еще хуже, — уверила его Надька, а я пошла к «четверке»:

— У меня канистра с водой есть…

Пока мы отмывали мужиков, я раздумывала, как вести себя в этой весьма деликатной ситуации. Конечной целью наших раскопок Ленечка не поинтересовался, и вообще мне показалось, что, согласившись нам помогать, он просто преследовал какую-то свою цель. Однако выйти из затруднительного положения мне неожиданно помог сам Ленечка. Отмывшись как следует, он широко улыбнулся и сказал:

— Ну ладно, если мы все, что надо, вытащили, тогда я поехал. Мне еще к Петровичу экскаватор гнать… — И, развернувшись вдруг к Надежде, спросил:

— Надя, вас до дому не подвезти?

Я с трудом удержала челюсть на месте. Это на экскаваторе-то? Но Надька, по-моему, готова была ехать даже на козле, поэтому она с живостью кивнула и засветилась, словно стоваттная лампочка. Мы со Стасом молчали, несколько смешавшись, а Ленечка ловко изогнул ручку бубликом, предложив дорогой подруге посильную помощь в передвижении до транспортного средства.

— Только имейте в виду, — предупредил нас он, — к вечеру яму может снова залить, а к утру точно зальет, так что если еще чего надо, времени не теряйте…

— Спасибо! — дружно отозвались мы со Стасом. — До свидания!

— Пока! — пропела Надька и задрала нос вверх.

— Заезжайте в гости! — крикнул напоследок Ленечка, и через мгновение золотая шевелюра исчезла за зелеными кустами.