У прокурора век недолог - Татьяна Полякова

— Я тебе не верю.

— А мне наплевать. Еще раз тебе повторяю: я не ищу стобой встреч. — Трубку я бросила и пригорюнилась: такой человек, какАкимов, мог доставить мне массу неприятностей. И неприятности не замедлилиявиться. Поначалу произошел совершенно незначительный случай, на который я и необратила внимания, затем неприятности хлынули мощным потоком, в результате чегомне пришлось отправиться в длительный отпуск без содержания. На счастье,подвернулась работа: еще одна известная в городе дама решила написать мемуары.

Как-то вечером Акимов позвонил вновь.

— Надеюсь, в мозгах у тебя прояснилось? — спросилон язвительно.

— Валерий Федорович, — заявила я, — год назадя считала вас нормальным бабником, теперь вижу, что вы обыкновенный подонок.Успехов вам на этом поприще.

На следующий день, возвращаясь из магазина, я обнаружилавозле своего подъезда белую “Волгу”. За рулем сидел Акимов.

— Садись, — кивнул он при моем приближении.

Я направилась к подъезду, он догнал меня уже наступеньках. — Ты что, не слышала? — спросил он сердито.

— Я и сейчас не слышу, — ответила я.

— Прекрати. Нам надо поговорить.

— Валерий Федорович, — я тяжко вздохнула, — явас знать не знаю. Надеюсь на ответное чувство: будем считать, что мояфизиономия вам тоже не знакома.

— Чушь. Ты искала со мной встречи.

— Это ваши фантазии, не мои. До свидания.

— Можешь выходить на работу, я все устрою, —совершенно неожиданно заявил он.

— Без надобности, я нахожусь в творческом отпуске, пишукнигу. — В этот момент из подъезда вышла соседка. Воспользовавшись этим, ябуркнула:

— До свидания. — И поспешно удалилась.

Как видно, Акимов был из тех мужчин, что не выносят слова“нет”. Дня через три он позвонил вновь.

— Почему бы нам не встретиться? — Голос его звучалв высшей степени любезно.

— С какой стати? — удивилась я. — Наш романприказал долго жить больше года назад.

— Старая любовь долго не забывается, — теперь онсмеялся.

— Не знаю, что вы называете любовью. Я прибыла накурорт с совершенно определенной целью: немного развеяться после очередногонеудачного романа. Когда вы уехали, я перебралась в гостиничный номер этажомвыше. С парнем, обитавшим там, я познакомилась чуть раньше и держала его прозапас. Он оказался как нельзя кстати.

— Ты врешь, — спокойно сказал Акимов. —Теперь мне понятно: мой отъезд явился для тебя настоящим ударом. Тогда мнепришлось действительно срочно уехать, и я не успел предупредить тебя. Яповесила трубку, и с этого момента Валерий Федорович превратил мою жизнь внастоящий ад. Последний раз мы виделись в пятницу. Он приехал часов в десять,когда я собиралась лечь спать. Вел себя безобразно. Я пригрозила, что всерасскажу его жене, это не подействовало; я схватила телефонную трубку и набраланомер милиции. Только после этого Акимов убрался из моей квартиры. А сегодняего нашли мертвым.

Расскажи я правду о наших отношениях, головной боли у менятолько прибавится. То, что Акимов оказался в моей новой квартире, неудивительно(о ее существовании он знал). Вопрос: как он в ней оказался? А главное, кто егоубил? Я терзала себя этими мыслями до самого утра.

Наконец в соседней комнате зазвонил будильник. Ольгапрошлепала в кухню, включила чайник, а я вздохнула: предстоящий день не обещалничего хорошего.

На этот раз следователь выглядел каким-то несчастным. Вскорепричина стала ясна. Если верить судебно-медицинской экспертизе (а кто ж ей неповерит?), Акимова убили около семи часов, как раз в то время, когда янаходилась недалеко от Главпочтамта и канючила бензин у добрых людей. Мужчину,который мне помог, отыскали и устроили нам очную ставку. На счастье, он хоть ибыл напуган, но меня узнал и все сказанное мною охотно подтвердил.

Но на этом следователь не успокоился, и вскоре я имела счастьевстретиться с шофером “КамАЗа”.

Он тоже меня узнал, а заодно и помогавшего мне мужчину(звали его Александр Васильевич): из своего кухонного окна он видел, как тотцеплял трос к моей машине.

После показаний свидетелей лицо следователя приобрелострадальческое выражение, из чего я сделала вывод, что, кроме меня,подозреваемых у него нет, а я теперь вроде бы вовсе не подозреваемая, раз намомент убийства имею железное алиби. Но радоваться я не спешила: то, что нароль убийцы никого не нашлось, здорово меня пугало — ведь кто-то дважды ударилАкимова ножом, да еще в моей квартире. Валерий Федорович не из тех людей, чьеубийство быстренько забудут, а дело сдадут в архив. На моем веку прокуроров вгороде не убивали, следовательно, менты будут рыть землю носом, и еще вопрос,что нароют. О любовной истории они пока не знают, а когда узнают (не дай бог),возьмутся за меня всерьез, сляпают классический любовный треугольник и отправятгода на три за соучастие…

Я почти убедила себя, что так оно и будет, и почувствоваланеобходимость выпить валерьянки.

— А вот этот Олег Исаев — он в какие часыработал? — вроде бы между прочим спросил следователь, а я поежилась. Олегмолодой мужчина, симпатичный, идеально подходит на роль третьего угла влюбовном треугольнике. Кстати, а что, если он действительно имеет какое-тоотношение к происшедшему, ведь как-то Акимов попал в мою квартиру? И ключи…Олег знал, где лежит еще один комплект ключей. Тут я сообразила, что от меняждут ответа, и пожала плечами:

— Понимаете, он не все работы делает сам, иногдакого-то приглашает. Электрика, например. В квартире проводку меняли, там ведьпожар был… Кроме меня, у Олега еще есть клиенты, я ремонт на полгода растянула,деньги — то есть, то нет… Никакого графика работы у Олега, насколько мне известно,не заведено, работает, когда удобно.

— То есть он вполне мог быть в вашей квартире в тотвечер?

— Мог, — вздохнула я. — Он должен былповесить гардины.

— Так. А он вам ничего не говорил, когда конкретнособирался это сделать?

— Он просто сказал — заеду, повешу. Олег здесьсовершенно ни при чем, — заторопилась я. — Сами подумайте, зачем емуубивать прокурора?

— А с его женой вы знакомы?

— С Татьяной? Да.

— Дружите?

— Виделись раза два, может, три. А что?

— Алла Сергеевна, вопросы в этом кабинете задаю я.Какие у них отношения с мужем?