Диджей сарафанного радио - Ирина Хрусталева

– Да нет, ничего не имею, – пожала вдова плечами. – Я, конечно, дам вам его визитку, только не думаю, что он вам что-то расскажет. Наш адвокат умеет хранить семейные секреты, – заметила она.

– Мне совершенно ни к чему ваши семейные секреты, меня интересует конкретный вопрос, – сухо проговорила Валерия. – Я слышала, что президент компании «Содружество-плюс» и ваш муж были друзьями? Это действительно так?

– Да, они были друзьями, – сдержанно ответила Чернова. – Только толку от этой дружбы ноль, как теперь выяснилось.

– И наверняка Кошелев был вхож в ваш дом? – задала Валерия следующий вопрос.

– Естественно, – пожала Людмила плечами. – Мы дружили семьями, я часто виделась с его женой.

– А после смерти мужа вы продолжаете встречаться?

– Нет, в последний раз я видела их на похоронах Вадима. А жена Николая даже звонить мне перестала, – невесело усмехнулась женщина. – Крысы разбежались с тонущего корабля.

– Как же так, ведь они дружили?

– К сожалению, уважаемая Валерия Алексеевна, в мире богатых людей все совсем по-другому. Здесь нет настоящей дружбы, здесь дружба по социальному статусу и по размерам кошелька. Здесь даже нельзя себе позволить пересесть на более дешевую машину, пусть она тебе и очень нравится. Сразу же решат, что у тебя проблемы, и начнут потихоньку отодвигаться. А некоторые даже здороваться перестанут, – невесело усмехнулась вдова.

– Все так запущено? – хмыкнула Лера.

– Да, вы, наверное, правильно выразились, именно запущено, – согласилась Чернова. – И ничего здесь не сделать.

– Ладно, Людмила Станиславовна, вернемся к нашим проблемам.

– Я вас внимательно слушаю.

– Дело в том, что та самая женщина, о которой я вам говорила, юрист компании, старалась доказать, что руководство поступает не совсем законно и что вашей семье они просто обязаны выплатить страховку. Я не буду рассказывать, что и как происходило, скажу лишь одно. Женщина умерла от сердечного приступа, и есть версия, что этот приступ спровоцирован.

– Что значит – спровоцирован? Вы хотите сказать, что ее убили? – удивленно спросила Людмила.

– Да, есть такие предположения.

– А чем же я могу помочь в этом случае? Не считаете же вы, что я причастна к этому каким-то образом?

– Нет, что вы, – замахала Лера руками. – Как вам могло такое в голову прийти?

– И кто же это сделал, уже известно?

– Предположительно это Игорь Прошин, один молодой человек, друг Надежды. Он тоже работает в «Содружестве-плюс». Но у него стопроцентное алиби, подтвержденное тремя свидетелями, и, представьте себе, именно работниками того же «Содружества-плюс», – с иронией усмехнулась Валерия. – Сам вице-президент компании, его секретарша и уборщица, которая убирается на его этаже и в кабинете. Смешно, правда?

– Было бы действительно смешно, если бы не было так грустно, – проговорила Людмила. – Мне ужасно не по себе, что из-за меня, вернее, из-за какой-то страховки, погибла девушка-юрист. Лучше бы вы мне этого не говорили, – передернула плечами она и плотнее закуталась в шаль. – Я надеюсь, что преступник понесет наказание? – хмуро сдвинула брови вдова. – Зачем вы мне только это сказали? – повторила она.

– Я должна была вам это сказать, иначе наша с вами беседа не имела бы никакого смысла, – объяснила Валерия. – Да, Надежда, юрист компании, погибла, и погибла именно из-за вашей страховки. И теперь, чтобы доказать это… Впрочем, к данному вопросу мы с вами потом вернемся. Просто чтобы быть точно уверенной, что ваш муж погиб вследствие несчастного случая, а не застрелился сам, мне нужно кое-что знать.

– Если честно, то я мало что поняла, но все равно спрашивайте, – нехотя согласилась Людмила.

– Вы готовы ответить на мои вопросы?

– Например? – ушла от прямого ответа вдова.

– Как он вел себя в последнее время? Были ли у него враги? Не заметили ли вы что-нибудь необычное в его поведении? И все такое прочее. Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду?

– Да, я прекрасно вас понимаю, госпожа Протасова, – немного раздраженно ответила вдова. – И у меня складывается такое впечатление, что вы совсем не тот человек, за которого себя выдаете.

– То есть? – удивленно вскинула Валерия брови.

– Скажите мне прямо. Вас прислали из компании? – в лоб спросила ее Людмила.

– С чего такие предположения? Я не имею к страховкам совершенно никакого отношения. Я же вам сказала, что расследую смерть юриста той самой компании по просьбе ее родственников.

– Тогда зачем эти вопросы о том, как вел себя мой муж? Были ли у него враги? Какое отношение все это может иметь к смерти юриста компании? – с нажимом поинтересовалась женщина.

– Но я же вам объяснила, что смерть вашего мужа и смерть этой девушки тесно связаны между собой. Простите, я, кажется, не совсем правильно выразилась, – нахмурилась Валерия. – Смерть вашего мужа повлекла за собой смерть юриста компании, потому что она была уверена, что страховка должна быть выплачена. Надежда Викторовна полагала, что с вашим мужем произошел несчастный случай и компания обязана выплатить вам страховку. А в результате она умирает. Теперь вы понимаете, почему я задаю вам такие вопросы?

– Понимаю, но… не совсем, – ответила Чернова.

– Хорошо, постараюсь объяснить более подробно, – вздохнула Валерия. – Прежде чем приступить к расследованию смерти Надежды, я должна быть уверена, что с вашим мужем действительно произошел несчастный случай, или…

– Или что? – нахмурилась вдова.

– Или убийство, – совершенно спокойно ответила детектив.

– Убийство?! – округлила глаза Людмила. – Но кому понадобилось убивать моего мужа?

– Это уже совершенно другой вопрос, – ответила Валерия. – И если вдруг я действительно приду к такому выводу, этим уже будет заниматься милиция. Мне важно знать, что ваш муж не кончал жизнь самоубийством, только после этого я смогу продолжать следствие в нужном для меня и моей клиентки направлении. Для вас это ничего не меняет, и в том, и в другом случае вам положена страховка. Вот это я и должна знать, чтобы продолжить вести расследование о смерти юриста, – повторила она. – Теперь вы понимаете, почему я задаю вам вопросы такого характера?

– Да, все понятно, – кивнула головой Чернова. – Я постараюсь ответить на ваши вопросы. У Вадима не было причин кончать жизнь самоубийством. У него все было прекрасно на работе и в семье, у нас очень хорошие отношения. Мой муж очень любил сыновей, у нас два мальчика, они близнецы. И вообще, если бы вы знали Вадима, вы бы поняли, что перед вами человек, который любил жизнь в любых ее проявлениях. Он никогда не отчаивался, что бы ни случилось. Он был неисправимым оптимистом во всем и всегда говорил, что проблемы нужно уметь решать по мере их поступления, а не накапливать их до критической точки. Насколько мне известно, у него не было никаких проблем. Еще раз повторю, что у моего мужа не было причин уходить из жизни, это нонсенс!