В любви каждый за себя - Марина Серова

– В милицию загляну, узнаю, что у них по этому делу имеется. Может, чем-нибудь и разживусь.

– Не очень-то я в этом уверен. Но попробовать, конечно, стоит. Что ж, до встречи! Запиши мои номера телефонов: домашнего и сотового. Если что узнаешь, сразу звони.

– Говорите, то есть говори, я так запомню. У меня хорошая память.

– Судя по тому, что ты постоянно забываешь, что мы давно на «ты», не такая уж и хорошая, – он снова улыбнулся.

– Это дело другое. До встречи!

* * *

Из дома Нины Еремеевны я отправилась в супермаркет, где обзавелась бутылочкой приличного, если судить по цене, коньяка. Не для себя, конечно.

Я намеревалась навестить своего знакомого полковника УВД Трубного района Григорьева Александра Александровича, а по-простецки – Сан Саныча. Я с ним познакомилась, когда распутывала сложное дело об исчезновении девочки-подростка. Это было довольно давно, и я даже не была уверена, узнает ли меня полковник. Я на него тогда произвела очень хорошее впечатление, так что, может, и узнает. Я позвонила ему по сотовому и спросила, не сможет ли он уделить мне немного времени.

– Я – Татьяна Иванова, частный детектив. Вы меня не забыли?

Он действительно не забыл и, когда я пришла, встретил меня очень тепло, чуть ли не с распростертыми объятиями:

– Танечка, родная ты моя, какими судьбами? Здравствуй, дорогая! Проходи, проходи. Садись, рассказывай, как поживаешь.

Я улыбнулась ему одной из самых своих очаровательных улыбок.

– Здравствуйте, Сан Саныч. Живу потихоньку… А вы как?

Он махнул рукой.

– Столько всего навалилось, одно слово – рутина. Сейчас мы с вами, Танечка, чаек сообразим.

После поминок я была, что называется, под завязку, но от чая отказаться не рискнула. За чаем люди становятся добрее, ближе. Так мне будет проще получить от него информацию.

Он вскипятил чай и налил в граненые стаканы.

– Сахар сама клади, по вкусу.

Я задумчиво помешивала свой чай и размышляла, с чего бы мне начать. И решила начать с приятного:

– А я к вам с подарком, Сан Саныч.

Он отхлебнул из стакана и лукаво улыбнулся:

– С чего бы это? Я ж твои методы подкупа должностных лиц уже знаю.

– Тем лучше, – рассмеялась я. – Значит, не надо ходить вокруг да около, а можно сразу в лоб.

Я поставила свой стакан и извлекла из полиэтиленового пакета изящную коробочку.

– Это вам. – Я поставила коробочку на стол.

– Мило, Танечка, очень мило. Весьма тронут. Но я полагаю, что это не случайно. Так что выкладывай, что тебя привело ко мне.

– Старушка.

– Старушка? – удивился полковник. – Это как понимать?

– На днях в диком парке – так написано в газете – убили старушку. Очень бы мне хотелось взглянуть на это дело.

– Ух ты! Интересно, кто же в этой семейке способен оплатить услуги частного детектива. Да еще такого дорогого. Очень интересно.

– Да ничего особенно интересного. Сын подруги этой старушки считает делом чести найти убийц.

– Понятненько.

Вновь отхлебнув чаю, Сан Саныч шумно вздохнул:

– Безнадега, наверное, Танечка. Я бы с удовольствием тебе это дело передал, если бы ты в каком-нибудь другом отделении милиции работала и вдруг бы за ним пришла. Сплавил бы с радостью. Опять нам весь процент раскрываемости испоганит.

– Что так мрачно?

– Ты понимаешь, ни одного свидетеля. Мои ребята все дома близлежащие обошли, и ничего, тишина. Никто не видел, никто ничего не знает. И от собаки проку мало оказалось: следы уже затоптаны. Вот такие пироги: хочешь, ешь, хочешь, под стол бросай.

Мы оба помолчали, наслаждаясь вкусным чаем.

– Что это за парк? Это за заводским клубом, что ли?

– Ну да.

– Где ее там нашли?

– У пруда прямо. Три звонка было и в «Скорую», и в милицию. А приехали – нет никого. Ни один не дождался. Да поздно уже было, черт побери. Мы туда около одиннадцати приехали.

– Одним словом, дело ясное, что дело темное.

– Вернее не скажешь.

– Можно мне посмотреть дело?

– Отчего ж нельзя? Можно, конечно. Только вряд ли тебе это поможет.

Он поднялся, убрал мой презент в сейф и вышел, попросив меня немного подождать.

Через минуту полковник вернулся с тощенькой папочкой.

– На вот, смотри. Немного тут, прямо скажу. Не буду тебе мешать. Поделишься потом впечатлениями.

Он вышел из кабинета, а я, отодвинув стакан с недопитым чаем, открыла папку. Материала действительно было кот наплакал.

Бригада прибыла на место происшествия в двадцать два пятьдесят. Описание места происшествия и нанесенных телесных повреждений, несовместимых с жизнью, – вот, собственно, и все, чем располагали правоохранительные органы. Следы затоптаны так, словно там паслось стадо бизонов. Ни бычков, ни орудия убийства.

Единственное, что я узнала нового, так это то, что труп лежал на спине, нападение совершено сзади, денег у убитой не было найдено. Из личных вещей – только тросточка. Похоже, зря я на коньяк разорялась. Нападавших, предположительно, было двое. Получается, что старушку ограбили. Все говорило за это.

Я внимательно изучила все фотографии места происшествия, чтобы легче было на местности ориентироваться.

Когда вернулся полковник, я допивала уже совсем остывший чай.

– Ну и как?

– Впечатляет. Вы мне пару фотографий не отпечатаете, чтобы я могла это место без проблем найти?

– Да запросто.

Пока печатали фотографии, он попытался выяснить, что имеется у меня по этому тухлому делу. Я только руками развела:

– Вот что у вас в деле прочитала, то и имею. Полагаю, что нападение было совершено с целью ограбления.

– Мы тоже приняли эту версию как рабочую, только все дело в том, что внучка утверждает, будто у бабушки не было с собой больших денег, только мелочь какая-то.

– А квартира Нины Еремеевны на кого оформлена, уже выяснили?

Он не успел ответить.

– Сан Саныч, – в кабинет заглянул молоденький лейтенантик, – у меня к вам дело.

– Говори, что за дело.

Лейтенантик подозрительно покосился в мою сторону.

– Да говори, говори. Это наша коллега, детектив Татьяна Иванова. Правда, частный. Но она человек порядочный.

– Там дамочка одна горластая пакетик интересный принесла. С героином.