Инь, янь и всякая дрянь - Дарья Донцова

– Йес, мэм! Больше не повторится, мадам босс!

– Ты можешь открыть сайт «Лучшие времена»?

– Какой?

– «Лучшие времена».

– Давай по буквам.

– «Эл», то есть Леонид, потом «у» – Ульяна, – принялась я диктовать, – чай, шатер, Иван, Елена, Владимир.

– Джастин моменто! – пропел Коробков. – Хрень получается. Нема сайта «Леонид, Ульяна, чай, шатер, Иван, Елена…»

– Ты писал слова полностью?

– Ну!

– Совсем плохой? Нужно взять заглавные буквы!

Дима кашлянул.

– Простите, я не успевал в школе, да и давно это было. Забыл, какие буквы у нас считаются заглавными! Пожалуйста, растолкуйте инвалиду ума.

– Ты издеваешься?! Немедленно войди в сайт «Лучшие времена»!

– Еще раз повтори, да почетче.

– «Лучшие времена»!

– А нет такого.

– Не может быть! Я держу в руках визитку, на ней четко указано – «Лучшие времена.ru».

– Ах там еще и «ру»…

– Нет, ты точно насмехаешься!

– Почему? Могло стоять «ком» или «бу», к примеру, – спокойно ответил Коробков, и я ему вдруг поверила.

– Дима!

– Что?

– «Лучшие времена. ru».

– Не открывается, – с искренним разочарованием сказал хакер. – Может, ты забыла какую ерундишку? Типа тире, запятой, скобочки.

– Лучшие времена точка ру.

– Значит, там есть точка…

– Дима!

– Что, моя радость? Извини, снова облом.

– Ну неужели ты не способен справиться с элементарным заданием? – взвыла я.

– Я давно сижу на сайте, – прошептал Коробков.

– Идиот!

– Право, обидно слышать несправедливые слова от любимой женщины! Но я вытерплю. Что ты хочешь?

– Всю информацию из Интернета.

– Вау! Всю-всю? Не один день качать придется!

– С сайта «Лучшие времена».

– Читаю. «Вам надоел бешеный ритм жизни? Раздражают родственники, соседи, люди в метро и на улицах? Вас охватила депрессия, а лекарства не помогают? Не пейте таблетки, они превратят вас в наркоманов. Огромный мегаполис давит простых людей, как великан тараканов. Вам не удастся спрятаться от тоски в городе. Приезжайте в „Лучшие времена“!»

– Это отель? – удивилась я.

– Поселок единомышленников, – пояснил Димон. – Дать адрес?

– Записываю, – отозвалась я.

– Улица Калашникова, она за Теплым Станом. Ранее являлась центральной магистралью деревни Караваевка.

– Ага, поняла, спасибо.

– Эй, погоди, не хочешь узнать про блузку?

– Димочка, ты выяснил что-то об одежде несчастной Оксаны? – возликовала я.

– Сначала увеличил изображение воротничка и пуговиц, – начал отчет Коробков, – выделил отличительные признаки, сравнил их с образцами…

– Короче!

– Тебе неинтересен путь к истине?

– Мне важен результат!

– Грубо, но по-человечески понятно. В момент смерти Оксана была одета в блузку французской фирмы «Рюи Блаз». Вещь не очень дорогая, вполне доступная по цене, но редкая. Эти блузки не распространены в Москве, может, потому, что они очень простые, без стразов, вышивок, золотых нитей и прочих прибамбасов. Ну, разве чуток искусственного жемчуга имеется. Открыт фирменный магазин, там представлен весь ассортимент.

– Где находится лавка?

– Улица Калашникова.

– Минуточку… На одной магистрали с «Лучшими временами»?

Дима вздохнул:

– «Лучшие времена» – это, похоже, коттеджный поселок, который находится в зоне Москвы. Думается, когда его возводили, жители полагали, что окажутся в тихом месте, но прогресс разбушевался, город подобрался к Караваевке вплотную. Раньше там, кстати, была территория интерната для умственно отсталых детей. Непонятно, есть ли сейчас в «Лучших временах» постоянные жители. Из сайта ясно одно: существует некий клуб по интересам. Сдают домики в аренду тем, кто «устал от безумного ритма мегаполиса». Если хочешь, могу глянуть… Улица Калашникова довольно длинная, один ее конец, тот, где расположен магазин «Рюи Блаз», упирается в Теплый Стан, потом идет нечто типа промзоны, недостроенная поликлиника, заброшенный стадион, а дальше въезд в «Лучше времена».

– Интересно… – протянула я… – Мне нужно описание блузки Оксаны.

– Белая, с воротничком, на нем небольшие искусственные жемчужины, не противные, не вычурные. У моей бабушки такая была.

Я постаралась не захихикать: если учесть возраст Коробкова, то его бабуля небось щеголяла в кофточке на балу вместе с поэтом Жуковским.

– Ща пришлю фотку, – заявил Коробков.

– Куда? – растерялась я. – Стою на улице.

– На твою мобилу.

– Как ты это проделаешь?

– Тебе же важен конечный результат, а не описание процесса, – не упустил возможности ущипнуть меня хакер. – Джастин темпорум! Лови.

В ухе противно запищало, я глянула на дисплей.

– Ничего нет.

– О боги! Нажми на «сообщения», – скомандовал Дима. – Вечно у тебя случается инь, янь и всякая дрянь.

Я стала выполнять его указания и, когда экран моргнул, на всякий случай зажмурилась. Очень не хотелось увидеть фото окровавленной Бондаренко.

– Ну, готово? – поторопил меня Дима.

Я наконец разжала веки.

– Ой! Рубашечка! Чистая!

– А ты хотела страшилку? – захихикал Коробков. – Могу вдогонку послать.

– Не надо.

– Хорошо! Танечка, скажи «спасибо» дяде, он очень постарался.

– Это же твоя работа, – фыркнула я.

– Понял, – беззлобно ответил Дима, – учту справедливое замечание.

Я еще раз посмотрела на фото блузки. Бондаренко ушла с работы в водолазке Леры Костюковой, домой Оксана не вернулась, следовательно, она отправилась на то самое, очень важное для нее свидание. То ли во время встречи, то ли по дороге на нее ее похитили и доставили в некое тайное место. Сначала несчастную избивали, а потом застрелили, с циничной жестокостью запечатлев казнь на видео. Почему бухгалтершу переодели? О какой тайне идет речь? Что за тайну мог знать Федор?

Я медленно пошла к метро, набирая по дороге телефон следователя.

– Кузнецов, – вякнули из трубки.

– Это Таня от Чеслава. Дайте мне все координаты Федора – его телефоны, домашний, мобильный и рабочий, а также адрес.

– Записывайте… – тут же сказал милиционер. – Кстати, на службе у него нет номера. Зато могу дать контакт с мамочкой, Полиной Юрьевной.