Список ликвидатора - Фридрих Незнанский

– Нет, я все-таки убью его! – крикнул он и, сжимая подсвечник, ринулся за Чуркиным.

Вернуть бумаги оказалось легко. Осип сразу понял мотивы, руководившие выбежавшим за ним из подъезда разъяренным Германом.

– Да ну тебя на хрен! – Чуркин достал папку и бросил ее на асфальт. – Забирай! – И, ускорив шаг, он двинулся в направлении метро.

Это была полная и безоговорочная победа. Подняв документы, Редников взлетел на седьмое небо, несколько раз перекувырнулся в заливающем все и вся ослепительно-синем свете, услышал звук играющих в его честь литавр и спустился прямо в квартиру Тани.

– Ты мой герой! – сказала она.

– Ага! – широко улыбнулся Герман и, обхватив девушку, повалил ее на диван.

Седьмое небо принимало его еще три раза. Причем вместе с Таней. Только свет там был уже розовым, а литавры сменились нежными арфами. Парень и девушка плавали в густом эфире и смеялись… Им было хорошо…

Они ведь не знали, что студент юридического института Осип Чуркин является осведомителем ФСБ.

Вскоре после того как Турецкий распланировал дальнейшие действия своей бригады, его вызвал к себе Меркулов.

– Я кое-что узнал… – сказал заместитель генерального прокурора по следствию в селектор.

– Я тоже… – пробормотал Александр.

Через минуту он уже сидел в кабинете друга и наставника. Тот первым делом поинтересовался, что именно удалось нарыть «важняку».

Турецкий рассказал о «питерском деле».

– Ясно… – кивнул начальник. – Теперь слушай меня…

Возникла пауза, в течение которой Меркулов собирался с мыслями, а Александр помешивал недавно принесенный секретаршей чай. В его глазах застыло обращенное к Константину Дмитриевичу нетерпеливое «Ну?».

Тот начал:

– Помнишь, недавно господин Филиппов говорил нам о заговоре региональных вождей против президента…

Турецкий кивнул:

– Было…

Меркулов немного помолчал, вытащил из подставки ручку-березку, повертел ее в пальцах и решительно вставил обратно:

– Так вот. Это правда!

– Да ну?

– Вот те и ну!

Александр поднес к губам серебряную ложечку и осторожно попробовал, горячий ли чай.

– Горячий… – пробормотал он.

Начальник продолжил:

– Губернаторы хотят отстоять свою самостоятельность… Их совершенно не привлекает перспектива потери контроля над бюджетными средствами, вливающимися в руководимые ими области и края, от крупных предприятий, с которых они имеют бешеные отчисления…

– Угу-угу…

– Короче говоря, они не желают отдавать свою страну президенту. А тот упрямо тянет ее у них…

– Ну и правильно делает… – вырвалось у Турецкого.

Константин Дмитриевич хотел что-то возразить, но только развел руками:

– К чести Буланова надо признать, что он старается решать проблемы мирным путем…

«Важняк» кивнул:

– Да, я слышал…

– А вот его Администрация… – многозначительно подвесил фразу Меркулов.

– Валуев?

– Ага…

– Так-так… – подался вперед Александр.

– Он – жучара еще тот… – буркнул Константин Дмитриевич.

– То есть?

– Сейчас объясню… – Меркулов кашлянул и отпил немного чаю из стоящей перед ним чашки.

– Остыл, да? – встрепенулся Турецкий и тоже сделал глоток из своей.

Константин Дмитриевич немного подумал и сказал:

– Давай-ка для начала вернемся к нашим баранам. Я имею в виду губернаторов…

Турецкий тут же представил зал Совета Федерации, заполненный круглорогими, кучерявыми животными, которые активно обсуждали государственные проблемы. Некоторые из них были, впрочем, лысыми, но дела это не меняло: вопросы решались медленно и бестолково. Главный баран сидел на своем месте и блеял: «Беее… беее… берегитесь! У нас отнимают страну!»

– …Теперь что касается заговора… – выплыл откуда-то голос Меркулова. – Во главе него стоит спикер верхней палаты парламента Еремин. Он координирует усилия по сбору компромата на президента и его ближайшее окружение. В недалеком будущем эти материалы планируется вбросить в наши и мировые средства массовой информации либо использовать для шантажа…

– «Питерское дело»?

– Да.

– Ясно…

– Вокруг Еремина собрались самые непримиримые по отношению к президенту губернаторы – Силантьев, Никоненко, Федулов…

Услышав последнюю фамилию, «важняк» поднял брови:

– Это тот, которому недавно отравленного гуся подсунули? А до этого три раза чуть на мине не подорвали?

– Он самый…

– Понятно…

Константин Дмитриевич откинулся в кресле:

– Только до него все равно доберутся…

– Ты думаешь?

– Уверен.

– Почему?

Меркулов зевнул и сказал:

– Потому что он в черном списке…

– В каком еще черном списке? – не понял Турецкий.

Начальник облокотился на стол:

– Президент старается мирными способами решать вопросы с Советом Федерации. Так?

– Ну так…

– А Валуеву это невыгодно!

– Почему?

– Потому что ему нужна война между главой государства и губернаторами. Война непрекращающаяся! Выигрыш любой из сторон оставляет его ни с чем. Ведь тогда огромные деньги, о которых он мечтает, либо уплывут в карманы региональных лидеров, либо попадут в сундук казны. На который сядет президент и покажет руководителю своей администрации дулю, когда тот попытается приблизиться к болтающемуся под крышкой замку со своей отмычкой. Понимаешь? Валуев хочет постоянной неопределенности, интриг, взаимных обид, ссор, конфликтов… Трупов, наконец! И пока идет битва, он ворует, ворует и ворует…

– Ясно…

– Поэтому им и составлен черный список губернаторов, смерть которых обязательно должна раззадорить остальных глав регионов и подтолкнуть их к активным действиям против Буланова… Но позволять им слишком много он тоже не может. Поэтому никакого шантажа президента с помощью компромата глава администрации не допустит…

– Похоже, что уже не допустил… – пробормотал Турецкий.

Меркулов покачал головой:

– Это еще неизвестно… Знаешь, что недавно сказал в одной приватной беседе первый помощник Еремина? Забыл, как его фамилия… Жадная такая… Ах да, Ростовщиков!