Список ликвидатора - Фридрих Незнанский

Из работающего на минимальной громкости телевизора донеслись звуки заставки популярного телесериала «Поймать с поличным».

– Ну как дела? – спросил Редников. – Тебе тут было не скуч… – И, увидев в руках регбиста документы, Герман сразу все понял.

– Нет… – сказал Чуркин. – Мне тут было не скучно!

Редников помялся:

– Крутые бумажки, да?

– Очень…

«Ну что же… – подумал Герман. – Придется все ему рассказать… Как-никак будущий родственник…» И, присев на краешек соседнего кресла, он начал:

– Эта папка попала к нам позавчера.

Человека с перебитым носом звали Роман Масюра. Он был командиром спецназовского взвода и носил на плечах лейтенантские звездочки. Турецкий отложил его фотографию в сторону и сказал:

– Этого вояку, а вместе с ним и Авдонина будем брать завтра.

Бригада согласно закивала.

Александр постучал пальцами по столу и посмотрел на часы:

– Время-то не резиновое…

На сегодня у «важняка» было запланировано кое-что другое.

Осип выслушал Германа и тупо спросил:

– Значит, ты не двоюродный брат Тани?

Редников опешил:

– Конечно нет…

– Та-а-ак… – мрачно протянул Чуркин.

– Погоди-ка… – встрепенулся Герман. – Я кое-что не понял…

Но Осип не дал ему договорить. Очень спокойно, несколько даже грустно он произнес:

– Сейчас я буду тебя бить. Сильно.

– А?… – поднял брови Редников.

Регбист встал с кресла, схватил своего соперника за грудки и приподнял над полом.

– Паразит дохлый! – С этими словами он швырнул «лесоруба» на пол.

Тот растянулся на ковре и, морщась от боли, вытаращился на рассвирепевшего здоровяка:

– Ты чего?!

– А того! – крикнул Чуркин и с размаху ударил парня ногой в бок.

– Ох… – прохрипел тот, скрючиваясь.

На шум прибежала Таня. Увидев, что происходит, она кинулась на Осипа:

– А ну перестань! Перестань немедленно! Слышишь?!

Амбал хмуро посмотрел на нее и спросил:

– Значит, ты теперь с этим дистрофиком перепихиваешься?

Свернувшийся калачиком Герман подал голос:

– Таня, у меня сложилось впечатление, что твой двоюродный брат как-то недостаточно радуется нашему союзу… А если и радуется, то чувства свои прячет о-о-очень глубоко… К тому же у него явно крыша не на месте…

Чуркин сделал страшное лицо:

– Какой еще брат?! Я ей не брат! Я ей… я ей…

– Ты мне никто! – зло сказала Таня.

Герман, потирая ушибленное ребро, пробормотал:

– Не хватало еще, чтобы я стал причиной внутрисемейного раздора…

Осип подскочил к нему и прошипел:

– Ты что, совсем дурак? Не понимаешь, что она обманула и тебя, и меня?!

Редников захлопал глазами:

– Да?…

– Да! – заорал регбист. – Я ей такой же брат, как и ты!

Герман повернулся к Тане:

– Это правда?

– Правда… – сказала она и опустила глаза.

– Ясно… – произнес Герман и вдруг протянул руку Осипу: – Ну-ка помоги мне встать…

Осип немного подумал и поднял Редникова.

– Значит, ты ей не брат? – пристально глядя на амбала, спросил тот, разгибаясь.

– Да нет же! Нет!

– Понятно… – сказал Герман, а потом вдруг размахнулся и изо всех сил влепил Чуркину кулаком по зубам: – Получай, гад!!!

– Ты что?… – изумленно отпрянул тот и ощупал ничуть не пострадавшую губу.

– А то! – гаркнул «лесоруб» и попытался еще раз заехать Чуркину в челюсть, но регбист перехватил его руку и откинул нападавшего в сторону.

– Не трогай его! – кинулась на Осипа Таня.

Здоровяк побагровел и, потеряв уже всякий контроль над собой, ударил ее по щеке:

– Заступаться вздумала! Я те заступлюсь!

– Ну ты и скотина… – выдохнула девушка.

– Я скотина?! – осатанел Чуркин. – Тогда на еще! – И он обрушил на Таню град ударов.

Она вскрикнула и осела в кресло.

Став свидетелем такого позорного поведения представителя отечественного регби, Редников и сам чуть не съехал с катушек. Быстро оглядевшись по сторонам, он схватил здоровенный подсвечник, который до этого мирно стоял на телевизоре, и с криком «Гнида!!!» подлетел к Осипу.

– Вот тебе! – размахнулся Герман и опустил тяжелую бронзовую байду на голову своего врага.

Тот соединил глаза в переносице и рухнул на пол.

– Мама… – прошептала Таня. – Что ты наделал…

– Но он ведь тебя ударил!

– Но это же не повод его убивать!

– Почему не повод? – искренне удивился Редников. – Отличный повод!

Распластанный на ковре амбал был в сознании. И слова, сказанные Германом, услышал. «Эге-ге… – смекнул он. – С этим юношей лучше не шутить…» Поэтому, стараясь придать своему голосу максимальную доброжелательность, Чуркин произнес:

– Я больше не опасен!

– А? – нахмурившись, наклонился к нему Герман.

– Я говорю – подсвечник убери…

Таня облегченно вздохнула:

– Жив…

– Жив… – отозвался Чуркин.

Девушка улыбнулась и неожиданно выпалила:

– Тогда пшел вон отсюда!

– Да! – присоединился к ней Редников. – И побыстрее!

Осип быстро поднялся и, опасливо поглядывая в сторону Германа, пробормотал:

– Да уж задерживаться не буду…

Было совершенно ясно, что испуган он не на шутку.

«Я победил его! – радостно подумал Редников. – Победил!» И, словно средневековый рыцарь после выигранного турнира, он шагнул к своей даме сердца:

– Как ты?

– Хорошо… – сияя, отозвалась она и устремила на него полный нежности взгляд.

Любуясь друг другом, голубки не заметили, как Осип поднял с пола папку и сунул ее под рубашку…

– Ты скоро? – покосился на него Герман, когда тот обувался.

– Да ухожу… – буркнул тот, подхватил свои сумки и выскочил из квартиры.

Как только хлопнула дверь, Редников заметил пропажу документов.