Клеймо смерти - Питер Джеймс

Суббота, 20 декабря

На мгновение внутри все похолодело. От изумления он даже выронил фонарик. Тот покатился по бетонному полу, и луч заплясал по стенам. Грейс наклонился, схватил фонарик и махнул им по широкой дуге. Свет, отразившись от каких-то блестящих предметов, ослепил его и сбил с толку. Потянуло сыростью.

В следующий момент он увидел уже не одну, а три пары глядящих на него глаз.

Грейс застыл на месте.

Через несколько секунд все пространство наполнилось тусклым, с зеленоватым оттенком светом. Теперь детектив увидел, что же блеснуло в свете его фонарика. Подвешенные на металлических цепях, с потолка свисали три цилиндрических стеклянных контейнера, каждый из которых был под самый верх залит жидкостью, напоминающей в зеленоватом свете мутноватую озерную воду.

И внутри всех трех стеклянных труб висело, подвешенное проволокой за шею, бледно-розовое существо. В первые мгновения Грейс принял их за неких животных. Свиней?

Господи, уж не проводит ли Крисп какие-то секретные опыты над животными?

Взгляд заметался от одного цилиндра к другому, и Грейс вдруг понял, – а поняв, похолодел от ужаса, – что видит не животных, а людей. И это их глаза смотрят на него.

Обнаженные мужчины, каждому около тридцати, таращились на него широко открытыми, невидящими глазами. Безрукие и безногие. Один почти полностью лысый, двое других с всклокоченными волосами, и у каждого щетина на лице.

По спине поползли мурашки. В какой-то момент Грейс почувствовал себя так, словно оказался на съемочной площадке современной версии «Алисы в Стране чудес». Может быть, это голограммы? Хитроумная проекция? Господи, что же это такое?

Слева, совсем близко, вдруг вспыхнул большой экран. Эдвард Крисп сидел в кожаном кресле перед письменным столом в своем кабинете. Том самом, на верхнем этаже. В костюме, с галстуком и самодовольной ухмылкой на лице. Подавшись вперед, доктор вскинул руки. И со всех сторон на Грейса обрушился тот же гулкий голос выпускника привилегированной частной школы.

– Нет, правда, детектив, для меня большая честь приветствовать вас в моей тайной обители! Я хотел бы представить вас моим коллегам, оказавшим немалую помощь в планировании моих проектов. Итак, перед вами мои мертвые друзья! По-моему, вы еще не имели возможности познакомиться с Маркусом, Харрисоном и Феликсом? Да-да, мы очень крепко подружились, хотя так было не всегда.

Сдерживая отвращение, Грейс снова посмотрел на изуродованные тела и тут же перевел взгляд на экран. Глаза Криспа сияли от радости за стеклами очков.

– Маркус Госсадж, Феликс Гор-Паркер и Харрисон Чаффинч – думаю, вы знаете его как Харрисона Хантера. По-моему, это имя гораздо утонченнее. Тот, у которого почти не осталось волос.

Грейс посмотрел на тело в стеклянном цилиндре слева. Преждевременная лысина, клочья волос на висках, свинячьи глазки и недовольная гримаса, как у брошенной на берег форели.

– Рядом с ним, – продолжал Крисп, – Маркус Госсадж. Весьма неприятный тип. Думаю, вы со мной согласитесь?

У человека в среднем цилиндре было вытянутое, лошадиное лицо, прилизанные светлые волосы и кислое выражение. Грейс лишь теперь заметил на носу у него круглые очки в тонкой металлической оправе.

– И наконец, Харрисон. С таким избыточным весом бедняга вряд ли дожил бы до седых волос. Но теперь-то ему не надо из-за этого переживать, ведь так?

Грейс почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом.

– Эти три школьных задиры превратили мою жизнь в сущий ад. Они называли меня Кротом, потому что не понимали мой интерес к туннелям и пещерам. Сказать по правде, я им вообще не нравился. Но в конце концов они все же полюбили меня. Прежде чем убить, я вынудил каждого произнести эти слова вслух. Хотя вообще-то изначально такого намерения – убивать! – у меня не было. Я планировал, что оставлю их жить, что преподам им урок, который они никогда не забудут. И у меня получилось!

Грейс настороженно огляделся. Где же он, этот сбрендивший Крисп? Прячется в темноте, отвлекая его этим видео?

Он посветил себе за спину, по сторонам. Где безумный доктор? Выжидает удобного момента, чтобы напасть? Жаль, он не захватил фонарик помощнее. И не вызвал подкрепление. Грейс посмотрел на телефон, но тот по-прежнему показывал, что сигнала нет.

– Говорят, месть – это блюдо, которое лучше подавать холодным. Вам, детектив-суперинтендент, это хорошо знакомо, ведь так? После окончания школы я очень долго ждал, прежде чем взяться за первый мой проект, Маркуса Госсаджа, того, что слева. Я послал ему приглашение на свадьбу. Сказал, что как особому гостю, дорогому школьному другу, окажу любезность, пришлю за ним машину с шофером. Он, конечно, клюнул на роскошный «мерседес». Шофером был я сам. Прыснул ему в лицо из газового баллончика, отключил и доставил сюда. Потом позабавился – ампутировал руки и ноги, но убивать не стал. Подвесил к потолку в мешке из миткаля, снабдил подгузником, кормил через капельницу. Вы даже не представляете, как было весело!