Профессия-первая леди - Антон Леонтьев

Стефан отконвоировал меня в столовую: его мамаша уже суетилась, расставляя тарелки. Она сама готовит обед? Я отказываюсь в это верить! Почему они не допускают в свою квартиру прислугу – боятся, что та может увидеть что-то, чего видеть вовсе не должна?

– Вы ведь любите грибной супчик? – спросила Весняна. Она водрузила на стол пузатую супницу. – Стефан, милый, мы тебя ждем!

Весняна поставила передо мной полную до краев тарелку, я занесла ложку… И вдруг обратила внимание, что края моей тарелки покрыты странным беловатым налетом. Очень похоже на соль или муку. Весняна не умеет мыть посуду? Что-то сомневаюсь в этом, у них наверняка имеется посудомоечный автомат, который без проблем справляется с поставленной задачей.

Я заметила, что ни Весняна, ни ее сынок не прикасаются к своему «грибному супчику». Или эта трапеза только для меня? Мой последний обед в кругу семейства д’Орнэ. Кто знает, что старуха напихала в супчик, и из каких грибов он приготовлен – часом, не из бледных ли поганок и ядреных мухоморов?

А порошок в моей тарелке, это что – соль или крысиный яд? Я не желала испытывать судьбу. Весняна обиженно произнесла:

– Серафима, вам не нравится мой супчик, я его сама готовила, так старалась!

Мне стало плохо. Я уже не сомневалась в том, что в супе содержится какая-то гадость, которая или усыпит меня, или отправит на тот свет. Ведь старуха хладнокровно заявляла сыну, что, если понадобится, он меня должен убить! Сын оказался жидковат на расправу, и она решила взять инициативу в свои руки!

Я ощутила тонкий аромат горького миндаля, который поднимался от тарелки с грибным супчиком. Или это мое расшалившееся воображение?

– А вы? – спросила я внезапно пересохшими губами.

Стефан ответил:

– Я пока не хочу есть. А маме нельзя, у нее особая диета!

Они хотят, чтобы этот деликатес, приправленный ядом, хлебала я одна!

– Серафима, да на вас лица нет, – участливо сказала Весняна. – Принести вам минеральной воды? Или, может быть, средство для улучшения пищеварения?

Не дожидаясь моего ответа, старуха подскочила и весьма резво для своего возраста и хворей исчезла на кухне. Я поспешила вслед за ней. Стефан пытался остановить меня, уверяя, что «мамочка сейчас все вам принесет».

Я попала в огромную кухню, мечту любой хозяйки: сверкающие кастрюли, самая современная техника, несколько холодильников. Весняна сыпала в бутылку с минеральной водой порошок из бумажного пакетика. Я похолодела. Мои опасения подтвердились! Старуха встряхнула бутылку и причмокнула губами.

– Что это вы сделали? – спросила я, и Весняна от неожиданности выпустила бутылку из рук. Та покатилась по столу, вода пролилась на пол.

– Серафима, я хотела принести вам минеральной воды, – запричитала старуха. – Какая я неловкая! Вы уже отведали супчика? Уверена, что он вам понравится! А для хорошей работы желудка вам просто необходимо выпить водички. Или вы желаете чая?

– Вы что-то сыпанули в бутылку, – прошептала я.

Старуха расплылась в фальшивой улыбке и сказала:

– Дорогая, вы это о чем? Я добавила в воду немного… сахара.

– Серафима Ильинична, супчик ждет вас, – раздался за моей спиной вкрадчивый голос Стефана.

Я подпрыгнула от ужаса. Внук художника наступал на меня. С противоположной стороны ко мне приближалась Весняна. В руке у нее был бокал, наполненный мутноватой минеральной водой.

– Выпейте, Серафима, и вам сразу станет лучше, а то вы такая бледная, сразу понятно, что у вас проблемы с пищеварением, – ворковала старуха, протягивая мне бокал с водой. Они хотят убить меня! Я больше не сомневалась в этом.

Д’Орнэ взяли меня в кольцо. Стефан улыбался, но в его темных глазах сверкала ненависть, пальцы старухи, увенчанные перстнями, больше походили на когти хищной птицы. Я попятилась, мамочка и сынок продолжили наступать на меня.

– Серафима Ильинична, вам нечего бояться, всего один глоток, – заявил Стефан. Он взял у матери бокал с водой и поднес его к моему лицу. – Что вам стоит, милая! Это избавит вас от всех забот…

– И нас от множества проблем, – пела старуха.

У меня кружилась голова, я ощутила непреодолимое желание осушить стакан. Старуха и ее сынок подчиняют меня своей воле, они обладают навыками внушения!

– Выпейте, выпейте, выпейте, – Стефан вплотную приблизился ко мне. Я взяла у него бокал и поднесла ко рту. Что я делаю, это принесет мне погибель!

В спину впилось что-то острое, я завопила, решив, что они решили меня зарезать. Пальцы разжались, стакан выпал из моей руки, раздался звон разбитого стекла.

– Что вы наделали! – закричал, багровея, Стефан. – Серафима Ильинична, какая же вы, право, неловкая!

Наваждение прошло, если они и пытались подчинить меня своей воле и заставить выпить стакан с отравой, то у них ничего не получилось. Я обернулась и увидела на столе нож, острие которого и уперлось мне в поясницу. Я схватила его, Весняна отпрянула.

– У меня нет времени, пора домой, – произнесла я.

Старуха позеленела и проскрипела:

– А как же супчик, Серафима? Вы должны его попробовать!

– Нет! – закричала я, оттолкнув Стефана, побежала прочь из кухни. Меня била дрожь, я все думала, что д’Орнэ сейчас набросятся на меня и попытаются задушить. У них ничего не получится, я вооружена! И, кроме того, мы в разных весовых категориях, если понадобится, я справлюсь и с Весняней, и с ее тощим сыночком.

– Ну куда же вы, Серафима Ильинична? – Внук художника устремился за мной. Я вертела многочисленные замки, пытаясь открыть входную дверь. – Вы уже покидаете нас?

– Я забыла, мне надо… к зубному врачу, – сказала я. – Откройте мне немедленно дверь, или я закричу!

– Стефан, она же уходит! Сделай что-нибудь! – воскликнула старуха. Сын, цыкнув на мамашу, распахнул дверь. Я вылетела из квартиры д’Орнэ с зажатым в кулаке ножом.

– Заходите еще! – пропищала старуха из-за спины сына. – Завтра у нас будут телячьи мозги с тминно-яблочным соусом, вы просто пальчики оближете! Серафима, мы вас ждем!

Я побежала вниз по лестнице. Задыхаясь, остановилась двумя или тремя этажами ниже. Ну вот, забыла у них свое пальто и мой любимый шарфик, но не возвращаться же из-за этого в логово к убийцам! Я прислушалась – мне показалось, что за мной гонятся Стефан и его мамаша. Вот ведь семейство: старуха прямо ведьма, а сыночек – подручный дьявола.

Я вызвала лифт, двери распахнулись, перед моими глазами возник субъект с собакой. Я поздоровалась, попутчик с опаской посмотрел на меня. Я сообразила, что до сих пор держу в руке нож.

– Сувенир от хозяев, – сказала я. – Знаете, был такой забавный праздник…

Гражданин прижал к себе собаку и в страхе посмотрел на меня. Еще бы, какое, наверное, ужасное впечатление я произвожу на него: безумная тетка с растрепанными черными волосами, с ножом в руке, мелет чушь!