Позвольте вас подставить (сборник) - Светлана Алешина

– Да нет, у него изо рта так воняет, – повел носом Поляков и сморщился, отвернувшись. – Слушайте, мужики, давайте как-нибудь с ним быстрее разруливать, потому что мне, как понимаете, вонь эту терпеть тоже ни к чему. Да и все остальное. Нинка у меня теперь точно не появится. Вон их трясите, узнавайте, где она. Мы с ней едва успели парой фраз переброситься, как вы снова приехали. Так что насчет ее я ничего сказать не могу.

– Так, короче, мы забираем их с собой, – решил Валерий. – И уже устраиваем допрос по полной программе.

– Да ты что, всю машину провоняем, и офис тоже! – возразили напарники.

– Ничего, потом проветрим.

А Лариса в это время напряженно думала и думала. О запахе тухлой капусты она слышала совсем недавно… От кого же? И ассоциативная память выдала в связи с этим капризные губки Эвелины Горской, которая и рассказывала об этом запахе, якобы исходившем от одного из напавших на нее в собственной квартире.

Котова быстро выхватила из сумочки телефон. Набрав номер, она спустя некоторое время услышала голос Эвелины:

– Да, я вас слушаю.

– Лина, это Лариса. Тебе, похоже, придется сейчас подъехать в одно место для опознания.

– Для чего? – ахнула Горская, думая, что ее приглашают в милицию или, чего доброго, в морг.

– Похоже, я нашла тех, кто залез к тебе в квартиру.

Валерий с интересом прислушивался к разговору. Когда Лариса, продиктовав Эвелине адрес, отключила связь, он вопросительно посмотрел на нее.

– Эти друзья недавно ограбили мою подругу, – объявила Котова.

– Да чего, это все гон! – встрепенулся Крейзи, внезапно дернувшись в сторону выхода, но его осадил один из напарников Валерия.

– Ботва все, – вторил своему товарищу Лейзи, который, однако, тоже как-то подутратил невозмутимость и начал нервно трясти ногой.

– Кого они ограбили? – нахмурился Валерий.

– Мою подругу, причем прикрывшись моим именем. И вот этот момент я особенно хочу прояснить.

– Так вы их знаете, что ли? – не понял Валерий.

– Я-то их в первый раз вижу, а вот они… В общем, пока я не очень понимаю, но после того, как приедет Эвелина и их опознает, думаю, будет все гораздо яснее.

– Так, постойте, – заволновался Поляков. – Какое опознание? Вы что?

– Братан, спокойно, – примирительно махнул рукой Валерий. – Моральный ущерб компенсируем материально. Только вот что… Если они действительно там накуролесили, появятся менты, а мне этого не надо. Мне бабки нужно вернуть с этой шустрой прошмандовки, которая сбежала.

– Если ментов и придется вызывать, вы вполне можете уехать раньше ее прибытия, – сказала Лариса.

– А деньги? – возразил Валерий. – Мне все равно, откуда они их возьмут. А если менты – то никаких денег.

– Стоп, какие менты, вы чего гоните? – снова встрепенулся Крейзи. – Давай добазаримся, ты чего, какие менты?

– Это вы залезли в квартиру визажистки? – спросила Лариса.

Крейзи и Лейзи молчали.

– Ну вот, а говоришь – добазаримся.

– Так, но нам менты тоже ни к чему совсем, – жестко напомнил о своих интересах Валерий и подозрительно посмотрел на Ларису. – И вообще, я так понял, что вы Нинку разыскиваете не по вопросам наследства.

– Ментов пока сюда еще никто не приглашал, – успокаивающе заговорила Котова. – Сейчас приедет моя подруга, опознает их, и в этом случае можно будет вернуть, во-первых, ее деньги, а во-вторых, я попробую убедить ее, что вам нужно отдать, скажем так, за работу, отблагодарить за то, что вы нашли ее деньги. Вот и все.

– Ну, допустим, – Валерий скептически пожал плечами. – Так все-таки, что за дела-то у вас к Нинке?

Ларисе пришлось вкратце объяснить ситуацию и обрисовать свой статус. Поляков, пуская дым в потолок, прокомментировал:

– Ну и переплетенье рук и ног, судьбы сплетенье… И все в моей квартире!

– А ты как хотел – баб голых снимать, и чтобы никаких проблем? – ухмыльнулся товарищ Валерия.

– Стоп, давайте только без ментов, а? – умоляюще взглянул Крейзи на Валерия.

– Заткнись ты, – огрызнулся тот. – Без тебя тошно.

Спустя полчаса ожидания Валерий начал нервничать.

– Где же ваша подруга? Чего она телится? – недовольно спрашивал он.

Лариса и сама не очень понимала, почему до сих пор нет Эвелины: от ее дома до экономического института было двадцать минут пешим ходом.

Ожидание закончилось через десять минут, когда терпение Валерия и его парней было практически на исходе. В дверь все же позвонили, и Горская с опаской вошла в квартиру. Она была в темных очках, выряженная, как на званый прием.

– Ой, Лара, так неожиданно все, я все бегала, думала, как мне синяки закрасить.

Этим, собственно, и объяснялась столь долгая ее дорога от дома к квартире Полякова. Ларисе захотелось прикрикнуть на нее совсем в духе Степаныча: «Эх и дура, ну и дура!» А Горская еще о чем-то пыталась рассуждать, что не относилось к делу, но тут в прихожую вышел Валерий, и его мускулистая фигура заставила ее замолчать и переключить свое внимание на него. Валерий, однако, был мрачен и жестом пригласил Горскую пройти.

Эвелина, опираясь на руку Ларисы, не без опаски прошла в комнату и тотчас завизжала, едва увидев наркоманов.

– Ну что вы мне говорите, да вот они оба здесь сидят! Вот они, здесь все! Вот от этого воняло, этот везде рылся, – она показала на Лейзи. – И еще один у них был, который на пол меня повалил. Где он?! Он еще меня изнасиловать хотел!

– Понятно, – констатировал Валерий. – Давай говори, где бабло? – напустился он на Крейзи.

– Да гонит она, – неуверенно начал тот свою излюбленную песню, но выведенный из себя Валерий кулаком двинул ему в челюсть.

После этого попытался рвануться на выход Лейзи. Под аккомпанемент визга Эвелины Горской его остановили совместными усилиями двух парней и пришедшего на помощь Полякова.

– Короче, бабки или менты, – резюмировал Валерий.

Крейзи покачал головой, потрогал разбитую губу и пробормотал:

– Ну, короче, проще говоря, в пакете все.

– В каком пакете?

– Вон там, – он кивнул в сторону кухни.

Все поспешили туда. Но в пакете лежали только продукты.

– Там, внизу все, – опустил голову Крейзи.

Вытряхнув пакет, Валерий обнаружил на дне конверт, в котором лежали деньги.

– Здесь только семьсот долларов, – обескураженно сказала Эвелина.

– А было?

– Было восемьсот. И еще четыре тысячи рублей.

– Ну, это вообще капуста, – хмыкнул Валерий.