Разбитые маски - Анна Малышева

– Как хорошо, что у тебя уже есть свидетельство о праве собственности, – заметил Илья, размачивая пряник в чашке. – А то пришлось бы потерять еще пару недель. Главное – придать квартире товарный вид, понимаешь? И еще тебе нужно отсюда куда-то выписаться, иначе продажа не состоится.

– По-моему, ты слишком круто взялся за дело, – пробормотала она. – Ну куда я выпишусь? И вообще, я не совсем уверена, что нужно продавать квартиру… Мне и тут будет хорошо.

– Ты не понимаешь, – рассердился он. – Если не хочешь продавать, не нужно, но я же не смогу жить с тобой в доме, где раньше жил Витька!

Он опомнился, что рядом сидит родная дочь того самого Витьки, и быстро погладил девочку по голове. Та удивленно подняла глаза. Ольга хотела было спросить, почему им нельзя будет жить у самого Ильи, но постеснялась это сделать. «Если меня туда не зовут, значит, нечего навязываться. И все-таки это странно!»

– Ты можешь выписаться к маме? – продолжал Илья. – Этим нужно заняться прямо сейчас, чтобы успеть…

– Да куда успеть? – Ольга встала и принялась собирать со стола чайную посуду. – Я никуда не тороплюсь.

– Мы же договорились, что поедем в Германию, – огорчился Илья. – Я не могу бесконечно торчать в Москве. У меня там дела.

– Ну так поезжай, а я… Как-нибудь соберусь и приеду в гости.

Ольга сама не ожидала, что выразится именно так. Насколько это обидело и разочаровало Илью, было непонятно, он принял безразличный вид и только заметил, что никому не навязывается. Ольга попыталась извиниться, но потом махнула на все рукой – слишком устала для дипломатии.

Женщина ушла в спальню, застелила постель свежим бельем. Подумала, что вовсе не обязана прислуживать Тане, девочка достаточно взрослая, чтобы постелить себе самостоятельно. И уж конечно, в ее возрасте пора понимать, что какие-то вещи просто недопустимы. Например, нельзя требовать, чтобы тебе выгладили юбку. Именно это и сделала Таня, едва разобрав свои вещи. Тогда Ольга очень удивилась и даже возмутилась. Таня удивилась тоже и призналась, что ни разу в жизни не выгладила себе ни единой ленточки.

– Неужели за тебя все делала мама?

– Ну конечно, – ответила та с полнейшим хладнокровием. И добавила:

– Она была хозяйственная, ничего не скажешь.

– Почему ты говоришь о ней в прошедшем времени? – все еще сердито осведомилась Ольга. – Она всегда останется твой матерью, что бы ни случилось. А гладить тебе придется самой. У меня нет на это времени, и я не твоя мама.

Таня промолчала, видимо, у нее была отцовская привычка замыкаться, как только разговор заходил на неприятную тему. Правда, назвать девочку совершенной лентяйкой было нельзя, она достаточно активно включилась в ход ремонта и даже помогала рабочим готовить какой-то клей. Ее очень заинтересовал сам процесс, и крестный отец посмеивался, говоря, что в семье Владыкиных давно пора было появиться рабочему элементу.

Среди множества чужих людей, весь день возившихся в квартире, Ольга в конце концов заприметила одного, одетого явно не для грязной работы. Высокий мужчина в светлых брюках и черной рубашке расхаживал по комнатам и оценивающе оглядывал результаты. Ольга, как всегда, не решилась спросить, что этот человек делает в ее доме. Все объяснил Илья, когда спровадил гостя.

– Это мой приятель, захотел посмотреть на твой товар. Знаешь, он иногда занимается посредничеством при продаже недвижимости. Кажется, остался доволен. Лучше действовать через знакомых, он вполне надежный мужик и возьмет небольшой процент.

И снова ей не удалось переубедить жениха в том, что продажа – дело вовсе не такое срочное, как ему кажется. Иногда Ольга начинала впадать в отчаяние, такое несходство характеров, раньше ее умилявшее, теперь немного утомляло. Если бы кто-то сказал Виталию, что квартиру нужно продать, тот впал бы в глубокую депрессию и опустил руки. Если бы это сказали Ольге, она бы перепугалась, но все-таки потихоньку взялась за дело. А Илья, как всегда, сразу взял быка за рога, не спросив никого из окружающих, нужны ли его услуги.

* * *

– Ты уже спишь? – Он заглянул в темную спальню. Его силуэт на фоне приоткрытой двери казался вырезанным из черного картона.

Ольга быстро закрыла глаза. Ей не хотелось, чтобы он снова начал ее уламывать…

– Знаешь, я подумал, что ты можешь прописаться к матери временно. Тогда все пройдет без проблем. Есть такая форма, кажется…

«Уйди!» – мысленно попросила его женщина, и он послушался. Но через минуту дверь открылась снова На этот раз картонный силуэт был меньше и уже в плечах. У него был пронзительный голос подростка.

– Тетя Оля! Я же совсем забыла, та толстая баба просила вам кое-что передать.

И так как Ольга не проявила признаков жизни, Таня обошлась без дальнейших пояснений. Она взмахнула рукой, что-то мелькнуло, звякнуло, и женщина подскочила на постели. Торопливо включив свет, она увидела на простыне связку ключей. Ключи когда-то принадлежали ее мужу, в этом не могло быть сомнений, она узнала и брелок с подсветкой, и лишний ключ, висевший на кольце. Этот ключ был от старого, давно замененного замка. Виталий оставил его, должно быть, в память о родителях.

В первую минуту Ольга ничего не поняла. Она бессмысленно вертела в руке ключи, то и дело переводя взгляд на девочку. И вдруг обрела и память, и голос.

– Кто тебе это дал?!

– Ну та здоровая баба в шляпке с вуалью, Камилла! Она сказала, что нашла ключи накануне похорон.

– Она ничего не просила передать на словах?

– Ничего. А откуда ключи? От вашей квартиры, что ли?

– Позови сюда дядю Илью, – приказала Ольга таким тоном, что Таня даже извинилась и моментально исчезла.

Ольга встала и пригладила волосы. Надела халат. «Да, халат. Как же быть с халатом?» Ключи она сжимала в ладони так, что причиняла себе боль. Когда вошел удивленный Илья, она молча протянула ему руку.

– Что это? – еще больше озадачился он. – Я как раз собирался принять душ…

– Это передала мне твоя подруга.

– Камилла? – Он осторожно взял ключи и рассмотрел их. – Это не мои, то есть не твои… Я хочу сказать…

– Это ключи Виталия, – отрезала она. – Дай мне ее телефон.

– Стоит ли? – усомнился Илья. Он явно растерялся. – Так поздно, у нее дети спят…

– Дай мне ее номер или я не знаю, что сделаю!

Несмотря на поздний час, Камилла еще не спала. Голос у нее был спокойный и вполне приветливый. Узнав Ольгу, она прежде всего осведомилась, получила ли та передачу.

– Получила. Кажется, вы любите задавать людям загадки? – резко заметила Ольга. – Что это значит? Он отдал вам ключи от дома?

– Вовсе нет, – обиделась Камилла. – Ключи мне передала подруга. Вы ее не знаете, да вы, впрочем, не знаете многого… Короче говоря, это та риелторша, которая помогла нам с ним найти квартиру на окраине.