Рыцарь с буйной фантазией - Дарья Калинина

Пирожков с гордостью убедился, что его ораторские способности произвели впечатление на компанию. Они то ли смутились, то ли растерялись. Но в их рядах явно наметился разброд и шатание. Они уже не держались единой монолитно-молчаливой толпой. Теперь они перешептывались и встревоженно переглядывались друг с другом. Кажется, такого поворота событий никто из них не ожидал.

– Позвольте мне сказать!

И из толпы вышел тот солидный мужчина, чья могучая шея и широкие плечи говорили о крепком здоровье и намекали на боевое прошлое.

– Я сейчас вам все объясню, – произнес мужчина. – Эта трещотка ничего вам толком не рассказала. Поэтому вы и не поняли. Суть нашего плана сводится к следующему…

Этим же днем, ровно в два часа пополудни, Маришин дед оказался на улице, перешагнув порог отделения милиции, где ему только что с краткой торжественной речью вручили раритет из его коллекции, похищенный у него почти тридцать лет назад. Выглядел Виталий Петрович по-настоящему счастливым. Его сопровождали двое молодых людей, по виду, оперов. Но пройдя несколько шагов, старик повернулся к ним с просьбой, которая тоном больше походила на приказ.

– Я доберусь сам. Вы можете идти!

Молодые люди не осмелились спорить. Старик круто развернулся и зашагал прочь.

– Вы бы такси поймали! – все-таки крикнул ему вслед молоденький оперативник.

Но старик даже не оглянулся. Потоптавшись на месте, парни вернулись обратно в отделение. Ловить машину старик не собирался. Он неторопливо двигался по улице, бережно прижимая к груди продолговатый сверток.

Вчерашнее похолодание принесло в город сильный ветер. Но небо было синим. И солнце светило. Так что на улицах было хотя и свежо, но солнечно. Однако долго наслаждаться прогулкой упрямый Маришин дед не смог. Неожиданно на него налетел какой-то оборванец подросток, а за ним еще один. Толкнув Виталия Петровича, они умчались дальше. Пока дед сердито смотрел им вслед и размышлял, сумеет ли он догнать проказников, чтобы надрать им уши, он почувствовал еще один толчок.

На этот раз – куда более сильный. И в спину. Сверток выскользнул из его рук. И упал, с глухим звоном ударившись о тротуар.

– Извините! – произнес молодой крепко сложенный парень с обветренным лицом и маленькими хитрыми глазками. – Я не хотел.

Грубоватый голос плохо вязался с извинениями. Но Виталий Петрович не успел насторожиться, как парень буквально бросился поднимать упавший сверток. Плотная ткань неожиданно развернулась, и на солнце засверкали камни и холодная сталь кованого клинка.

– Ого! – вырвалось у парня. – Вот это да! Слышь, дед, ты че, тайный анархист?

Почему анархист, у Маришиного деда не было времени выяснять. Кто-то снова толкнул его. Он обернулся, но обидчика не увидел. Зато увидел, что вокруг них стал собираться народ, привлеченный блеском клинка. Дед проворно завернул его обратно в дерюгу. И, буркнув что-то сердитое, подошел к проезжей части и поднял свободную руку.

Между тем толкнувший его парень поправил под курткой продолговатый предмет, завернутый в мешковину, и с довольной улыбкой двинулся прочь. Дед ничего этого не заметил. Он ловил такси. Полученный только что урок пошел ему на пользу. И он решил последовать совету оперативников. Да уж, Маришиному деду совсем не хотелось, чтобы его драгоценная шпага, возвращенная спустя столько лет, вновь исчезла.

Поэтому до дома он доехал на такси. И даже, демонстрируя чудеса осторожности и предусмотрительности, вызвал вниз своего родича – мужа внучки, чтобы тот побыл немного его телохранителем.

– Большую опасность представляет для человека момент, когда он с яркого света входит в полумрак парадного, – объяснил Смайлу свою позицию дед. – А в милиции меня предупредили, что, если мою шпагу украли однажды, могут повторить попытку. Я-то им не поверил. Даже не то чтобы не поверил. Но не прислушался к их словам. Но по дороге подумал, что, пожалуй, зря я так. Лишний риск ни к чему хорошему не приведет.

Вдвоем же они поднялись наверх в квартиру вполне благополучно. По дороге на них никто не напал. То ли грабители еще не прочухали, что у них появилась работенка, то ли грозный вид рыжебородого Смайла вызывал у них почтительный трепет.

– Ну, вот он!

И дед бережно уложил клинок на отполированную до блеска поверхность стола.

– Любуйтесь!

Мариша, дожидавшаяся мужчин дома, и Смайл принялись восторженно восклицать, не особенно и разглядывая шпагу. Но дед выглядел озабоченным. Он все время охлопывал себя.

– Дедуля, ты что-то ищешь?

– Да вот очки!

– Потерял? – с невиннейшим видом осведомилась у него Мариша.

– Оставил где-то. И главное, помню, что клал их в карман, собираясь уходить из дома. А пришел в милицию, нет их! Даже не мог на шпагу толком посмотреть. У ребят спросил. Думал, хоть частично, но разгляжу. Да откуда у них очки? Все молодые там еще. Очков не носят.

И дед сокрушенно вздохнул, не заметив, как обменялись быстрыми взглядами внучка и ее муж. Если бы старик был ясновидящим, то без труда углядел бы свои очки. Тем более что до них было всего рукой подать. И увиденное, надо полагать, здорово бы его удивило. Потому что очки лежали в кармане тяжелого махрового халата, который был накинут на плечи Смайла.

– Дед! Да она великолепна! – произнесла Мариша. – Я тебе это точно говорю.

– Что ты, девчонка, можешь в этом понимать, – проворчал старик, но охлопывать себя по карманам перестал.

Вместо этого он сказал:

– Ладно, мне еще нужно купить билет обратно в Москву.

– Дедушка!

– И не вздумай меня уговаривать! Я ни за что не останусь! Мне не терпится вернуться домой к запасным очкам и спустя столько лет взглянуть наконец на мое сокровище.

– М-м-м… Я всего лишь хотела предложить, чтобы билеты купил тебе Смайл.

– А! Это можно! – разрешил ей дед. – Пусть купит.

– На ночной поезд?

– Да! То есть нет! Какой еще ночной! Бери на дневной в сидячем вагоне. Не хочу задремать, а проснувшись, обнаружить, что шпагу у меня снова увели.

– Тогда на завтра?

– Да.

– И сегодня вечером устроим прощальный ужин!

– Вечером? Вечером, пожалуй, можно. Но сейчас простите, у меня есть еще одно важное дело. Так что я вас ненадолго покину.

Мариша проводила взглядом дедулю. А потому проводила его и до дверей. Попрощавшись со Смайлом, который спешил на вокзал, решительно вздохнула и произнесла:

– Пора!

С этими словами Мариша оделась и выскочила из квартиры с огромной продуктовой сумкой. Выйдя из подъезда, она достала кошелек и, стоя на ветру, принялась нарочито долго перебирать дисконтные карты крупных супермаркетов, расположенных поблизости от ее дома. Ветер сыграл с ней злую шутку. Пластиковые карточки разлетелись по ветру разноцветными прямоугольничками. И Мариша кинулась их собирать.