Рыцарь с буйной фантазией - Дарья Калинина

Покончив с ранним ужином или поздним обедом, кому как удобней было считать, подруги на некоторое время погрузились в сонное оцепенение. Их тела, измученные постоянными диетами, разгрузочными днями и неделями, наслаждались непривычным и почти забытым ощущением сытости. Жаннин заметно повеселела, Инна подобрела, а Мариша уже не так рвалась к опасным приключениям. Одним словом, сейчас три подруги являли собой образцы почти идеальных женщин.

– Мне кажется, нам надо заказать кофе, – произнесла наконец Мариша. – Иначе мы рискуем просто уснуть.

Кофе они выпили. И даже мужественно удержались от десерта.

– Мариша, а где твой дедушка? – спросила у подруги Инна. – Он тебе что-то давно не звонит.

Не успела она произнести эти слова, как запиликал телефон Мариши.

– Ну вот! Сглазила! – кинув взгляд на дисплей, с досадой вырвалось у той. – Да, дедуля. Хорошо, дедуля. А ты уже дома? Что? Хорошо, сделаю.

– Чего он хочет? – спросила Инна, когда Мариша закончила разговор.

– Две вещи. Первое – чтобы я была дома не поздней одиннадцати часов вечера.

– Ого! – восхитилась Инна. – Это уже прогресс! Раньше, помнится, он настаивал на десяти часах. Как тебе удалось его обломать?

– Я нашла к нему подход, – скромно потупившись, произнесла Мариша. – В конце концов хотя он и мой дед, но всего лишь мужчина. Так что со временем, я надеюсь, им можно будет вертеть, как моей душеньке будет угодно.

– А второе? Какую вторую вещь он от тебя хочет?

– Просил, чтобы я по дороге кинула ему на трубку немножко денег. Говорит, что у него все кончились. А у нас в районе ни в одном пункте платежи не принимают.

– Пусть купит карточку.

– В этом смысле мой дед – консерватор. Карточки не признает. Только наличные.

– Угу, – пробормотала Инна, уже утратившая интерес к оплате услуг связи. – Послушай, а дед тебе рассказывал, как к нему попала эта шпага?

– Как досталась?

– Ну да! Если не по наследству, то как именно?

– А что? Тебе это зачем?

– Пока не знаю. Но вдруг ее прежний владелец настолько был привязан к этой шпаге, что решился ее выкрасть?

– А кортик и пистолеты? Они ведь пропали вместе со шпагой.

– Их он взял для отвода глаз.

Мариша подумала и кивнула.

– Вечером же поговорю с дедом.

– Вот и замечательно! – обрадовалась Инна. – А куда мы двинемся теперь?

– Предлагаю все же позвонить архитекторам, – сказала Мариша. – Лично мне их молчание кажется подозрительным.

– В смысле, что они сейчас развлекаются с другими девушками?

– В смысле, что они сейчас ведут свое расследование и не считают нужным поделиться с нами его результатами.

И как всегда, когда дело касалось посторонних мужчин, Мариша оказалась права. Трое архитекторов, когда подруги дозвонились им, сразу же признались, что провели сегодня целых два часа, угощаясь чаем со сдобными плюшками с ванилью, шоколадом и орехами в гостях у Городовой Аллы Александровны – тетушки того самого Варфоломея Городового, безобидный скелет которого и перевернул жизнь стольких людей спустя почти тридцать лет.

– И что она вам рассказала? – с трудом скрывая негодование, спросила Мариша у Гены.

Ее легко можно было понять. Какие-то дилетанты пытаются обскакать их с Инной. А они-то уж собаку съели на подобных историях и не позволят им ничего подобного. Но Гена возмущения в ее голосе не расслышал. И вполне миролюбиво предложил:

– Если хотите, мы можем сегодня встретиться. И мы вам все расскажем.

– Да! – вырвалось у Мариши.

– А Жаннин с вами? – уточнив, где они находятся, спросил Гена.

– С нами.

– Хорошо. Через двадцать минут мы приедем. Пейте кофе, а нам ничего не заказывайте. Мы так сыты, что того и гляди лопнем.

Троица прикатила даже быстрей, чем через двадцать минут. Лица у всех лоснились, щеки округлились, а из бумажного пакета, который держал в руках Олег, одуряющее пахло свежей сдобой.

– Попробуйте, – великодушно предложил он подругам. – Старушка просто волшебница. Честное слово, будь она хотя бы лет на двадцать помоложе, женился бы, не задумываясь.

Девушки осторожно взяли из пакета по одной плюшке, действительно восхитительной. Тесто таяло во рту, а начинка – нечто творожистое, фруктовое, но не слишком приторное.

– Изумительно! – простонала Инна. – Дай еще!

– Э! Нет!

И Олег быстро убрал кулек за спину.