Третий глаз - алмаз - Дарья Донцова

Лиза просто не вспомнила про украшение. Онаприобрела пиццу, рассказала продавщице-кассирше, что ждет в гости любовника,автора замечательной книги. Незапланированный поход в кафе Лиза использовала наполную катушку. Она сделала все для того, чтобы кассирша запомнила покупательницу,изобразила обморок, шептала про эпилепсию, ну и так далее.

Когда Арина рассказывала мне о даме в желтомплатье, я насторожилась, потому что уже знала: Светлана считала свою болезньпостыдной, скрывала ее от всех, знала, что коллеги по работе считают ееалкоголичкой, но никого не разубеждала. Ну никак Света не могла сказатьпостороннему человеку, что у нее эпилепсия.

Елизавета очень старалась, чтобы девушка еезапомнила, и впутывала в ситуацию Мерзкого. Принеся Тане линзы, Лиза сказала,что идет принимать душ, ждет в гости Володю, талантливого писателя.

Татьяна была удивлена странной откровенностьюсоседки, но тут с первого этажа донесся вопль ее протрезвевшего супруга, и онанапрочь забыла о Светлане.

Лиза поставила на стол пару пустых стаканов, оставилана видном месте коробку от фаст-фуда с чеком. Она полностью подготовила сцену.Если станут интересоваться, сразу поймут: Владимир был в этой квартире, онзнаком со Светой, он ее любовник, и это Мерзкий довел Лукашину до смерти.Завершив инсценировку, Лиза уезжает домой, по дороге она останавливается увокзала, находит телефон-автомат и, изменив голос, сообщает о смерти Лукашиной.Милиция не торопилась, но когда она наконец приехала, то менты тоже принялиСвету за мертвую. Спустя энное количество времени прикатила труповозка,Лукашину упаковали в мешок, привезли в морг, и там, наконец, врач понял: онажива. Светлану положили в реанимацию. Доктор сообщил в милицию, что Лукашина неумерла, а тяжелобольна. Это известие вызвало радость у сотрудника отделения:слава богу, ему никаких хлопот. Квартира в полном порядке, с теткой случилсякакой-то приступ. Конечно, можно было задать себе вопрос: «Кто звонил вотделение с сообщением о ее смерти?» Но ментам не нужна головная боль. Ничемкриминальным не пахнет? Ну и до свидания.

Вернувшись к себе в поселок, Лиза написала накомпьютере текст про Владимира, пиццу, девочку Барбару, вложила его в конверт иотправила в Ложкино.

— И как она это сделала? — удивился Павел.

— Что тут особенного? — пожала я плечами. —Есть специальная курьерская доставка: платишь тройной тариф, и любое посланиепривезут куда надо через два часа! Мне «фрагмент рукописи» отдала охрана навыезде из поселка, я прочитала опус, кстати, опять напечатанный принтером нахорошей бумаге, и поняла: мысль посетить продюсерский центр верна, там надоискать Светлану Лукашину, а еще необходимо найти пиццерию, куда она бегала.Лиза, естественно, не знала, что я уже поговорила с Ритой Аморади, котораяотправила меня по тому же следу, все случайно совпало.

— Но почему же ты не стала уточнять черезсправку адрес Владимира Мерзкого? — удивился Павел. — Ведь его назвали врукописи.

— Подумала, что такой фамилии не бывает, —вздохнула я, — решила, что это выдумка автора. Но в конце концов добралась доЛизы, чем ее удивила. Она-то рассчитывала, что я поеду к писателю, а тот впадетв агрессию, полезет в драку…

Ясное дело, в этом случае госпожа Васильевапомчится к своему приятелю Дегтяреву, расскажет ему о книге, сумасшедшемграфомане, похищении Вари. Милиция кинется к литератору, а тот будет уже мертв.Но получилось не так, и Лиза опять решила использовать обстоятельства в своюпользу. Уже потом, обдумывая все, я вспомнила кучу странностей. В доме МерзкогоЛиза специально наталкивала меня на мысль о временном пребывании здесь Вари.Кто увидел серьгу у хлебницы? Лиза. Но ведь ранее она мне сказала: «Затеваяпохищение, Юрий велел девочке оставить украшения дома». Елизавета бегала поквартире Мерзкого, изображала поиски дочери и вдруг открыла хлебницу. Ну неждала же она, что дочь сидит там. Вот в тот момент она и подложила серьгу. Ктонаходит в бачке одежду Вари? Лиза. А сожжение рукописи? Вот уж идиотский шаг, икто его совершает? Лиза. Зачем? Сама она объяснила свой порыв просто: мол, унее потемнело в глазах от гнева, Владимир убил Варю, а она уничтожит егорукопись!

На самом деле Елизавета, великолепно знавшаяВладимира, понимала: он впадет в истерику при виде сожженной «нетленки» икинется за лекарством, и тут Гинзбург найдет способ подсунуть ему сверхдозусердечного препарата. Писатель умрет на глазах у свидетельницы, Дашаподтвердит, что графоман сам выпил таблетки.

Фортуна улыбнулась Лизе, Владимир еще доразжигания «костра» вынул из пузырька пару пилюль, но не успел их принять,потому что затевалось аутодафе романа. Ясное дело, писателю стало плохо, и ядала ему лежавшее на столе лекарство. Две большие желатиновые капсулы! Графоман,положив их в рот, воскликнул: «Но они же сладкие!», удивившись непривычномувкусу.

— А куда подевались маленькие таблетки? —подпрыгнул Павел.

— Увы, я задала себе этот вопрос позже, —вздохнула я, — хотя и отметила, что писатель удивился. Воспользовавшисьсуматохой, лекарство подменила Лиза. И уж слишком поздно мне вдруг вспомнилось,как она, сидя в машине, открыла сумочку, и я увидела внутри баллон с топливомдля бензиновых зажигалок. Но у Лизы была электронная зажигалка. Зачем онаприхватила бензин? Была еще маленькая ошибочка: когда мы с Лизой тольковстретились, она говорила о Лукашиной в прошедшем времени, употребляя глагол«была». Но ведь так не говорят о живом человеке. Значит, Лиза знала, что Светаумерла. Кто ей сообщил об этом? В продюсерском центре ни один человек не знал окончине, там держали Лукашину за пьяницу и не удивились ее отсутствию нарабочем месте. В общем, вопросов и нестыковок было много.

— Какие еще? — спросил Павел.

Я тяжело вздохнула.

— Лиза уверяла, что они с Мерзким давнорасстались, и графоман затеял похищение ребенка, чтобы отомстить мне. Но втаком случае логичнее было нанести вред моим детям, Маше или Аркадию, а непосторонней мне Варе, хотя это обстоятельство еще можно объяснить. В ванной уписателя стояла банка очень дорогого крема для тела. Неужели этот неопрятныйчеловек им пользовался? Я сначала предположила, что у него есть еще одналюбовница, и даже начала ее искать, но потом вдруг вспомнила, с какой радостьюМерзкий встретил Лизу, как он ей сказал: «Я тебя всегда жду», — и сообразила:если любовь закончилась, то Владимиру об этом факте сообщить забыли. Кремпринадлежал Лизе. Ну и другие вопросы возникли. В бачке был найден пуловерВари, а где остальная одежда? Почему Мерзкий не уничтожил столь явную улику?Тело девочки тщательно спрятал, а ее свитерок и кофту Лукашиной сокровавленными рукавами оставил.

— А как вещи попали в ванную литератора? —удивился Павел.