Признание - Чарлз Тодд

— Боже правый! — воскликнул его собеседник. Ратлидж пожалел, что не видит его лица. — Это правда? — спросил он наконец. — Вы уверены?

— Да, я так считаю. Я пробовал разыскать того человека, но не знаю, как его зовут. Некоторое время я думал, что он — это вы, что вы нарочно устроились на работу в семью Рассел, чтобы докончить то, что было начато в Колчестере.

— Вы думали, что я убил Фаулера… а теперь и Рассела? — Даже в темноте его удивление было явным.

— Больше ведь никого нет, верно? Вы были единственным чужаком в усадьбе «Берег».

Собеседник Ратлиджа принялся расхаживать под деревом туда-сюда, а затем сказал:

— Ну да, верно. Но если бы я убил их, зачем мне было приходить к вам сейчас? Неужели только для того, чтобы договориться с армией?

— Почему вы дезертировали? Почему не обратились в полицию? Вы боялись, что вас будут подозревать?

— Я не мог вернуться во Францию. Пусть даже и в артиллерию… — Тряся головой, он замолчал. Видимо, не мог продолжать.

— Всем остальным из нас хватило мужества вернуться.

— Дело не в мужестве. Черт побери, я не трусливее любого другого! — Глубоко вздохнув, он продолжал чуть спокойнее: — Я пришел не защищаться. Фаулер сказал, что это был его брат. Когда я прочел объявление в «Таймс», мне пришло в голову: возможно, он ошибался. И Фаулера, и Рассела убили в усадьбе «Берег», и я боялся, что… в их гибели обвинят не того.

Ратлидж понял: его собеседник стремится защитить Синтию Фаррадей.

— Как вы поступили с трупом Фаулера? Бросили там, где нашли?

— Я не знал, что еще делать.

На сей раз он солгал; его снова выдал голос.

— Тогда почему тела так и не нашли — даже скелета?

— Его не нашли? Тела Фаулера не нашли?! — Ратлидж уловил в голосе собеседника неприкрытый ужас.

— Миссис Рассел тоже умерла в окрестностях «Берега». Кто убил ее?

— Хотелось бы мне знать! Мы искали ее, пока не сбились с ног, но все без толку. Она исчезла бесследно. С тех пор я часто вспоминаю о ней. Скорее всего, конечно, она умерла. Шептались, будто она покончила с собой, но она ни за что не убила бы себя. Скорее всего, ее убили. Неужели тот же самый человек? — Напряжение в его голосе отражалось и в позе.

— Вполне возможно. Если он лишил Фаулера первой семьи, почему не второй? Впрочем, мы не узнаем ответа, пока не найдем его.

— Значит, он убил нас всех, верно? Кроме Синтии… То есть кроме мисс Фаррадей… Больше я ничего не могу сообщить. Вот все, что мне известно. Вы… найдите его. Ради любви к Господу найдите его. — Немного подождав ответа, человек под деревом молча развернулся и зашагал прочь.

Ратлидж не стал его задерживать. Но когда тот уже был почти на другой стороне улицы, скрылся в тени деревьев, но еще мог его слышать, Ратлидж обычным голосом позвал:

— Фаулер!

Его собеседник развернулся было, но вовремя осекся и быстро сказал:

— Моя фамилия Финли. Я ведь вам говорил.

— А по-моему, нет.

— Я не убивал их… — сердито возразил его собеседник, сделав несколько шагов вперед. Под козырьком кепки отчетливо выделялись белки глаз.

— Я арестую вас за убийство людей, давших вам кров и любовь в то время, когда вы сами были жертвой. Скажите, это вы убили миссис Рассел и ее сына?

— Нет. Вы не имеете права… будь я проклят… это неправда! — начал он, стоя футах в десяти, не дальше, и Ратлидж почувствовал напряжение, когда его собеседник шагнул чуть ближе. — Моя фамилия Финли! — Он осекся, когда из одного дома у них за спиной вышла пожилая пара и зашагала в другую сторону.

Ратлидж подождал, пока они окажутся вне пределов слышимости.

— По-моему, Харолд Финли мертв. И именно поэтому вы пока живы.

— Вы ошибаетесь. Не надо мне было сюда приходить, не надо было встречаться с вами. Я поступил так ради майора.

— Фаулер, вы не очень хорошо умеете лгать. Что на самом деле произошло в усадьбе «Берег»?

Его собеседник дернулся, и Ратлидж резко сказал:

— Если вы сейчас убежите, я вас найду. Сколько бы времени на это ни ушло. И когда я найду вас, то передам армейскому начальству.

— Я не хотел, чтобы они умирали! — воскликнул его собеседник. — Боже мой, неужели вы думаете… потому-то я и бежал. Чтобы все кончилось. Но ничего не кончилось, верно? Тот, кто за всем стоит, наконец, явился и за Уайатом! И я не мог допустить, чтобы следующей его жертвой стала мисс Фаррадей.

— Если вы меня не обманываете, пойдемте со мной, нам с вами есть о чем поговорить. Даю вам слово, что я вас не арестую, если и вы в свою очередь дадите слово, что будете говорить правду.

Ратлидж ожидал, что Фаулер откажется. Но тот, как ни странно, быстро согласился. Видимо, ему тоже не терпелось освободиться от бремени, которое он нес слишком долго.

К удивлению Ратлиджа, Фаулер сразу спросил:

— Где?

У него на квартире находился Рассел. И Франс была дома.

— Хотите, пойдем к мисс Фаррадей? Там никого нет. Сможете уйти в любое время, когда захотите.

— Нет. Куда угодно, только не к ней.

— Тогда назовите место.

— Неподалеку отсюда есть паб.

— Там слишком людно.

— Да, наверное, вы правы.

— Неподалеку от Скотленд-Ярда стоит моя машина. Можем посидеть в ней.

Фаулер долго думал и, наконец, сказал:

— Ладно, хорошо. Но мне нужна еще одна гарантия. Обещайте, что не будете выяснять, под каким именем я живу сейчас.

— Хорошо!

Хэмиш уже сомневался, неужели Фаулер согласится зайти так далеко. До того, как они дойдут до машины, у него будет много возможностей бежать.

Но Фаулер молча шагал за ним. Очутившись на Трафальгарской площади, где освещение было ярче, Ратлидж разглядел его изможденное лицо и запавшие глаза.

У самой машины Фаулер спросил:

— Чем я себя выдал?

— Вы не удивились, когда я рассказал об убийстве ваших родителей. А ведь никто из обитателей «Берега» об этом не знал. Миссис Рассел хранила все в тайне от двух других детей. Едва ли она посвятила в нее своего шофера. И еще вы сказали: «Он убил нас всех». А не «их всех».

Фаулер тихо выругался.

— А я-то думал, у меня все получится.

Они добрались до машины; сев и захлопнув дверцу, Фаулер откинулся на спинку сиденья.

— Как же я устал! — сказал он, закрыв глаза. — Думал, это никогда не кончится.

— Когда вы начали лгать? — спросил Ратлидж, дав своему собеседнику собраться с мыслями.