Неполная дура - Дарья Калинина

— Мариша, а чего мы ждем? — не выдержала она.

— Тихо! Теперь они могут явиться в любую минуту! Нельзя пропустить их появление!

— Кто они-то?

— Тихо! Сама увидишь.

— А когда?

— Я чувствую, что они вот-вот явятся.

Перед знаменитым Маришиным чутьем спасовала даже недовольная Инна. Если уж Мариша сказала, что чувствует неладное или напротив предвидит успех, значит, так тому и быть. Никакие природные катаклизмы, чужая воля и даже колдовская магия не смогут изменить ход событий.

И вот от входной двери послышался тихий скрежет. Мариша отодвинула в сторону дверцу шкафа и удовлетворенно прислушалась.

— Начинается! — прошептала она. — Теперь сидим вовсе тихо и не высовываемся. Они могут быть вооружены.

Услышав последнее, Инна поспешно забилась в самый дальний угол шкафа и попыталась занавеситься шубами.

— Да тише ты! — шикнула на нее Мариша. — Так копошишься, что тебя в Африке, должно быть, слышно. Спугнешь!

Больше всего на свете Инне хотелось именно спугнуть неизвестных полуночных гостей.

Но вот скрежет стих и в квартире раздались осторожные шаги. Мариша оставила крохотную щелочку и сквозь нее увидела, как по стенке бежит тонкий лучик света. У ночных гостей был при себе фонарик. Оповещать о своем появлении, а также врубать иллюминацию и заводить музыку они явно не планировали. Напротив, двигались как можно тише. И если бы Мариша в самом деле спала, то ничего бы не услышала.

— И где эта чертова штуковина? — внезапно раздался хриплый от волнения мужской голос. — Где ее искать?

— Она сказала, что надежно ее спрятала. Так что ищем в обычных местах. Ну, ты знаешь, где бабы цацки прячут! Под бельем, под ванной, на кухне среди продуктов.

— Ага, только бы не получилось, как у той бухгалтерши.

— Типун тебе на язык! — испугался голос. — И вообще, ты тот случай с этим не ровняй. Там тонкая работа предстояла. А тут плевое дело.

— Так и на пустяке сгореть можно.

— Нет, тут хозяйка должна дрыхнуть без задних ног.

— Там ты тоже так говорил. Дескать, она так окосела, что даже встать не сможет. А ведь смогла! И тебя узнала! И еще орать собралась!

— Что ты все о плохом вспоминаешь! Ищи лучше! Знаешь ведь, что эта вещица принадлежит нам. Имеем право.

Первый грабитель засопел что-то себе под нос.

— Гера воровал деньги у нас, значит, она наша, — добавил его приятель. — Или ты против такого расклада?

Беседовали воры едва слышно. И подруги расслышали часть их разговора только потому, что они находились в этот момент в гостиной, рядом со шкафом. Но потом воры перебазировались, осматривая и другие комнаты в квартире. И разговор у них оборвался. Или подругам просто не было слышно, о чем они шепчутся.

Но примерно через полчаса эти двое снова сошлись в гостиной. За это время Мариша успела выскочить из шкафа, что-то нежно прижимая к груди. Обратно она вернулась быстро, но уже без груза. И вот теперь грабители снова стояли возле шкафа и совещались.

— Надо уходить, — ратовал хриплый голос. — Опасно тут оставаться долго.

— Нет, она где-то тут! Мы еще не все осмотрели.

— И где мы не смотрели?

— Где? Ну, хотя бы вот в этом шкафу.

Инна в своем углу замерла, от ужаса покрывшись ледяным потом. Она закрыла глаза, ожидая, что сейчас дверь отъедет в сторону и их с Маришей найдут. Какого черта подруга затеяла это безумие?

— Вот же она!

Инна недоуменно приоткрыла один глаз. Она все еще сидела в шкафу, двери были закрыты, их с Маришей никто не нашел. Так к кому относится этот возглас? Но оказалось, что преступники отодвинулись совсем в другую сторону. И теперь возбужденно совещаются.

— Это точно она?

— Ты же видишь! Парень, девка, целуются они! Все, как должно быть!

— Больно какие-то они страшненькие!

— Много ты понимаешь! Восемнадцатый век! Раритет! Этой штуковине почти триста лет!

— Триста?! А она вон как вся блестит! И даже позолота не облезла! Берем!

С этими словами воры и удалились. Хихикая, Мариша выбралась из шкафа. И задорно спросила у Инны, которая тоже выбралась и с очумелым видом смотрела по сторонам:

— Ты это видела? Как тебе нравятся эти дураки? Сцапали дешевую подделку и еще довольны остались! И позолота их не смутила! А я еще беспокоилась, что заподозрят неладное. Вот кретины!

Инна насупилась. Что взяли воры? Вроде бы в гостиной у Мариши ничего не изменилось. Все вещи кроме злополучного пейзажа были на своих местах. Но ведь пейзаж исчез еще раньше, так что он не в счет. Мариша тем временем переместилась в кухню. Инна проследовала туда за ней.

— Послушай, хватит уже надо мной издеваться! — воскликнул она с обидой. — Мало того, что ты подвергла мою жизнь риску, так ты еще и не говоришь, ради чего все это затеяла!

— Прости, прости! — покаянно произнесла Мариша. — Но если честно, то я думала, ты сама все поймешь.

— Частично так и было, — призналась Инна. — Ты знала, что сегодня ночью тебя придут обворовывать. И подготовилась к визиту грабителей. Тортик купила и подменила тех самых раритетных пастушка и пастушку, о которых говорила нам Этна, на более дешевую копию. С позолотой.

— Тортик я купила для нас с тобой.

— Однако они его съели.

И в качестве доказательства Инна продемонстрировала подруге пустую коробку из-под торта, вытащив ее из холодильника.

— Вот негодяи! — неподдельно возмутилась Мариша. — Кто им разрешил лопать мои сладости?

— А воровать статуэтки, стало быть, ты их специально пригласила?

— Можно сказать и так.

— Как?

— Ну, я позвонила одному человеку, которого подозревала, и сказала ему, что Анька притащила мне на сохранение какую-то дурацкую фарфоровую статуэтку и утверждала, что она ей дорога как подарок Геры. А так как меня уже один раз обворовали, то у меня статуэтка будет в безопасности. Но сама я так вовсе не думаю. И потому в тревоге.

— И что этот человек? Поверил тебе?

— Еще как поверил! Ты же видела этих двоих!

— Нет!

— Ну, так слышала. Так что он заглотнул наживку как миленький. И пообещал, что возьмет эту статуэтку на сохранение. Но только завтра. Понимаешь? Дескать, за одну ночь с ней ничего не случится.

— И кто же этот человек?

— Ты его знаешь.

— Я?

Инна в самом деле удивилась. Она твердо была уверена, что голос ни первого, ни второго ночного грабителя, ей не известен.