Божья кара - Виктор Пронин

– За тебя, Андрей! – сказал он глухо, как бы сдерживая готовые вырваться из его груди гром и молнию.

– Слава, – Андрей поднял свою рюмку, – нас много, и мы едины. А завтра утром на Коктебель накатит волна глубокого удовлетворения, когда люди узнают, что произошло ночью. И поселок наконец-то вздохнет облегченно.

– А откуда люди узнают? – настороженно спросил Слава.

– У меня на базаре есть одна знакомая бабка... Вот ей я и расскажу. Этого будет достаточно, чтобы через полчаса Коктебель знал все.

– Но не исполнителей?

– Разумеется. Об исполнителях Коктебель будет только догадываться.

Вечер благополучно закончился, ночь становилась все темнее, луна поднималась все выше и сжималась, сжималась, бледнела, из теплой, бледно-розовой превращаясь в холодную, белесую и даже как бы ожесточаясь.

Подошел Равиль, подошли Жора с Аделаидой. Подошел Амок и молча сел чуть в стороне.

– А что Наташа? Задерживается?

– У нее сегодня смена.

– Могу позвонить Игорьку, – предложил Слава. – Он отпустит.

– Наверно... Не стоит.

– Пусть так, – сжалился Слава.

Ну, что тянуть...

Наступил момент, когда набережная опустела. Со стороны улицы Десантников почти неслышно подъехал салатного цвета «Москвич» с верным человеком за рулем. Слава увидел в проходе только часть заднего крыла и, не прекращая разговора о жизни с милыми его сердцу друзьями, чуть заметно кивнул головой, как бы сам себе кивнул, зарубку в памяти сделал – дескать, все в порядке, все идет по плану, ничего не отменяется. Слава помолчал, посмотрел на часы, потом на каждого, кто сидел с ним за столом в этот поздний вечер, а если сказать точнее, в эту звездную ночь, когда всем предстояло пройти через нечто важное в своей собственной жизни.

– Пора, – негромко произнес Слава. – Клиент истомился. Машина подана. Прошу садиться.

– А мы поместимся? – спросила Аделаида.

– Оставайся, Аделаидушка, – сказал Слава. – Зрелище не для твоих глаз... Мое заведение уже закроется к тому времени, девочки по домам разбегутся – накрывай стол в своей гостинице, вернемся к тебе. Если не возражаешь.

– Ну... Надо так надо.

– Клиент поедет с нами в заднем багажнике. Ему надо привыкать к тесным помещениям.

Не говоря больше ни слова, Слава шагнул в коридорчик, который вел к подсобным помещениям. Вышел из тени и пошел вслед за ним еще один человек, о существовании которого никто до этого момента и не догадывался. Подойдя к железной двери, Слава открыл ее, подошел к решетке. Костя сидел на кровати и, увидев Славу, не двинулся с места, только чуть отшатнулся к стене.

– Что... Уже? – прошептал он.

– Час пробил. Пора на выход.

– Я не могу... Мне плохо...

– Дело поправимое. – Слава открыл вторую дверь и прошел в комнату. Следом за ним вошел все тот же, молчаливый и сосредоточенный. Он подошел к Косте и спокойно защелкнул наручники на его руках так, что они оказались у него за спиной. – Вставай, мужик, машина ждет. – Слава помог Косте подняться, с другой стороны его подхватил помощник, и вдвоем они, не торопясь, протащили его по коридору, через хозяйственную дверь вывели на набережную и уложили в задний багажник. Со стороны могло показаться, что друзья помогают захмелевшему приятелю добраться домой.

Машина тронулась, через сотню метров свернула на улицу Десантников, потом налево по улице Ленина, потом углубилась в темные кварталы частных домов. Там машина остановилась, и Слава вышел, чтобы убедиться, что в багажнике все в порядке.

– Куда едем? – спросил Костя из темноты багажника.

– В горы, – ответил Слава.

– А точнее?

– Твое любимое место – Чертов Палец. Последний раз девочку там нашли... Вернее, то, что от нее осталось. Ту самую, чью цепочку с крестиком ты хранил в спичечном коробке. – Слава почувствовал, что начал заводиться – чуть дрогнули руки, и голос приобрел какую-то редкую для него интонацию, которую не все выдерживали в разговоре с ним. – Жадность фраера сгубила. Не будь этих цепочек, этих кулончиков, как бы нам убедиться, кто ты есть на самом деле! А так – какие вопросы? Нет вопросов.

– Это не жадность, это... – закончить Костя не успел – Слава захлопнул крышку багажника.

– Поехали, Степан. – И Слава сел рядом с водителем.

Дальше ехали молча. Кончились и как бы отшатнулись назад последние домики Коктебеля, дорога уходила вправо и шла все круче вверх. Здесь уже не было асфальта, пошел молодой, злобный щебень, завезли его недавно, прямо с камнедробильного завода. Это была единственная дорога, по которой можно было на машине подъехать почти вплотную к Чертову Пальцу – обросшей горными травами скале, торчащей в небо метров на сорок-пятьдесят. Он действительно напоминал палец, не то указующий, не то предостерегающий, а скорее, грозящий кому-то из-под земли, из мира темного, нечеловеческого.

Подъехав к самому обрыву, уходящему круто вниз, к морю, Степан остановил машину. Фонарей здесь никогда не было, и в полной темноте этот самый палец можно было рассмотреть только в свете фар. Все вышли из машины – Равиль с Андреем, Слава, Степан. Вышел, поеживаясь и зябко потирая руки, Жора.

– А место жутковатое, – проговорил он.

– В самый раз, – ответил Слава. – Лучше не найти. Да и о чем говорить – он сам выбрал это место. Я приходил сюда, когда девочку нашли... Три метра по кругу – сплошная кровь... А потом он к морю спустился...

– Зачем? – спросил Андрей.

– Отмывался. Он же был весь в кровище, не мог же в таком виде в Коктебель вернуться. Ему будет что вспомнить. Хотя и пудрит мозги, не помню, дескать. Вспомнит.

– Непростое место, – пробормотал Равиль. – Не хотел бы я здесь ночь провести. Похоже, не только люди сюда наведываются...

– А кто еще? – почему-то шепотом спросил Жора.

– Да разные бывают, – уклонился Равиль от ответа.

– Днем приходи, – посоветовал Слава. – Днем здесь хорошо. А ночь и в самом деле... Только для маньяков время... – Начнем?

– А чего тянуть... – подал голос Степан. – Опять же тварь в багажнике мается... Живой ведь, жалко... Кончать его надо. – Степан вынул из-под сиденья свернутую в кольцо веревку и положил на капот. – Я готов.

– Каждый должен за рулем посидеть, – сказал Слава.

– Зачем? – удивился Андрей.

– Чтобы потом не было лишних разговоров.

– А разве разговоры бывают лишними? – попытался пошутить Жора.

– Да, – резковато ответил Слава.

– Может, фары выключить? – спросил Степан. – Мало ли, где какой турист под кустом завалялся... Габаритных фонариков будет достаточно.

– Тоже верно, – согласился Слава. – Выключай. – Он подошел к багажнику, откинул крышку, всмотрелся внутрь. – Живой?