Лекарство для покойника - Фридрих Незнанский

Сперва тоннель шел прямо. Вода заполняла его до самого свода. С откатывающейся волной образовывалась воздушная подушка, но уже в следующий миг нахлынувшая новая волна ее разрушала. Солонин не переставая работал ластами, надеясь достичь места, где вода спадет и можно будет сэкономить кислород в баллонах.

Пещера изогнулась влево и поползла вверх. Теперь вода заполняла ее наполовину. Он поплыл по спокойной гладкой поверхности, осматриваясь вокруг, насколько позволял свет фонаря. В ширину было три-четыре метра, в высоту – трудно сказать, но до каменного свода свободно доставала рука, – пещера не носила никаких искусственных следов. Все натуральное, природное.

Постепенно море отступало, и вскоре Солонин вынужден был снять ласты и идти по щиколотку в воде. Пещера круче забирала вверх. Но уже через сотню шагов уверенно повела вниз.

Фонарь выхватывал изрезанные сырые стены, уродливые каменные отростки, прилепившиеся к ним, словно лишайник. В мертвой тишине гулким эхом отдавались звуки шагов. Вода под ногами уже не хлюпала, и Солонин двигался быстрее.

Тоннель сужался, грозя закончиться тупиком. В этом случае его эксперимент можно будет отнести к разряду туристической прогулки. Для дела пользы никакой. Для здоровья и общеобразовательного уровня кое-что приобретется. Но второй вариант его не устраивал.

Пещера и вправду обрубилась, оставив лишь узкую, угрюмо чернеющую щель в центре тупика. Минуту Солонин стоял потерянный. Сбылись худшие предположения. Но уж коль сюда забрался, нужно идти до конца. Втиснувшись боком в пролом, он попробовал двигаться дальше.

К немалому удивлению, через пару метров щель резко раздалась, и Солонин буквально выпал из нее. Еще через двадцать – тридцать метров он наткнулся на бетонный фундамент. Луч фонаря заскользил по монолитной преграде, не оставляющей надежды на проходы, лазы, щели, а значит, и на дальнейшее продвижение вперед. Похоже, путешествие подошло к концу.

Солонин направил фонарь вверх, прочертил прямую слева направо; опустил ниже и повторил ту же процедуру.

Желтое пятно выхватило квадратное окошко с металлической решеткой.

Вот, блин, подумал Солонин, книжку можно писать – «В поисках приключений».

Окошко находилось над ним в полуметре. Он сложил у стены акваланг, маску, ласты и, подсвечивая фонарем, надавил на решетку. Она слабо подалась. Солонин прицепил фонарик к поясу и надавил двумя руками. Решетка вывалилась наружу, со звоном обо что-то ударившись.

Он замер, прислушался. По ту сторону царило полное безмолвие, как в заброшенном старинном склепе, и еще – неопределенность. Выбора не было. Солонин подтянулся и впихнул свое тело в квадратный проем. Размеры окошка с трудом позволили попасть за бетонную стену.

То место, где он оказался, удивило не меньше, чем способ, которым он сюда проник.

Солонин стоял в комнате отдыха сауны.

Москва, Генеральная прокуратура,

Турецкому А. Б.

СПЕЦСООБЩЕНИЕ

Проживающий в городе Леверкузен взятый под наблюдение силами сотрудников «Пятого уровня» Генрих Грасс прошедшие двое суток провел дома с женой и детьми. На работу, в свою фирму, выезжал лишь однажды, чтобы встретить прибывшего из России бизнесмена Петра Лапина. Они провели вместе не больше получаса, после чего Лапин отправился в гостиницу, а Грасс – к себе домой.

Реддвей. 23 часа 55 минут. 15 сентября.

Солонин. Крым, Гурзуф. 15 сентября, 13.15

Помещение было сплошь обшито деревом, деревянный стол, скамьи у стен, начищенный до блеска самовар – все выдержано в лучших русских традициях. Окошко, которым он воспользовался, начиналось от пола и находилось в не заставленной мебелью, свободной нише. Оно, по всей видимости, служило единственной отдушиной – окна и другая вентиляция отсутствовали. Пол был выложен кафелем, оттого, падая, решетка и произвела такой шум.

Солонин прошел дальше, в другие помещения. Две душевые кабины сиротливо молчали. Небольшой бассейн – совершенно сух.

Он заглянул в парилку. И обнаружил, как и следовало ожидать, пустые, в два яруса, полки.

Да, роскошью сауна не отличалась. Можно понять желание Богачева ее капитально реставрировать. Взять хотя бы пол в комнате отдыха. Давно пора было заменить кафель на дерево. Не успел хозяин осуществить задуманного, а вот хватит ли сообразительности у хозяйки довести все до ума – большой вопрос.

Солонин вернулся обратно, подошел к входной двери. Она оказалась запертой снаружи. Значит, попасть в дом можно или имея ключ, или если бы кто-то предварительно открыл ее. Такой вариант подтверждал версию, что у убийцы был сообщник из близкого окружения Богачева, допущенный в его семью.

"Еще раз осмотревшись, Солонин решил возвращаться и уже опустился на пол, чтобы пролезть в отверстие, когда взгляд его упал на засохшие на кафеле кусочки грязи. Он сам наследил, но его следы были влажными. А эти – не первой свежести. В сауне явно давно не убирали, так как не пользовались ею. И это пришлось как нельзя кстати.

Попробовав рукой засохший грунт и сравнив его с прилепившимся к своим подошвам, он убедился в полной идентичности. Вывод напрашивался сам собой: до него инкогнито здесь побывал кто-то еще, и этот кто-то пробрался сюда тем же путем, что и он.

Но с какой целью? Ясно, не в сауне попариться и не прогулки ради.

Солонин уже примерно представлял себе, как все произошло.

Мысленно поблагодарив покойного хозяина, что не успел заменить кафель на дерево (на деревянном полу следы были менее заметны и отчетливы), он покинул помещение. Решетка легко стала на свое место, Солонин подхватил снаряжение и двинулся назад.

Когда вода достигла подбородка, он нырнул. И опять холодная непроницаемая масса окутала его всего, сдавила тело. Солонин заработал ластами.

Косые лучи солнца прорезали морскую толщу, уходя в глубину и теряясь в ней. Подводный сумрак начал редеть. Это могло означать только одно – выход из пещеры недалеко. По его подсчетам, кислорода в баллонах хватало. Вливающийся в проход поток отбросил Солонина назад, потом подхватил и увлек вперед.

Он очень поздно заметил каменный выступ и налетел на него плечом. Спас резиновый костюм. В противном случае не обошлось бы без приличной раны. Избегая нового столкновения, Солонин нырнул глубже, где бродящие взад-вперед потоки не ощущались и не грозили расшибить о камни.

В полумраке что-то блеснуло. Он заложил влево и вниз. Пришлось опуститься еще на пару метров. На ушные перепонки начало безжалостно давить. Не обращая на это внимания, Солонин разрезал воду двумя мощными гребками ласт и почти достиг дна.

Блестящий предмет покоился в расщелине скалы. Мимо, щеголяя пестрым окрасом, прошмыгнул морской окунь. Солонин протянул руку. И тут же ее отдернул. Большой краб выполз из расщелины, служившей, вероятно, ему убежищем, и бесстрашно уставился на непрошеного гостя. Забрался на тускло переливающийся предмет и, выставив вверх клешню, приготовился защищать свое сокровище.