Безмолвный крик - Энн Перри

Она отвернулась, сцепив перед собою руки. Более впечатлительная женщина зарыдала бы, принялась кричать, бросила бы что-нибудь, чтобы снять внутреннее напряжение.

– Мисс Лэттерли, он никогда себя так не вел. – Голос ее звучал сдавленно, словно каждое слово давалось с трудом. – Своевольничал порой, бывал безрассуден, как большинство молодых людей, но не проявлял жестокости. Это уму непостижимо. Вчера вечером мне казалось, что я свалюсь от усталости. Мне так этого хотелось… – Последнюю фразу она произнесла с каким-то неистовством. – Хотелось просто не думать больше, не чувствовать. Но несколько часов я пролежала без сна. Все пыталась понять, что его изменило, почему он стал другим, когда это началось. И не нашла ответа. Все это до сих пор не имеет для меня смысла. – Она повернула к Эстер бледное отчаявшееся лицо. – Зачем кому-то избивать этих женщин? Зачем насиловать, если они и так не против? Зачем это кому-то? Это безумие…

– Я тоже не понимаю, – честно призналась Эстер. – Очевидно, здесь не физическое желание, а скорее страсть властвовать над кем-то, потребность причинять боль, унижать… – Она замолчала. Сильвестра смотрела на нее изумленно, словно сиделка изрекла что-то новое и непостижимое. – Вам никогда не хотелось кого-нибудь наказать не из справедливости, а из злости? – спросила мисс Лэттерли.

– Пожалуй… хотелось, – нерешительно сказала Сильвестра. – Но это вряд ли… да, полагаю, хотелось. – Она озадаченно смотрела на Эстер. – Вы хотите сказать, что это то же чувство, только чудовищно раздутое?

– Не знаю. Я просто пытаюсь объяснить…

Выбросив стайку искр, в камине просел уголь.

– Значит, это не физическое желание, а… ненависть? – спросила Сильвестра, стараясь понять.

– Скорее всего.

– Но почему Рис ненавидит этих женщин? Он с ними даже не знаком!

– Наверное, не имеет значения, кто это будет. Сгодится любой, кто слабее, и чем он беззащитнее, тем лучше…

– Замолчите! – Сильвестра судорожно перевела дух. – Простите меня. Вы ни в чем не виноваты. Я спросила вас, а теперь не желаю выслушать ответ…

Она заломила руки, царапая ногтями кожу и не замечая этого.

– Бедный Лейтон… Должно быть, он давно подозревал, что происходит что-то ужасное, и наконец решил проверить. А когда пошел за ним и узнал… – Она не смогла договорить.

Две женщины стояли в тихой, изысканно обставленной гостиной и представляли себе страшную сцену в переулке – отец и сын лицом к лицу на грани ужаса, который разлучит их навеки.

А потом сын напал, возможно, в порыве ярости или не справившись с чувством вины, а скорее, из страха, что будет уличен и предан суду… И он надеялся, что избежит ответственности, если одержит верх. Они били и пинали друг друга, пока Лейтон не погиб, а Рис не получил такие травмы, что рухнул на камни, истекая кровью.

И вот теперь, перед лицом ужасного, он отказывался верить, что это дело его рук. Нет, это совершил кто-то другой, его другое «я», некто, ему не подвластный.

– Мы должны найти для него адвоката, – решительно сказала Эстер. – Когда дело дойдет до суда, у Риса должна быть защита. У вас есть кто-нибудь на примете?

– Адвоката? – Сильвестра заморгала. – Его действительно будут судить? Он же так болен! Он, быть может, безумен, неужели они этого не понимают? Корриден скажет им…

– Не настолько безумен, чтобы уклониться от суда, – с абсолютной уверенностью заявила Эстер. – Не знаю, поможет ли предположение о безумии защите, но вы обязаны найти барристера. Он у вас есть?

Казалось, Сильвестра не может собраться с мыслями. У нее не фокусировался взгляд.

– Барристер? Нашими делами всегда занимался мистер Колфилд. Я с ним никогда не разговаривала. Деловые вопросы улаживал, естественно, Лейтон.

– Он солиситор?^[12] – спросила Эстер, почти уверенная в ответе. – Вам нужен барристер, который будет представлять в суде Риса. Его можно нанять через мистера Колфилда, но если у вас нет предпочтений, то я знакома с сэром Оливером Рэтбоуном. Он – лучший барристер, какого можно найти.

– Надеюсь… что так… – нерешительно отвечала Сильвестра. Эстер не могла понять – то ли она шокирована поворотом событий, то ли уже сомневается, хочет ли нанимать незнакомого барристера по неизвестной цене для защиты Риса. Вероятно, прежде ей не приходилось принимать столь серьезные решения, и она к ним не привыкла. Подобными вещами всегда занимался ее муж. Он бы собрал информацию и проанализировал ее. Его слово стало бы решающим. А ее мнения, скорее всего, и не спросили бы.

Теперь заботиться о защите Риса приходилось Эстер. Больше этим заниматься было некому.

– Я поговорю с сэром Оливером и попрошу его прийти и встретиться с вами. – Она сформулировала предложение как вопрос, чтобы Сильвестра не могла просто так отказаться, и ободряюще улыбнулась. – Полагаю, разумно будет заняться этим прямо с утра?

Сильвестра вздохнула, но ничего определенного не ответила.

– Благодарю вас, – учтиво сказала мисс Лэттерли, хотя внутри у нее все кипело.

* * *

В девять утра она уже сидела в приемной Рэтбоуна. В кабинет ее проводили после того, как оттуда вышел первый клиент; клерк заверил, что следующего посетителя развлекут и уведомят о занятости сэра Оливера вопросом чрезвычайной важности, что по меньшей мере наполовину соответствовало действительности.

Эстер не тратила времени на вступление, понимая, что явилась без предупреждения в расчете на личное отношение к ней Рэтбоуна и собирается просить об одолжении. Ситуация ей не нравилась, особенно в свете их последней встречи и с учетом чувств, которые, как могло показаться, он к ней питает. Если б на кону не стояла жизнь Риса, она не обратилась бы к Рэтбоуну. Солиситор Сильвестры мог направить письменное поручение кому-нибудь другому.

– Они арестовали Риса за убийство отца, – напрямик заявила Эстер. – Конечно, его не увезли, так как он слишком слаб, но хотят предать суду. Миссис Дафф в полной растерянности и не в состоянии найти для защиты Риса хорошего барристера. – Она замолчала, остро чувствуя на себе и взгляд его темных глаз, и его озабоченность по поводу услышанного.

– Мне кажется, вам лучше присесть и сообщить мне все известные по делу факты. – Рэтбоун показал ей на стул возле рабочего стола и опустился в свое кресло. Перо для заметок он пока брать не стал.

Эстер постаралась собраться с мыслями, чтобы толково и доходчиво, без переполнявших ее эмоций, рассказать о деле.

– Риса Даффа и его отца, Лейтона Даффа, нашли на Уотер-лейн; это переулок в районе Сент-Джайлз, – принялась объяснять она. – Лейтона Даффа забили насмерть. Рис в результате побоев получил тяжелые травмы, но выжил, хотя и лишился речи; у него сломаны обе руки, и ручку держать он не может. Это важно, потому что он не может общаться, только кивает и качает головой.