Третий глаз - алмаз - Дарья Донцова

Тельма замолчала, я тоже не произнесла нислова, сидела молча, уставившись в экран работающего без звука телевизора. УБарсуковой был включен канал КТК, демонстрирующий новости. Вдруг появилось лицоЛизы, заплаканное, опухшее, потом камера отъехала чуть вбок, стало видно, чтоее ведут под руки в машину «Скорой помощи». Забыв спросить разрешение ухозяйки, я схватила пульт, комнату заполнил мужской голос:

— …некрасивой истории. Впрочем, теперь словоотцу, Юрию Гинзбургу.

Слева возникло изображение дородного мужчины скрасными щеками.

— Юрий Анатольевич, — зачастил корреспондент,— вы согласились дать нам эксклюзивное интервью.

— Да.

— «Желтуха» в своей статье говорит о том, чтопродюсер Гинзбург ради отсрочки кредита инсценировал похищение дочери Варвары.Это правда?

— Да.

— Как вам такое пришло в голову? — неожиданновыдал искреннюю человеческую эмоцию журналист.

Юрий стал багровым.

— Мне очень тяжело. С девочкой не должно былоничего случиться. Ее спрятали на квартире у близкой знакомой… но…

— Дальше, пожалуйста! — поторопил продюсераинтервьюер.

— Лукашина… она… Моя жена… В общем, нектоВладимир, писатель, украл Варю у Светланы. Он их убил.

— Кого? — вытаращил глаза тележурналист.

— Владимир лишил жизни Лукашину, женщину,которую мы просили присмотреть за Варей, а затем и Варю, — вдруг вполне внятнообъяснил Юрий. — Владимир был некоторое время любовником моей жены Лизы.Супруга призналась, что их связь длилась неделю, Елизавета разорвала отношения.Но писатель ее шантажировал и в конце концов решил наказать бросившую егоженщину. Он договорился с Лукашиной, и та отдала ему ребенка. Почему? Правдынам уже не узнать. Но у Владимира и Лукашиной был сообщник.

Я икнула: вот это новость!

— Вчера днем мне по электронной почте пришлописьмо. «Положи в чемодан два миллиона долларов и приезжай один по адресу…» Яне стану сообщать подробности!

— Не надо, — ошарашенно согласился журналист.— Вы исполнили приказ?

— Да. Явился ночью в указанное место, положилсумку с деньгами, и мне на ноутбук через пять минут пришло сообщение,предписывающее отправиться в деревню Зеленовка. Я доехал до заброшенного села инашел в развалинах магазина мешок.

— С трупом девочки! — в полном ужасе выдохнулкорреспондент.

— Нет, — прошептал Юрий, — там лежали вещиВари, все в крови, брюки, нижнее белье, одна серьга и браслет, которые яподарил ей на десятилетие, а еще письмо, пара напечатанных строк.

— Можете их вспомнить?

Продюсер кивнул.

— «Вы испортили мне жизнь, мучаясь отпереживаний, я не могу работать над великой книгой. Пусть теперь и вас терзаетгоре. Варвара мертва, где ее могила, не узнать никому. Владимир». Я больше немогу… все… уберите камеру.

Изображение Гинзбурга пропало.

— Как прокомментировать эту историю? — с жаромспросил журналист. — У меня нет слов. Могу сообщить лишь сухие факты. ЛитераторВладимир Мерзкий, сознавшийся в убийстве похищенной Варвары Гинзбург, скончалсявчера от сердечного приступа в своей квартире. Неустановленный третий участникпреступления забрал два миллиона долларов и исчез в неизвестном направлении.Елизавета Гинзбург в тяжелом состоянии отправлена в частную больницу, врачи неразрешают с ней беседовать. Юрий Гинзбург согласился дать эксклюзивное интервьютолько нашему каналу. Милиция работает по делу, но, естественно, положительныхрезультатов ждать не приходится. Какие выводы можно сделать из этой трагедии?Мир шоу-бизнеса прогнил насквозь, в нем нет места любви, даже если это любовь ксобственному ребенку. Варвара Гинзбург является жертвой сексуального партнерасвоей матери, но равным образом она и жертва своего алчного отца, решившегоинсценировать похищение дочери. Вор у вора дубинку украл. Похищенную девочкупохитили. Остались ли у людей светлые чувства друг к другу? С вами был СергейАнтонов, канал КТК.

— Вот! — ткнула пальцем в экран Тельма. —Народ с ума сошел! Ребенка убили! Из-за двух миллионов долларов! Хотя, похоже,этот мордатый очень богат, раз десятилетней драгоценности на день рождениядарил.

— Варя погибла от руки сумасшедшего, —поправила я Тельму.

— Как бы не так! — отрезала бывшая нянька. — Адва миллиона где?

Я прикусила губу.

— Лучше не включать телевизор, — вздохнулаТельма, — вечно гадость показывает. Ведь понимаю: не надо, а все равно в экранпялюсь. Вон, потратилась, новый купила!

Меня словно стукнуло по затылку.

— Новый купила, — машинально повторила я, —соседка Лукашиной… Килькина Наталья Петровна… внучка… внук… телик у Светы…браслет… два миллиона… Извините, мне пора!

— Ну так до свидания, — без всякого сожаленияответила Тельма.

Я вылетела на улицу, немедленно позвонилаДегтяреву и командным голосом приказала:

— Узнай сейчас же: у Килькиной НатальиПетровны, соседки Лукашиной, есть внуки?

Через три часа, вдоволь натолкавшись попробкам, я очутилась около знакомого дома, увидела у подъезда черный«Запорожец» Дегтярева, подбежала к нему и нервно спросила:

— Ты к ней заходил?

— Только приехал, — засопел полковник, — весьгород в пробке стоит!

— Пошли скорей!

— Надо подождать ребят, они на подходе, —закапризничал Александр Михайлович, — и потом, ты уверена?

— Да! — рявкнула я. — Бежим живее.

— Четверть часа роли не сыграют, — отрезалполковник.

— Ну тогда я пойду одна, — отчеканила я ивошла в дом.

Минут через пять полковник, сопя, очутился налестничной клетке.

— Не открывает? — спросил он.

— Нет, — разочарованно ответила я, — сейчаспопробую выяснить, что к чему, если не ошибаюсь, соседки Лена или Таня могутбыть в курсе.

Не успела я произнести последнюю фразу, какодна из дверей распахнулась, и высунулась Татьяна.

— Привет, — поздоровалась она со мной, как схорошей подругой, — ищешь кого?

— Не видела, где Килькина? — спросила я.