Полное каре - Чингиз Абдуллаев

– Конечно. Мне ужасно интересно – кто победит. Хотя во времясамой игры никого в зал не пускают. Никого, кроме членов клуба казино.Считается, что зрители могут отвлекать игроков или мешать им играть. Поэтомутам остаются только крупье и сами игроки. Наверно, в этом своеобразном таинствеесть какой-то смысл. Хотя я уверена, что все гораздо проще. Ведь там за столомбудут находиться такие люди, которых не должны видеть другие. Разные известныелюди, даже иногда бывают короли и аристократы.

– Много членов клуба казино Монте-Карло сейчас в зале? –уточнил Дронго.

– Почти никого нет. Кроме сегодняшних игроков, мы с мужем,господин Альбер Лежен, вице-президент клуба, моя подруга Лидия и... все. Большеникого нет. Только мы четверо можем попасть на игру и посмотреть, как они будутиграть. Если хотите, вы сможете пройти вместе со мной.

– Каким образом?

– Вместо моего мужа. У графа есть постоянный пропуск во всезалы казино. Не забывайте, что он родственник Гримальди.

– Значит, теперь вы графиня Меранже? – вежливо улыбнулсяДронго.

– Для вас я просто прежняя Алина Смолич, а по мужу я,конечно, графиня Меранже.

– Вы давно знаете господина Романишина? Я видел, как вы сним беседовали.

– Конечно. У нас общий круг общения. Костя человек хоть ибез царя в голове, но очень компанейский, свойский. Его отец – известныймосковский олигарх, владелец «заводов и пароходов». Как было в той сказке проМистера-Твистера.

– Примерно так. А ваша вторая спутница?

– Это Лидия Луганова-Филали. Ее мужем был известный арабскийбизнесмен из Саудовский Аравии. Они развелись полтора года назад, но мужоставил ей с ребенком виллу в Сент-Тропе и выделяет на его содержание, кажется,чуть ли не миллион евро. Хотя я не думаю, что так мало. Наверняка у нее есть исвои акции.

– В вашей компании есть люди, состояние которых исчислялосьбы меньшими суммами, чем миллионы долларов? – поинтересовался Дронго, притворнонахмурившись.

– Нет, – рассмеялась она, – действительно нет. Хотя могу васутешить. На фоне господина Омара Халида или того же Генриха Херцберга мы всевыглядим не очень респектабельно. Их состояния оцениваются в сотни миллионовдолларов.

– Вы меня успокоили, – пробормотал он, – а то у меня началразвиваться комплекс неполноценности. Но я слышал, что сегодня в игре примутучастие новые игроки. Вы их знаете?

– Какие игроки?

– Моисей Шульман, прибывший сюда из Земли обетованной, иТарас Маланчук, он, кажется, ваш земляк.

– Впервые слышу эти фамилии. Понятия не имею, кто они такие.А вы все-таки хотите сыграть?

– Нет. Просто интересуюсь. Я же сказал, что не собираюсьрисковать такими суммами. По моему глубокому убеждению, это абсолютная глупость– вообще играть в карты на деньги или пробовать удачу, играя в рулетку.

– Почему? – заинтересованно спросила она.

– У вас просто нет шансов. Практически ни одного. При игре врулетку – кажется, один шанс против пятидесяти. Но на самом деле все гораздопроще. Вы не можете выиграть ни при каких обстоятельствах. Вы можете толькосбежать. Вовремя сбежать. Все равно шансы казино гораздо больше, чем у вас. Нодаже если произойдет чудо и вы сможете выиграть большую сумму, и даже сумеетезаставить себя прекратить игру и забрать эти деньги, то на следующий день выгарантированно придете сюда и проиграете все деньги. Такова человеческаяприрода. Казино всегда в выигрыше, игроки всегда в проигрыше. Универсальныйматематический закон.

– Вам нужно рассказать об этом моему мужу, – улыбнулась она,– чтобы он тоже понял.

– У них другая игра. Там они играют друг против друга, а непротив казино. Хотя все равно глупо рисковать своими деньгами, даже в этомслучае. Прихоть судьбы – и у вашего партнера по игре могут оказаться гораздолучшие карты, чем у вас. И вы ничего не сможете сделать.

К ним подошла вторая молодая женщина. У нее были собранныетемные волосы и черное длинное платье, плотно облегающее фигуру. Платье былоглухое, с высоким воротом. Очевидно, сказывалось, что Лидия Луганова-Филали втечение пяти лет была супругой арабского бизнесмена и даже успела некотороевремя пожить в его дворце в Эр-Рияде в качестве четвертой супруги. У нее быликрасивые миндалевидные глаза, нос с горбинкой, чувственные губы. По матери онабыла башкиркой, и азиатская кровь в ней явно чувствовалась.

– Познакомь меня со своим собеседником, – томным голосомпопросила Лидия.

– Господин Дронго, – представила его Алина, – а это госпожаЛидия Луганова-Филали, мой друг.

– Очень приятно, – Дронго мягко пожал руку женщине. В Европеуже отказались от привычных поцелуев руки, а супругам арабских шейхов рукицеловать не было принято всегда, даже разведенным.

– И мне приятно, – улыбнулась Лидия, – а я смотрю на вас идаже завидую Алине. Такой роскошный мужчина, которого она сумела отыскать средивсей этой мелочи.

– Господин Дронго эксперт по вопросам преступности, –сообщила Алина.

– Какая прелесть, – сказала с ударением Лидия, – значит, выкак раз тот человек, который мне нужен.