Свинья в апельсинах - Дарья Калинина

— За те полгода, пока я проматывал бабушкино наследство, я успел привыкнуть к дорогим вещам, красивым женщинам, ресторанам с изысканной кухней и прочим приятным мелочам жизни, которые можно приобрести лишь за деньги, — ответил ей Антон. — И не просто за деньги, а за очень большие деньги. В моей фирме я таких денег заработать не мог.

— И что ты предпринял, чтобы поправить свое материальное положение? — спросила у него Мариша. — Ты ведь что-то предпринял, я правильно понимаю?

— Это все Алекс виноват, — заявил Антон. — Он втянул меня в эту авантюру. И как я мог быть таким легкомысленным, чтобы довериться этому типу.

— Ты о брате говоришь? — на всякий случай уточнила у него Мариша.

— О брате?! — воскликнул Антон. — Не брат он мне. Ехидна, гиена, ядовитая змея. Кто угодно, но только не родной брат! Он меня просто подставил!

— В каком смысле? — поинтересовалась Юля. — Можно поподробней?

— Пожалуйста, — буркнул Антон. — Когда мы были с ней в Алжире, — и он кивнул в сторону Кэт, — я встретил там своего брата. Мы не виделись много лет. Конечно, я слышал от матери, что Алекс перебрался в Африку, но точного его адреса я не имел, да и не интересовался.

— Почему? — спросила Мариша.

— Мы с братом не были слишком близки, — объяснил Антон. — Он ведь сын моей матери от первого брака. Старше меня. И, как я уже говорил, его воспитывала бабушка, а меня мать. Так что мы с ним почти не виделись, и никаких общих воспоминаний детства, которые могли бы нас сблизить в зрелом возрасте, у нас не было. Да еще та история с его девчонкой.

— Какая история?

— Это было давно, — сказал Антон. — Как-то Алекс приехал к матери, чтобы познакомить ее с одной девушкой, которую считал своей невестой. А она влюбилась в меня. И у нас с ней… Словом, они с братом расстались. Мать потом мне говорила, что я поступил дурно, что Алекс очень переживал из-за этой девушки. Не знаю, мне она особенно была не нужна. И я ее вскоре бросил. Алекс свою бывшую невесту принять обратно отказался, и у них все закончилось полным разрывом. Но это было давно, и, когда мы с Алексом встретились в Алжире, я думал, что та история давно забыта. Тем более что Алекс предложил мне вместе с ним поужинать. И там за ужином он рассказал мне о своей жизни. Тогда я впервые услышал о Средоточии Мира. И о том, что король вовсю старается, чтобы его страна выбралась из многовековой нищеты. И кажется, вполне в этом преуспевает.

— И при чем тут ты? — спросила Юля.

— Я же говорил, что денег мне всегда не хватало. Я рассказал Алексу, чем занимается моя фирма. И он сказал, что Средоточие Мира не пожалел бы денег, чтобы иметь электростанцию нашей фирмы у себя в стране. Для его климатических условий она подходила идеально. И у меня в голове зародилась безумная идея — продать чертежи, по которым можно было бы построить подобную электростанцию, этому африканскому королю. И вообще помочь ему ее построить. Я наивно полагал, что об этом в моей фирме никто не узнает. Африка большая, а страна Средоточия Мира находится в глубинке. Поэтому я взял отпуск и поехал в гости к брату. Он познакомил меня с королем, и мы с ним быстро обо всем договорились. Я продаю Средоточию Мира чертежи и документы, с помощью которых можно построить электростанцию, в обход своей фирмы. А он платит мне половину тех денег, которую должен был бы заплатить, построй он ее легальным путем.

— Другими словами, ты совершил промышленный шпионаж! — воскликнула Юля. — Ты обокрал свою фирму.

— Ну да, — кивнул Антон. — Но я был уверен, что никто об этом не узнает.

— Довольно наивно с твоей стороны, — заметила Мариша.

— Со временем я это тоже понял, — произнес Антон. — Но тогда я думал лишь о том, как бы получить эти огромные деньги, которые обещал мне король. А не те крохи, которые мне платили в фирме.

— И что было потом?

— А потом, когда мне уже нужно было уезжать, случилось так, что я снова влюбился в девушку Алекса, — ответил Антон. — И эта тоже предпочла меня своему жениху. Мы с ней даже поженились по местным обычаям. Сам король посетил нашу свадьбу.

— Алексу это, должно быть, здорово не понравилось, — заметила Юля.

— Да уж, — вздохнул Антон. — Но он затаил злобу, ничем не показав мне своего гнева. Я вернулся в Берлин, а Алекс остался тут. Отношений мы с ним почти не поддерживали. И я не знал, что он затаил против меня зло и хочет отомстить. В общем, почти полгода я жил вполне спокойно. Женился на Юле, потому что этот брак с африканкой никак не мог считаться официальным. Ни один суд Германии не признал бы его законным. Ну вот, потом меня направили в Россию, затем я вернулся в Берлин, и тут появился Вольф.

— А он тут при чем?

— Дело в том, что он был знакомым Алекса. И он знал, чем я занимаюсь в стране Средоточия Мира. Я сам нанял его в качестве помощника, когда начиналось строительство электростанции, и я за этим строительством на первых порах приглядывал. А Вольф был не дурак. Он живо смекнул, что к чему. Он предусмотрительно сфотографировал меня, когда я беседую с королем, когда женюсь на его племяннице — бывшей невесте Алекса, и даже сфотографировал начавшееся строительство электростанции, за которым я на первых порах, как я уже говорил, присматривал. Потом-то король нашел другого специалиста, и я смог вернуться на родину.

— С карманами, полными денег короля, — закончила за него Юля.

— Ну да, — кивнул Антон. — И вот однажды, когда мы с тобой уже жили в Берлине, Вольф позвонил мне и сказал, что у него есть пленка, которая очень заинтересует руководство моей фирмы. И предложил мне купить у него эту пленку. Он также сказал, что если я не соглашусь на цену, которую он за нее просит, и не куплю у него эту пленку, то ее купит Алекс. Дескать, Алекс уже предлагал ему это. Но Вольф надеялся получить с меня большую сумму, чем мог заплатить Алекс. Вольф знал, что у меня от щедрот Средоточия Мира на руках оказалась внушительная сумма денег. У Алекса такой суммы не было.

— И что?

— А что мне оставалось делать? Сначала я колебался. Но потом начали приходить эти странные письма с предостережениями. Ты, Юля, их видела. И правильно догадалась, что они не принесут нам с тобой добра.

— И что было в этих письмах?

— Ну, там говорилось, что моя африканская жена беременна. И что если я не вернусь к ней, то меня убьют, чтобы она могла выйти замуж за порядочного человека, а у ее ребенка был бы отец. Потом на пороге нашей квартиры появился африканец — брат моей африканской жены. И я понял, что шутки кончились. Я заплатил Вольфу требуемую им сумму денег, спрятал пленку под бампер моей новенькой машины, той самой «БМВ», про которую, как я думал, никто не знал, и решил на время слинять из Германии. Пока все не утихнет.

— Но раз ты все равно собирался удрать из Берлина, то зачем тебе было платить деньги Вольфу за эту пленку? — спросила Мариша.

— Чтобы избежать скандала и судебного преследования, — пожал плечами Антон. — Как ты не понимаешь, одно дело, если я просто внезапно исчез. И совсем другое, если бы я исчез, а после моего исчезновения вылезла бы правда, что я в обход фирмы продал чертежи электростанции Средоточию Мира. Тогда за мной пустили бы лучших ищеек. Даже мог бы заинтересоваться Интерпол. А мне это было совсем не нужно. Денег у меня оставалось еще достаточно даже после того, как я заплатил Вольфу.