Рыцарь с буйной фантазией - Дарья Калинина

– Пошли за ней! – сказала Мариша. – Не нравится мне этот встречаюший. Рожа у него криминальная.

– А уж запах от него! – добавила Инна, выразительно морща нос. – Такое впечатление, что он месяц не просыхал и столько же не мылся.

– Хватит парня стебать! – разозлился на них Бритый. – Ну, выпил! Ну, пахнет от него! Так не всем же целыми днями по парфюмным лавкам шастать. Кто-то и работать должен!

Развивать дискуссию на эту тему подруги не стали. К тому же никакие слова и доводы не могли поколебать их гранитной уверенности в том, как должен пахнуть настоящий мужчина. Так вот, от мужчины НЕ должно пахнуть козлом или грязными носками вперемешку с перегаром и застарелым потом. Пахнуть он должен обычным человеческим запахом. И парфюм тут даже не так важен. Хотя и он еще никому не вредил.

Проследить за Ленкой и ее провожатым вызвались Мариша и Бритый. Инна и Жаннин остались в джипе, готовые в любой момент прийти на выручку своим.

– Вы только свистните, я мигом примчусь, – заверила всех Инна.

– И я, – пискнула Жаннин.

– Будем надеяться, что этого не понадобится, – пробурчал Бритый, одновременно проверяя, заряжен ли его пистолет.

После этого он сунул его за пояс и кивнул Марише, показывая, что готов идти вперед. На только что вскопанных огородах, несмотря на холодный вечер, там и тут копошились люди. Но они очень мало внимания обращали на прохожих из города. Их больше интересовали процессы, происходящие в земле, вскопанной и удобренной в меру умения каждого хозяина.

– Весна в этом году какая-то дикая, – вздрогнул от пронизывающего ветра Бритый. – Днем жара, а к ночи как бы заморозки не ударили.

– Не отвлекайся! – попросила его Мариша. – Как бы нам Ленку не потерять в этих закоулках.

– Не потеряем!

И в этот же момент Ленка и ее приятель словно сквозь землю провалились.

– Мистика! – ахнула Мариша.

Но никакой мистики не было. А была калитка в заборе, которая вела к довольно чистенькому, от силы пару лет назад крашенному синей краской домику. На окнах белые кружевные наличники. Такими же узорами был покрыт конек крыши.

– Странно, – заметил Бритый. – Парень-то Ленку не к себе домой привел.

– Почему? Он похож на сельского.

– Похож. Только дом не его.

– Да почему?

– Это летняя дача. Печного отопления нет. Видишь, на крыше ни одной трубы. И угольной кучи тоже нет. Нет, это обычный щитовой домик для летнего отдыха. Зимой и даже сейчас тут жуткая холодина. Жить нельзя.

Мариша уже устала от его рассуждений.

– Пошли и посмотрим, чем они там занимаются.

Пройти в калитку они не решились. Обогнув дом, подошли к нему со стороны прилепившейся пристройки. В этой части у дома были окна только в мансарде. И друзья надеялись, что их приближение останется незамеченным. Из дома раздавались приглушенные голоса. Мужской голос что-то втолковывал женщине. Та возражала, но слабо.

Потом парень вышел и направился к маленькому домику с вырезанным сердечком. Друзья едва успели спрятаться за углом.

– Пора! – решила Мариша, когда дверь с вырезанным сердечком противно скрипнула два раза и закрылась. – Пока он писает, побежали в дом!

– Зачем?

– Затем, что, во-первых, мне уже холодно. А во-вторых, мы должны быть поближе к центру будущих событий.

– Но Ленка не знает, что мы ее выследили.

– И что?

– Тревогу не поднимет?

Этот вопрос Мариша не продумала. Да, сначала Ленку следовало просветить, в какую скверную историю она попала. А на это потребуется время. Гораздо больше, чем у них есть сейчас.

– Вот вы, бабы, всегда так! – недовольно пробурчал Бритый. – Сначала делаете, а потом уж думаете.

– Это на меня твое общество плохо влияет! Обычно-то я всегда думаю!

– Сколько лет тебя знаю, а что-то не заметил!

И Бритый осторожно двинулся в сторону дачного туалета. Оттуда доносилось характерное кряхтение. Похоже, процесс у парня отнимал массу сил и времени. Осторожно повернув щеколду, Бритый вернулся обратно.

– А что теперь? – шепотом спросила у него Мариша.

– Теперь ждать. Рано или поздно этот красавец закончит свои дела и захочет выйти. Дверь там прочная. Ломать – это долго. Так что, думаю, он пересилит гордость и позовет Ленку.

Все случилось в точности, как он и предсказывал. Через какое-то время парень пожелал попасть на свежий воздух. Начал дергать дверь. Потом затих, но ненадолго. Гордости у него оказалось с гулькин хвост.

– Лена! – раздался его зычный вопль. – Открой! У меня дверь в сортир защелкнулась.

Пока Лена ходила ему на помощь, друзья ворвались в дом, совсем немного разминувшись с возвращающимися молодыми людьми. Задержала их необходимость разуться. Это была уже целиком и полностью идея Мариши. Она сочла, что грязные следы на полу вызовут ненужное подозрение и вопросы у Ленки или, что еще хуже, у ее провожатого.

– А ты и не сообразил! – не преминула сделать втык она Бритому. – А еще хвастался!

– У меня от тебя голова идет кругом!

– Просто мужчины жуткие грязнули! Вам и в голову не придет, что пол оказывается чистым не сам по себе, а потому, что его моют женщины!

Весь этот диалог велся в мансарде на втором этаже. Тут было тоже прохладно. Но деревянные стены хотя бы защищали от порывов ветра. Но вскоре двое друзей умолкли, так как внизу начался свой диалог.

– Зачем мы сюда пришли? – недовольным голосом спросила Лена.

– Я же тебе говорил, мы тут дождемся Алексея Георгиевича.

– Если у него сломалась машина, то я могла бы вернуться в город. И встретиться с ним завтра или в любой другой день.

– Зачем? Туда-сюда ездить, только время потеряешь. Нет, лучше тут его подождать. Машину ему в любой момент починить могут. Потом и вернешься домой. Не беспокойся.

– Не знаю, – с сомнением произнесла Лена. – И вообще, знаешь, все это очень странно. Чей это дом?

– Мой!

– Не ври! Ты даже не знаешь, что и где тут лежит.

– Ну, не совсем мой. Моей тетки.

– Так включи печку. Тут холодно.

– А я на что? Я тебя согрею получше любой печки!

– Оставь свои шуточки для своей подружки!

– Ути-пути, какие мы нежные! Скажите, какие мы недотроги!

Голос у парня изменился почти до неузнаваемости. Тем, кто находился в мансарде, не было видно, что происходит внизу. Но Ленка неожиданно возмутилась.

– Ты что себе позволяешь! Ты руки когда в последний раз мыл, чтобы ими меня трогать?