Фокус-покус от Василисы Ужасной - Дарья Донцова

Не думайте, что я убежала! Вовсе нет, меняпохитили на улице. Привезли в бессознательном состоянии в какой-то дом ибросили там. Слава богу, бандиты решили, что я ничего не чувствую и не понимаю.Но, очевидно, они накачали меня снотворным и не рассчитали дозу. Разум ко мневернулся рано, и я увидела своего похитителя! Боюсь, вы не поверите, когда назовуего имя! Вы великолепно знаете этого человека! Я не растерялась и сделала вид,что продолжаю крепко спать. Но потом, когда преступник уехал, мне удалосьвыбраться из дома и убежать. Я очень напугана и понимаю теперь: вокруг однивраги. Теплится слабая надежда на то, что вы не среди подлецов. Все-таки яхорошо вас знаю. Сергей, я в курсе, что вы в Москве! Более того, мне известныадреса квартир, где вы можете прятаться. Поэтому я сделала несколько копийэтого письма и послала с курьером.

Одну на работу, вторую на Харитоньевский,третью на Лосева. Не знаю, которое из посланий попадет к вам в руки, но,получив его, приезжайте ко мне. Я расскажу много интересного и помогу спастиАрхипа Сергеева. Я сейчас абсолютно точно знаю, кто убил Романа Волкова! Сергееваподставили. Я раскрою вам все махинации, только помогите! Мой адрес…"

Я вложила письмо в конверт, снова заклеилаего, бросила на стол и ринулась к выходу. Полина знает все! Я в двух шагах отраскрытия преступления. Значит, Крыжовников в Москве! Сергеев не виноват! Так яи знала!

Ноги вынесли меня на проспект, я сталаразмахивать руками, тут же остановилась красная иномарка.

– Тебе куда? – спросил молодойпарень.

– В Красногорск, – задыхаясь,произнесла я.

– Пятьсот рублей.

В нормальном состоянии я бы стала возмущатьсяи отказалась ехать с наглым рвачом. Но сегодня лишь кивнула и юркнула вавтомобиль. По дороге мне вдруг пришло в голову, что Юля, вернувшись избухгалтерии, испугается, не найдя меня на месте. Еще поднимет панику, станетноситься по этажам и вопить:

– Не видали писательницу Арину Виолову?

Я ей шестьсот рублей должна!

Я попыталась ей дозвониться, но сотовый нежелал работать, похоже, он наконец-то сломался.

Вообще говоря, этого следовало ожидать! Ястолько раз роняла его на пол!

– Умер? – спросил водитель.

– Угу, – грустно ответила я, –теперь новый покупать придется.

– Мой тоже накрылся, – скривилсяшофер, – и аппарат тут ни при чем. Только что по «Русскому радио»сообщили: у телефонной компании передатчик сломался. Через сутки починитьобещают.

В суд бы на них подать! Абонентскую плату пополной программе ломят, а связи нет, каждый норовит схимичить.

Я сунула бесполезный телефон в сумочку. Увы,современный человек слишком зависит от технического прогресса. Без мобильного,впрочем, можно прожить, хотя я охотно верю, что для кого-то лишиться сотовойсвязи смерти подобно. Я не принадлежу к числу бизнесменов, которых можеттотально разорить отсутствие нужной информации, поэтому спокойно подожду дозавтра, но страшно подумать, что случится, если на земле вдруг исчезнетэлектричество! Большинство журналистов точно останется без работы. А вотписатели не пропадут. Они будут просто ходить по домам и читать жильцам своикниги вслух.

– Эй, – вытолкнул меня изразмышлений водитель, – Красногорск под колесами. Улицу говори.

* * *

Нужный дом ничем не отличался от своихбратьев. Стандартная девятиэтажка с мусоропроводом на лестничной клетке,скрипучим лифтом, где чернели сгоревшие кнопки, и низкими дверями, ведущими вквартиры. Переведя дух, я ткнула в звонок. Абсолютно бесшумно дверь отворилась,я прищурилась. На лестнице было очень светло, сквозь большое окно ярко светилосолнце, а в прихожей квартиры стояла полная темень, никого не видно.

– Входи, – прошелестело изнутри.

Я шагнула в коридор.

– Сюда, – тихо позвал бесцветныйженский голос, – левее.

Ноги машинально пошли в нужном направлении.Это Полина или нет? Лица не разобрать, и потом, она почему-то говорит шепотом.

– Извини, – начала было я, но тутчто-то сильно ткнуло меня в бок.

– Руки подними, – велел другой,мужской голос.

– Вы кто? – воскликнула я.

Но кто-то ловко скрутил меня и велел:

– Обыщи ее.

Назойливые пальцы полезли по карманам.

– Ничего нет, – сообщила женщина.

– Не может быть, она шла убивать.

– Вы с ума сошли, – взвизгнулая, – сейчас…

Но договорить фразу мне не удалось, в ротзасунули тряпку, отвратительно вонючую, смрадную.

Решив просто так не сдаваться, я сталаизвиваться, лягаться и царапаться.

– Раздевай ее, – велел мужчина.

Через секунду я поняла, что в прихожейнаходятся трое. Два парня и девушка. В мгновение ока они подавили моесопротивление, сорвали с меня футболку, джинсы, потом повалили на пол, сдернулиобувь, отняли сумку. Кто-то сел на меня сверху, и тут повисла тишина.

– Ничего нет, – крикнул потомженский голос, – вообще, ни ножа, ни револьвера, ни веревки, пусто!

И тут под потолком вспыхнул свет. Яркий,безжалостный, похоже, в этой квартире проживали совсем не экономные люди,ввернувшие в прихожей лампу в сто пятьдесят ватт.

– Что за черт! – закричалудерживавший меня на полу мужчина. – Ты как сюда попала?

Я уставилась в его лицо и взвизгнула:

– Мама!

Было от чего прийти в недоумение. На мне,одетой лишь в трусики и лифчик, сидел Сергей Крыжовников.

– Ты что здесь делаешь? – онприблизил ко мне сердитое лицо. – Немедленно говори! Ну!

Сильные руки тряхнули меня за плечи.Крыжовников встал, я села и попыталась ответить на вопрос:

– Письмо… Архип… Майя… «Золотойграммофон»… Полина? Где она, Полина?

– Вставай, – велелКрыжовников, – пошли на кухню.

Я сгребла руки и ноги вместе, поднялась и тутувидела второго мужчину, некрасивого, но страшно симпатичного.

– Может, ей лучше одеться? – сказалон.

– Ой, – вырвалось у меня, –диджей Бруно!

– А вы писательница Арина Виолова, –улыбнулся Бруно, – я пару раз видел вас, но лично не знаком.