Любовница авторитета - Владимир Колычев

Следующим на очереди был сам Лукомор, его больно уложили на землю. С Дашей обошлись помягче – асфальт нюхать не заставили, но наручники на нее надели. А там и Одинцов появился…

На Лукомора он даже не смотрел, все внимание было на Дашу.

– Гражданка Семенова, вы арестованы по подозрению в организации убийства, – отчеканил он, вдавливая в нее насыщенный холодной злобой взгляд.

– Так уж и арестована! – язвительно усмехнулась она, высоко вскинул голову.

– Да, есть постановление. И на гражданина Соева есть, и на вас.

Лукомор заметил, как дернулась Даша. Как будто кто-то пощечину ей со всей силы влепил.

– Гражданин Соев уже дал показания, – добил ее Максипес.

Даша обреченно опустила голову. Лукомор понял, что разбираться с ней не придется, это сделают за него менты. И вряд ли она выкрутится…

Впрочем, сейчас он больше думал о себе. Что, если его бойцы тоже задержаны? Что, если они расколются и сдадут Баклажана, который ставил им задачу? Вася хоть и тертый калач, но мало ли…

* * *

Люба стояла под ручку с Валерой и весело улыбалась из далекого прошлого. Батыгина на этой стародавней фотографии не было: он позаботился о том, чтобы убрать себя из кадра. Как позаботился и о том, чтобы Любу и Кружилова похоронили вместе. И память о своем опасном прошлом он отлил в граните. Обычно памятники устанавливают через год после похорон, а он сделал это сразу.

Любу и Валеру положили под одной плитой. И под одной фотографией. Никто против этого не возразил.

Месяц прошел с тех пор, как Любы не стало. Максим уже привык к тому, что ее нет. И слезы почти перестали наворачиваться на глаза. Но душа все еще саднила.

Он положил цветы на могилу, вздохнул, перекрестился и повернул назад. Любы больше нет, но жизнь продолжается…

Максим остановился за оградой. Так вдруг захотелось обернуться и увидеть Любу. Может, она стоит за спиной и машет ему вслед. Но нельзя оборачиваться… А сюда он еще придет. Чтобы сказать, к какому сроку приговорили ее убийцу.

И заказчица под стражей, и киллер, который сдал ее без всякого зазрения совести. Так закончила госпожа Семенова карьеру бизнесвумен. Зона ее ждет и холодный цех, где она будет шить рукавицы до самой старости. Пятнадцать лет строгого режима – и это еще меньшее из зол. Могут впаять и двадцать лет, даже приговорить к пожизненному заключению. Да и поделом…

Не уйдет Семенова от наказания, и Максим точно это знал. А Лукомор скоро будет гулять на воле. Против него доказательной базы, увы, не хватило. Бойцов его взяли, но никто из них не сдал своего босса.

Что ж, Лукомор и на этот раз выйдет сухим из воды. Но Максим остается на службе, так что пусть вор не расслабляется…