Закат созвездия Близнецов - Антон Леонтьев

Катя не могла слышать эти ужасные слова. Приглашенные, разбившись на группки, шептали:

— Какая трагедия… Но ей исполнилось восемьдесят четыре… Конечно, сердечная недостаточность, что же еще…

Затем приехала и реанимационная бригада, уже второй раз за две недели. Как и в случае с Кристиной, они констатировали смерть. Госпожа Герлинда Ван Райк умерла в двадцать один час пятнадцать минут. Катя слышала тихий разговор пластического хирурга с врачом бригады.

— Разумеется, я давно не практикую в области неотложной медицины, моя специализация — пластика лица, но все же… Эти симптомы совершенно непохожи на симптомы инфаркта или инсульта. Понимаете, эти судороги, пена… Нет, нет, я готов заявить под присягой, что госпожа Ван Райк умерла не от сердечного или мозгового инфаркта. Это что-то другое… Что именно, не мне решать, но, думаю, необходимо поставить в известность власти и, скорее всего, провести аутопсию. Да, я с вами полностью согласен, поговорите с ее родственницами, эти две милые девушки-близняшки…

Ева, узнав что тетя Герлинда умерла, горько заплакала, а затем потеряла сознание. Юрген подхватил невесту на руки и отнес ее в соседнюю комнату. Гости стали постепенно расходиться. Царило мрачное настроение. Затем, как-то совсем неожиданно, в Белом замке появились полицейские.

— Криминальная полиции города Гамбурга, — представилась Кате невысокая темноволосая женщина в легкой куртке и джинсах. — Отдел по расследованию убийств. Комиссар Эльке Шрепп. Это — мой помощник Йохан Пилярски.

— Mordkomission,[15]— пробормотала Катя, ничего не понимая. — Отдел по расследованию убийств. Но почему, госпожа комиссар Шрепп?

Комиссарша посмотрела на Катю долгим пристальным взглядом и сказала:

— Нас известили, что в вашем доме умер человек. Как я понимаю, госпожа Герлинда Ван Райк.

— Но тетя Герли умерла от сердечного приступа, — удивилась Катя. — Почему необходимо ваше присутствие?

— Потому что ее смерть вызывает некоторые вопросы, — ответил помощник комиссара, высокий лысоватый Йохан.

Эльке добавила:

— Мы должны побеседовать с вами, госпожа… Госпожа Ипатова, если не ошибаюсь? Я помню репортаж о вашей удивительной судьбе… Йохан, а ты займись теми из гостей, что еще не разошлись. И вообще, узнай полный список присутствовавших на дне рождения.

— А тетя Герли, — спросила в отчаянии Катя. — Она что, так и останется лежать на ковре…

— Не беспокойтесь, — ответила комиссарша. — О вашей тетке позаботятся. Где мы можем поговорить? Я не буду вас долго мучить, госпожа Ипатова, всего несколько вопросов, не более того…

Несколько вопросов на самом деле обернулись скрупулезным и жестким допросом. Комиссар Эльке Шрепп явно знала свое дело. Она допрашивала так искусно, что Катя была вынуждена несколько раз говорить об одних и тех же событиях. Видимо, комиссарша пыталась поймать ее на противоречиях.

— Ну что ж, госпожа Ипатова, — произнесла наконец Шрепп. — Благодарю вас за сотрудничество. Но вы сами понимаете, вам придется еще, как минимум, раз или два встретиться со мной.

— Почему? — спросила Катя, чувствуя себя совсем разбитой. Она никак не могла привыкнуть к мысли, что тети Герли нет в живых. — Почему вы уделяете такое повышенное внимание трагической смерти моей тетки?

— А потому, госпожа Ипатова, — сказала тихим голосом Эльке Шрепп, — что у нас возникли определенные сомнения в том, что кончина госпожи Ван Райк обусловлена естественными причинами. Именно поэтому будет произведено вскрытие, которое установит истинную причину смерти.

— Нельзя ли обойтись без этого? — спросила Катя, чувствуя, что ей сейчас станет дурно. — Я уверена, что тетя Герли умерла от сердечного приступа или чего-то подобного. Ей исполнилось восемьдесят четыре…

— Нельзя, — сказала Шрепп отрывисто и протянула Кате свою визитку. — Если что-то вспомните, то звоните мне немедленно. Я же или мой помощник Пилярски предупредим, когда потребуется ваш визит к нам. Всего хорошего!

Катя, которая беседовала с комиссаршей в кабинете тети Герлинды, осталась одна. Тело тети забрали. В кабинет вошла заплаканная Ева. Она сказала:

— Катя, Юрген предлагает переехать к нему. Мне страшно оставаться в этом доме. Я думаю, что и тебе лучше воспользоваться его приглашением. Мы остановимся на его яхте, она стоит в порту. Его яхта — это настоящий плавучий отель. Ты не возражаешь?

— Нет, Ева, — ответила Катя и обняла сестру. Та, гладя Катерину по голове, думала о том, что все прошло как нельзя лучше. Теперь важнее всего — изолировать Катю и держать ее под неусыпным контролем. Ева сумела внушить Йохану Пилярски, помощнику комиссарши, мысль о том, что смерть Герлинды была неожиданной и странной. Ничего, Катя, подумала Ева, скоро установят, что тетя Герли была отравлена, и настанут совсем другие времена. Потому что полиция начнет искать виновных, и виновной станешь ты, дорогая! А отравители, даже упомянутые в завещании, не наследуют имущество своих жертв. И когда, Катрин, тебя запрячут в тюрьму на много лет (лучше — навсегда), единственной наследницей состояния Герлинды, ее дома и фирмы стану только я. Ева!

Катя согласилась переехать на яхту Людеке. Ева права, сейчас так тяжело оставаться в доме, где умерла тетя Герли. И нужно скрыться от вездесущих репортеров, которые уже появились в Бланкенезе, несмотря на то, что была почти полночь.

Ева еще раньше, как только поднялась суматоха по поводу смерти Герлинды, спрятала пипетку с остатками яда (которую она тщательно вытерла) в ванной комнате Кати, в ее косметичке. Рано или поздно полицейские придут с обыском, и тогда… Кроме этого, Ева взяла с собой на яхту все «наследство доброй Лукреции». Яды хранились в потайном ящике стола, его даже при обыске вряд ли найдут, но нельзя рисковать. Она спрячет их на яхте, а потом, когда Катю арестуют, снова водворит их на старое место.

Юрген забрал сестер из темного и пустого дома. По требованию Эльке Шрепп ничего не убирали, все оставили, как было. Какое же это страшное зрелище — растаявший праздник, прерванное веселье, сменившееся внезапной скорбью и смертью.

Комиссар Шрепп по дороге домой задала вопрос Йохану Пилярски:

— Что ты обо всем думаешь?

Тот ответил:

— Сложно сказать, но, похоже, старушку лишили жизни намеренно. И сделал это кто-то из ее ближайшего окружения.

— Нужно как можно быстрее получить данные аутопсии, — сказала Шрепп. — Я уже попросила патологоанатома заняться телом Ван Райк. Это очень и очень важно. Потому что если ее смерть все же имеет естественные причины, то злой умысел исключается. Но врач, который оказывал первую помощь умершей, уверен, что это отравление.

— Вот список всех гостей, которые были на дне рождения Ван Райк, — Йохан протянул комиссарше, сидевшей за рулем «Форд — Эскорт», два листа бумаги. — Кроме того, не привлекая внимания, я собрал и отослал на экспертизу осколки разбитого бокала, из которого пила Герлинда Ван Райк. Если ее и отравили, то, скорее всего, именно шампанским.