Продается шкаф с любовником - Людмила Милевская

Наташенька, увидев, как неудачно повернулись дела, досталаиз кармана халата мобильный и принялась Бойцовой Лизе звонить: звать ее всвидетели своей чистоты, а заодно и на помощь.

Замотаев же лежать лицом в пол не захотел и принялся зватьна помощь телохранителя — звал, правда, грубо:

— Кроликов! Сволочь! Какого рожна стоишь? Почему неспасаешь?

— Я уволен, — злорадно напомнил Кроликов, с удовольствиемсозерцая милую глазу картину.

А Боречка Розенблюм по доброте душевной решил утешитьповерженного Замотаева.

— Я незнаком с вашей женой, — сказал он, все же не слезая сего спины. — Я сам был удивлен, когда обнаружил ее здесь, на своей постели.

— А с кем ты знаком? — прозревая, спросил Кроликов. — Сэтой?

Он брезгливо указал на Морковкину. Морковкина, учуяв ввоздухе дух керосина, выскочила из шкафа и начала срывать с подруги халат.Халат, который недавно так ругала. Наташенька, разумеется, расставаться схалатом решительно не хотела. Внезапный бой закончился прополкой волос — причемс обеих красивых головок.

И все же Морковкина не смирилась. Желая хоть что-то уподруги урвать, она схватила ее мобильный.

С ужасом глядя на потирающего кулаки Кроликова, онавспомнила, что такие же есть только у Джеймса Бонда. Ему-то она и позвонила.Крикнув:

— Женечка, выручай, я на Блохина, дом два, квартиратринадцать, — Морковкина поступила в полное распоряжение своего гражданскогомужа Кроликова.

Впрочем, много ей не досталось — обозлившийся Кроликовраздавал тумаки сразу всем: шефу, Боречке, Наташеньке и в последнюю очередьсвоей Морковкиной. Уж ей он всегда успеет.

Когда Наташенька Замотаева почувствовала на своей белойщечке тяжесть вздувающегося фингала, она уползла подальше от Кроликова и уже срозенблюмовского телефона вызвала для надежности еще и Далилу Самсонову — ужта, стерва, и мертвого уговорит с ее психоштучками.

Таким образом в качестве подкрепления оказались вызванысилы, способные только усугубить вражду сторон. Первой прибыла ЕлизаветаБойцова у Кроликов с ходу врезал ей в ухо и сообщил, что она очень вовремя,Наташа с Морковкиной лесбосом уже занялись.

— Фу! Сейчас я сблюю! — воскликнула Елизавета, приверженкаклассической сексуальной ориентации.

Но, поскольку драка не останавливалась, она не выполниласвоего обещания. Возбужденная духом войны, Бойцова с отвращением набросилась наЗамотаеву и Морковкину и начала бить обеих.

За этим занятием ее и застал Джеймс Бонд. Увидев, какЕлизавета Бойцова расправляется с Мариной Морковкиной, желанной всему егоорганизму, Бонд возмутился и культурно начал дам разнимать. И тут же получил вухо от Кроликова. И вдогонку под дых от Замотаева.

Бонд не упал, а удивился:

— У кого это такой приличный удар?

Оглянувшись, он с изумлением обнаружил своего лучшего друга,Боречку Розенблюма. Совершенно голый, он дрался как лев сразу со всеми.

— Борька, — ликуя, воскликнул Бонд, — а ты как здесьоказался?

— Это же моя квартира! — напомнил Розенблюм, посылая налево-направоудары.

— Твоя?

Бонд осмотрелся и усек то, чего по запарке не понял: ведьМорковкина Борькин адрес ему назвала.

Выходит…

Евгений прозрел:

— Марина! Ты же клялась!

Кроликов сообщил:

— Она всем клянется!

— Мне она тоже клялась! — подтвердил Розенблюм.

И немедленно получил в ухо от Бонда. И второй раз! И третий!Бонд славился своим трудолюбием.

За этим занятием и застала племянника напуганная Далила.Когда она ворвалась в спальню, Евгений колошматил Боречку Розенблюма,сопровождая каждый удар стихами:

— Будешь знать, как Морковкиных отбивать!

— Ах ты, щенок! — возмутилась Далила, набрасываясь наплемянника. — Не смей бить Боречку! Он больной!

Бонд поразился:

— Тетушка! Ты против меня?

— Я за Боречкино здоровье волнуюсь! — пояснила Далила.

На самом деле ей гораздо сильней было обидно чувствоватьсебя одураченной. Племянник солгал: он утверждал, что не спит с Морковкиной, асам, оказалось, спит.

К этому открытию Далилы прибавилось еще много открытий.Во-первых, друзья (Бонд и Розенблюм), дружески откровенничая по телефону (исами не подозревая о том), рассказывали о любви к одной и той же девушке, кпрохвостке Марине Морковкиной.

Факт возмутительный!

Во-вторых, Бонд спал не только с Морковкиной, но и с ЛизойБойцовой. Иначе с чего бы она набросилась на Евгения, как только сообразила,кто его вызвал.

В-третьих, с Морковкиной спали все мужчины, дерущиеся в этойкомнате, — не исключая и Замотаева.

Когда Наташенька прозрела, узнав о неверности мужа, оназакричала:

— Подлец!

И немедленно скооперировалась с Кроликовым против своегоЗамотаева и лучшей подруги. Бонд встал на защиту Морковкиной, Далила — назащиту Бонда, Елизавета Бойцова — на защиту обоих.

С этого момента сражение начало обретать угрожающе стройныйвид, а мебель послужила воюющим сторонам баррикадами. По одну сторону баррикадсражались Кроликов, Наташенька и Боречка Розенблюм, по другую — Морковкина,Бонд, Бойцова, Далила и Замотаев.

Впрочем, Замотаев филонил. Он сообразил, что глупо попадатьпод кулаки собственного телохранителя.

А разъяренного Боречку он боялся еще сильней. Таким образомДжеймс Бонд сражался один против друга и Кроликова. Пока он стоял, но силы былиуже на исходе. Морковкина, Бойцова и даже Далила не помогали ему, а толькомешали.

И вот тут-то Боречка Розенблюм, неожиданно рухнув, громко иотчетливо произнес свою знаменитую фразу.

«Евреи, китайцы и русские только думают, что они разные, ана самом деле все они одинаковые», — сказал он.

И все восхитились.

И рассмеялись.

И ничего не поняли, но, сраженные логической задачкой,заданной Борей, все осознали, что устали, и повалились там, где стояли.

Если честно, до сих пор не знаю и я, что имел в виду БоречкаРозенблюм. Он — русский еврей, значит, ему виднее, приходится верить. Однакофраза его и меня привела в восхищение. Должна признаться, эта книга написанаради одной этой фразы.