Уйти нельзя остаться - Татьяна Гармаш-Роффе

…

Продолжаем разговор…

Обула… Вот именно, что обула! Это я сейчас понимаю, какая она тварь, подстилка стрелковская, а тогда смотрел на нее и взаправду как на королеву. Да не я один. Вся школа. А тут, когда Деревяшка всю их компашку приперла, класс-то выпускной был, они задергались. Без аттестата-то в МГИМО не возьмут, хоть какой родитель у тебя, хоть какие у него руки волосатые…

В общем, подкатывает ко мне после уроков Инга. На крыльце прямо на школьном. Улыбается так зазывающе. У меня мозги сразу переклинило – гормоны-то бушуют, только пуговицы с ширинки не отлетают. А голосок у нее медовый… Пойдем, говорит, друг сердешный, в кафешку, посидим, пирожное миндальное за 22 копейки скушаем…

И я как баран на бойню за ней. Как же! Сама Инга в кафе зовет! Ну посидели мы с ней, кофе того, советского, из цикория, попили. Она даже не морщилась, хотя мимо школьной столовки без гримасы не проходила – от одного запаха ее, вишь ли, воротило… В общем, сыграла она свою партию блестяще. Рассказала о трудной Деревяшкиной жизни без мужика, о близости климакса и предменструальном синдроме, в результате которого энная часть класса может остаться без аттестатов. Вроде так просто рассказала, намекнув при этом, что уж она-то сама без мужской ласки и дня не проводит.

Да знал я это все! Слухами-то земля полнится. Говорили и про них с Юркой, и про то, что групповухи они устраивают, насмотревшись порнофильмов по стрелковскому видаку. Это тогда чем-то запредельным и манящим выглядело. Не то что сейчас – таких «королев» групповушных десяток по одному телефонному звонку привезут. А тогда аура такая у Инги была, что как магнитом…

В общем, посидели тогда просто в кафе, я ее до дому проводил. И все. Не знал я тогда, что Инга ничего просто так не делает. И пойлом из цикория за просто так давиться не станет. Ей Юрка такие марки кофе подгонял, что и сейчас в России не найдешь, а если и найдешь, то не укупишь…

…

«Ручной» лох

Витиевато как-то у меня получается, согласен, граждане. Но непросто и рассказать… Как вспомню, каким лошарой меня Инга выставила, так хоть на стенку… Не зря французы во всем баб ищут. Они в этом деле, говорят, понимают. Шерше ля фам. Однако отдам этой сучке должное – разыграла все как по нотам! Психологом была отменным. Не то, что сейчас в журналах почитаешь психологинь всяких, кандидатов наук – такой смех пробирает.

Короче, на следующий день Инга как-то все так обставила, что я уже сам ей в кафешку предложил зайти. Смущался, помню, как третьеклассник, краснел, потел, но что-то она такое сделала – жест, поворот головы, фраза… В общем, решился я. Тем более что вчерашнее расставание было эдаким многоточием.

Она брезгливо носик сморщила, сказала: «Мне одного раза хватило. Эту бурду кофейную вспоминать буду, умирая…» И пауза по Станиславскому. Я с ноги на ногу переминаюсь, что делать дальше, не знаю. Сейчас-то понимаю, как она наслаждалась, за мной наблюдая, а тогда, как дурак, мялся и ждал, чего богиня изволит.

А изволила она выдать полунамек, что не сильно будет возражать, если я ее провожу. Мол, Стрелок с кодлой сегодня по каким-то делам в школе задержится и пойдет она до дому одна. И как-то так ненавязчиво об этом сказала, мимоходом… Или, может, я уже за давностью лет все это сам и приукрасил? Добавил подробностей, чтоб самому себе меньшим лохом казаться? Хотя вряд ли… Да и не так важно, как она меня на провожание развела, главное-то позже случилось. И началось тем же днем в ее подъезде.

Как сейчас помню тот пыльный подоконник с липкими потеками портвейна и заляпанное им же стекло. Инга была в ударе. Наверное, за ней стоило записывать. Получился бы манифест партии сексуальных реформ.

Как-то незаметно наш разговор перетек к сексу. С другой стороны, о чем еще разговаривать разнополым учащимся выпускных классов?: – )) Озабоченному пацану только повод дай… Так что и это «королева» продумала!

– Секс – это естественно, – вещала Инга, стоя у затрапезного подоконника и глядя в мутное стекло (замечу, что и само словечко-то это, «секс», было тогда известно далеко не всем и его употребление как бы причисляло тебя к избранным). – Приятно и полезно для здоровья. Почему же народу его разрешают только в строго регламентированных «ячейках общества»? Хочешь трахаться – пожалуй в ЗАГС и принадлежи потом одному всю жизнь… Вот ты хочешь прожить всю жизнь с одной-единственной?

– Да!..

Инга со смеху покатилась.

– Дурачок. Даже чтобы понять, хочешь ты прожить именно с этой женщиной всю жизнь, тебе неплохо бы ее с кем-то сравнить. А как ты сравнишь, если в постель только после ЗАГСа? Секс ведь это не только сунул-вынул и пошел. Ему учиться надо, как танцам, балету… Вот ты наверняка ежедневно в ванной надрачиваешь, меня или какую кинокрасотку представляя. Только ведь фантазия твоя дальше обычного секса «папа сверху» не идет…

– Идет! – возмутился я.

Тут Инга так заржала! Аж до слез.

– Да, – выдала она. – Разведчика из тебя не получится. А ты знаешь, что от онанизма волосы на ладонях расти начинают?

Я послушно глянул на ладонь. Инга снова покатилась.

– Темный ты совсем, – сказала, отсмеявшись, и запустила руку в карман моих брюк. В общем, «передернула затвор». До сих пор стыдно – кончил буквально от одного прикосновения.

– Да, Зиновий, – обратилась она ко мне по имени, – огород, как я вижу, не паханный. Пора из тебя мужчину делать. Ну, я подумаю над этим вопросом.

И как ни в чем не бывало ушла домой. А я стоял и думал, что сейчас от моих ушей загорится шапка. Вот такая была дурацкая мысль.

…

Ослик дозрел

Верно тут заметил один комментатор – эротический триллер. Однако он только еще начинается. Хотя события развивались так быстро, что, как сейчас кажется, промелькнули в одно мгновение.

Дня два Инга от моих предложений проводить до дому отмахивалась. Вела себя так, будто в подъезде ничего и не было. Паслась на переменах, как обычно, со Стрелком и компанией. После уроков они и уходили вместе. Теперь я думаю, что и то мое томление было Ингой просчитано. И на переменах, когда я в коридоре приближался к их Компашке, как-то нарочито громко пару раз прозвучало что-то типа: «Стрелок, а ты помнишь, как эту на даче втроем?..» Но когда я подходил ближе, разговор смолкал, только взрывы хохота и насмешливые взгляды в мою сторону…

Затем Инга, видно, посчитала, что «клиент созрел», и милостиво разрешила снова проводить ее до дому.

Я же как дурак эти два дня только о ней и мечтал. Все думал – как это будет? Она пригласит меня домой, родители, конечно же, на работе, мы начнем целоваться еще в прихожей…

Мечты, мечты… Увы, все было гораздо прозаичней. В Ингином подъезде нас ждал Стрелок.

– О, Зина! Да ты мою девушку никак отбить собрался? – оскалился он. – Да не ссы, я, в общем-то, не против. «Красота спасет мир» – так ведь классик говорил? И, думаю, Инга тебя спасет, если, конечно, на то будет ее добрая воля.