Украденный сон - Александра Маринина

Это ж ты только представь себе, старшой, как мир должен былперемениться, если ко мне, многократно судимому, милиция обращается, чтобы якому-то помог за просто так высокую раскрываемость сделать, чтоб потом этот«раскрыватель» одним махом хорошее место получил за блестящие успехи в работе.Ладно бы меня попросили его уму-разуму научить, территорию показать, обсказать,что у нас тут к чему, у кого какие расклады, подсказать, если надо. Однимсловом, если б тот парнишка к нам работать пришел и его надо было в курс делаввести – это я бы понял. Но помочь чистую липу выдать? Совесть совсем потеряли.

– А что же парнишка? – полюбопытствовал Морозов. –Помог ты ему?

– Не довелось, слава Богу.

– Что так?

– Так не появился он. Упреждали, с первого декабряпоявится, и вот до сих пор нету. Может, передумали или в другое какое местопрактиковаться направили. Вот тебе еще пример, – разволновался старик. –Необязательные они какие-то. Пришел, договорился со мной и пропал. Ну, не нуженя, не придет парнишка на практику, так подними задницу-то, дойди до меня ипредупреди: мол, извиняйте, накладочка вышла, услуга ваша не потребуется.Мне-то, конечно, никакого беспокойства, не пришел – ну и не надо, но порядокдолжен быть. Ты как считаешь, старшой?

Слова деда Нафани доходили до капитана как сквозь вату. Онвспомнил, как стажер Мещеринов говорил: «Я на Петровку в последний моментпопал.

Вообще-то я должен был проходить стажировку в Северномокруге, отделение „Тимирязевское“».

Кем же должен быть обыкновенный слушатель школы милиции,чтобы о нем так заботились? По меньшей мере, сыном министра внутренних дел.Или…

Он-то, дурень, удивлялся, что пигалица от дела отказалась,руки опустила. А вдруг это стажер ее запутал? Вдруг он так же, как и самМорозов, скрывал от нее информацию, только с другой целью? Зачем? Ответ на этотвопрос был не просто неприятным. Он был пугающим.

Но еще более страшным казался капитану завтрашний день. Еслив нераскрытии убийства Ереминой оказались заинтересованы такие силы, тозавтрашнего дня он, Евгений, может уже не увидеть. Он шел напролом, хваля себяза профессиональную хватку, настойчивость, розыскной опыт, за то, что сумел накривой обойти пигалицу Каменскую. А оказывается, он ходил по краю пропасти, и просточудо, что он до сих пор жив.

Не сегодня, так завтра вдруг дед Нафаня скажет, кому надо,что интересовались Сашей Дьяковым, после чего Морозов пробудет на этом свете отсилы сутки. Просить старика, чтобы не говорил? Тогда он тем болеепроинформирует своего покровителя из местной милиции, а может, и не только его.

– Ты чего, старшой? – окликнул его старик. – О чемзадумался?

– Да так, – вяло ответил капитан, – о жизни. На пенсиюмне пора, устал я. Выслуга есть, чего лямку тянуть понапрасну, все равно сновыми, с молодыми-то, мне не договориться. Сживут они меня. Я вот к тебепришел парня искать, а у самого мысли про садовый участок, парник надо ставить,сам-то не умею, а денег нет, чтобы рабочих нанять. Да и вообще…

Выйдя на улицу и вдохнув холодный воздух, Евгений немноговзбодрился.

Он попытался припомнить все, что знал об Олеге Мещеринове,как тот ходит, как говорит, как работает.

Но сколько ни напрягал капитан свою память, не смог онувидеть ни одного признака того, что стажер так или иначе противодействовал ихработе. Зато он ясно, как в кино, увидел, что пигалица никому не доверяла, втом числе и стажеру.

Выходит, она уже тогда знала, что он – с «той стороны»?Мысли капитана очень быстро сбились с направления и запутались, осмысливатьсложные комбинации он не умел, ему не хватало четкости и умения анализировать.

Выругав себя за бестолковость, он попытался начать всесначала и вдруг понял, что это бесполезно. Преступники нынче уже не те, чтопрежде. И работать против них старыми методами нельзя. То есть можно, конечно,но теперь этого недостаточно. Теперь нужны такие, как Каменская, котораясутками вчитывалась в иностранные книжки и по три раза читала одно и то жеархивное дело двадцатитрехлетней давности. А он, старый пень, хотел голымируками, в одиночку раскрыть убийство и справиться с такой махиной, которая дажеслушателей-стажеров своих имеет. Нет, это действительно чудо, что он еще жив.

Капитан Евгений Морозов сел в поезд метро, вышел на станции«Чеховская» и направился на Петровку, 38.

Но еще до того, как он успел ступить на эскалатор,информация о том, что капитан Морозов ищет Сашу Дьякова, достигла нужных ушей,и из этой информации были сделаны соответствующие выводы. Дед Нафанядобросовестно оплачивал свою спокойную старость. И в отличие от Морозова, кновому криминальному поколению приспособился уже давно.

Пронзительные светлые глазки Арсена метали молнии. Он ссамого начала чувствовал, что добром это дело не кончится. Все, все было нетак, все пошло не по разработанной схеме, и вот результат. Не надо было братьсяза него, ох, не надо было!

Первой ошибкой было то, что он подключился к работе слишкомпоздно.

Те, кто пользовался услугами конторы не в первый раз, знали,что лучше всего идти к Арсену не после совершения преступления, а до того. Опытныеконсультанты подскажут, что и как надо сделать, чтобы потом можно было обойтисьминимальным давлением на минимальное число людей. Чем меньше работы, тем меньшедоход, но и риск меньше, это Арсен усвоил твердо. Поэтому за такие консультациибрал огромные гонорары. Идеальные клиенты спрашивали у него совета не только отом, «как» сделать, но и о том, «когда» и «где», и Арсен назначал время и местов соответствии с графиком дежурств «своих» людей, которые будут выезжать наместо происшествия. Девиз Арсена – «работай на упреждение» – оправдывал себявсегда и во всем. А с этим Градовым он вступил в дело спустя несколько днейпосле двух убийств, да еще потом оказалось, что до убийства девчонку целуюнеделю держали в деревенском доме. Одним словом, люди Градова сработалинепрофессионально и оставили много следов, которых только слепой не заметит.Основные усилия пришлось направить на замывание и затирание этих следов.

Второй промах Арсен допустил, когда согласился использоватьлюдей Градова. Не надо было этого делать, надо было настоять на том, что всюработу сделает его собственная бригада, а не Черноморовы пацаны. Градов скуп,да что там скуп, откровенно жаден, те деньги, которые он платит дяде Коле, ни вкакое сравнение не идут с колоссальными тарифами, установленными Арсеном. Решилсэкономить, уговорил, что работать будут его ребята, а Арсен согласился. Иоказался не прав.

Третью ошибку Арсен допустил, когда пропустил мимо ушейпричитания Градова о том, что он зря связался с его конторой. Ведь не один раз,а два, целых два проговаривался Сергей Александрович, что был у него выход нагруппу, курирующую следственную часть прокуратуры, и надо было бы, наверное,обратиться к ним, а не к Арсену. В первый же раз, когда только Градов заикнулсяоб этом, следовало бы немедленно и жестко поставить его на место, а еще лучше –преподать наглядный урок. Столько сил было потрачено Арсеном на то, чтобысоздать маленькие независимые агентства с абсолютно непересекающимися полямивоздействия. Стоит только кому-то заподозрить, что сетью охвачена вся системаправоохранительных органов, а не только то подразделение, в котором онработает, – и под угрозу будет поставлено все.