Тот, кто знает. Том 2. Перекресток - Александра Маринина

- Устал.

- И много выпил?

- Я был у Женьки…

- Я понимаю. Игоречек, может быть, я лезу не в своедело, но мне показалось, что эти походы к Жене тебя тяготят. Ты за несколькодней до этого начинаешь мрачнеть и злиться, а возвращаешься вообще невменяемым.

- С чего ты взяла? Глупости это.

- Это не глупости, Игоречек, это правда. Я же вижу.Зачем ты продолжаешь делать то, что тебе так неприятно? Из жалости к безногомукалеке?

- А хотя бы и так! Тебе-то что? - грубо отозвался он,не в силах справляться со своим настроением.

- Я за тебя переживаю. Не могу видеть, как тымучаешься. Может быть, тебе нужно по-другому к этому относиться, тогда тебестанет намного легче, и настроение не будет портиться. Наверное, этот твой Женяжутко неприятный тип, раз тебе так не хочется к нему ходить. Поэтому ты излишься. А ты не думай об этом, ты думай только о том, что он - несчастныйчеловек, потерявший на войне обе ноги, что у него совсем нет радостей в жизни,кроме редких встреч со старыми друзьями, и каждый твой приход делает егосчастливым. Это - как подарки дарить, так же радостно и приятно. Ты, когдаидешь к нему, думай о том, что собираешься сделать человеку подарок, которыйего обрадует. Вот увидишь, тогда и настроение будет совсем другим, ивозвращаться будешь веселым.

- Ты еще будешь меня учить! - вспыхнул Игорь. - Ничегоне знаешь, а лезешь со своими глупыми советами! Что ты вообще понимаешь? Что тызнаешь о наших отношениях? Иди пей чай с предками, вы же там мировые проблемыобсуждаете, вот и обсуждайте. А меня оставь в покое. Я устал и хочу спать.

Ира послушно поднялась и пошла к двери.

- Спокойной ночи.

Уже через несколько минут Игорь испытал некоторое раскаяние.И чего он на Ирку вызверился? Она-то в чем виновата? Сидела рядом с ним такаятихая, добрая, такая нежная и красивая, гладила его по руке, давала советы, нупусть глупые, но ведь искренние, от всей души. Да и советы-то не такие ужглупые, если вдуматься, просто для их с Женькой случая неподходящие, а так женаведь все правильно говорила. Теперь вот, наверное, обиделась, надуется,родителям пожалуется… Хотя нет. Не тот Ирка человек, чтобы предкам жаловаться.Она вообще никогда не жалуется, характер такой. И не обидчивая, это тоже надопризнать. Не то, что Вера. Той слово не так скажешь, голос повысишь или простотон ей не понравится - и уже слезы, обиды, долгое молчание. Могла так надуться,что по нескольку дней с Игорем не разговаривала. Мать тогда сильно переживала,все пыталась их помирить, да не тут-то было, у Веры гордости и самолюбия вышеголовы, даже непонятно, как это вмещается в таком маленьком тельце. А Иркасовсем другая, они уже три года знакомы, без малого два года женаты - и ничегоне происходит такого, что в изобилии присутствовало в его супружеской жизни спервой женой. Ни ссор, ни конфликтов. А ведь Игорь ведет себя со второй женойточно так же, как с Верой, хамит, грубит, настроение не прячет - не считаетнужным напрягаться. Ирка все терпит. Неужели она так сильно его любит, чтоготова мириться со всеми отрицательными сторонами его характера? Ну надо же…

С этим приятным недоумением, вытеснившим на время тяжелыйосадок от встречи с Замятиным, Игорь и уснул.

Наталья

Глубоко вдохнув, Наташа вобрала в легкие побольше воздуха.Она редко бывала за городом, с тех пор, как сыновья всерьез занялись спортом,регулярные поездки на дачу к Левиным-Гольдманам пришлось отменить, у мальчиковсовсем не было свободных выходных дней. Когда Наташа была маленькой, еще небыло садовых участков и шести соток, а проблемы дачи всегда и всюду обсуждалисьтолько в контексте "чтобы было, где детям подышать воздухом". Она ивыросла в убеждении, что ездить за город нужно только ради детей, искренне непонимала Анну Моисеевну, обожавшую дачную жизнь, и постоянно отказывалась отИнкиных приглашений провести хотя бы один выходной день на природе. Ну как этотак: она будет отдыхать на свежем воздухе, когда мальчики на тренировке илисидят за уроками, а дома столько дел… В тех редких случаях, когда Иннеудавалось настоять на своем и вытащить подругу на дачу, Наташа получалаистинное удовольствие и не понимала сама себя - ну почему она так редкоприезжает? Однако по возвращении в Москву радость от вкусного чистого воздуха,покоя и тишины быстро забывалась, и следующая вылазка за город снова требоваладолгих терпеливых уговоров со стороны Инны и Гриши.

- Кайфуешь? - лукаво подмигнула идущая рядом Инна. - Акак сопротивлялась, как сопротивлялась! Небось всю ночь у плиты стояла,готовила еду своей ораве на целый день в двойном размере, чтобы не дай богникто не оголодал, пока ты три часа воздухом подышишь. Разбаловала ты их,Натуля, вот что я тебе скажу. Не приведи господь, заболеешь или в командировкудлительную уедешь, они там без тебя плесенью покроются и умрут от истощения. Втвоем коллективе, по-моему, только Бэлла Львовна умеет жить самостоятельно, авсе остальные привыкли за твою спину прятаться.

- Инка, и ты туда же, - простонала Наташа. - Замолчинемедленно, иначе я тебя укушу. Хватит мне того цирка, который Ирка устроила,уж ты, пожалуйста, не добавляй.

С памятного воскресного обеда прошло два месяца, ужезаканчивался ноябрь, воздух был сырым и холодным, но все равно вкусным,наполненным запахами догнивающих листьев, подмерзлой земли и раннего снега. Ониприехали втроем - Инна, Григорий и Наташа. Дочь Инны и Гриши красавица Юленькауже активно бегала на свидания и к поездкам родителей на дачу давно потерялаинтерес. Зато Анна Моисеевна со своими двумя овчарками жила здесь с апреля иперебиралась в город только ближе к зиме. Собственно, одной из целейсегодняшней поездки как раз и было помочь пожилой женщине собрать и уложитьвещи к приезду Инкиного отца Бориса Моисеевича, который должен был появиться квечеру, чтобы увезти сестру. В одной Гришиной машине четверо взрослых с багажоми двумя крупными собаками никак не помещались.

Когда накануне вечером Инна позвонила и безнадежным голосомв очередной раз предложила Наташе съездить на дачу "проветриться",та, не раздумывая, согласилась. Только что ей пришлось пережить скандал сВадимом, и Наташа чувствовала, что больше не выдерживает. Ей нужна отдушина,хотя бы на один день, пусть всего на несколько часов, но избавиться отпостоянного напряжения и поговорить с любимой подругой, называя вещи своимиименами, ничего не сглаживая и не замалчивая. Веселая, энергичная, заражающаявсех вокруг себя радостью и оптимизмом Инна Гольдман была для Наташи напротяжении более чем трех десятков лет самым лучшим слушателем, внимательным исопереживающим.

Они оставили Григория в доме: талантливого гинеколога послееды неизменно клонило в сон, а если учесть кулинарные таланты Анны Моисеевны иее стремление накормить как можно сытнее и обильнее, то легко представить, чтони о каких прогулках после обеда не могло быть и речи. Гриша свалился и уснулмертвым сном, а Наташа и Инна отправились по своему излюбленному маршруту,занимавшему три часа, по дороге вдоль леса, потом через поле, до озера иобратно.