Жизнь прахом, земля пухом - Владимир Колычев

– Она… Она хотела… Во-первых, она хотела, чтобы вы на вора ополчились. Чтобы всех на него списали, и Загорцева, и Скоробогатова…

– А во-вторых?

– Во-вторых, она была зла на вас. Вы ей тогда на кладбище нагрубили… Но грубость ладно, боится она вас… Я ей говорил, что не надо, а она…

– Что она?

– Да это она меня с истинного пути сбила! Она!!! Ей долги отдавать надо было, а с деньгами туго. Самогоров обещал ей помочь, а она не поверила. Марина, сказала, не позволит… Не позволит, сказала, но деньги сама принесет. И принесла. Мне. Чтобы мужа похоронить…

– А деньги вы с Анжелой поделили.

– Нет, не поделили. Просто она свой процент получила… Хороший процент. Чтобы с долгами поскорей рассчитаться…

– Анжелика – маркиза демонов, – мрачно усмехнулся Комов. – Такое только женщина могла придумать. Вора подставить, в начальника ОВД стрелять… Да и ты хорош. Знаешь, что тебя в тюрьме ждет? Если сразу убьют, считай, повезет… Но можно в одиночку оформить. Если врать не будешь…

– Я… Я не вру… Это все Анжела… А я ее слушал…

– И гробоидов своих на цель наводил… Нелюдь ты. Не выдержит тебя земля. Провалится она под тобой, самого похоронят на бесплатном тюремном кладбище. Пожизненное тебя, ублюдка, ждет… Камышов – тоже ваша с Анжелой работа?

– А вот и нет! Здесь мы ни при чем. Это все Мирча с Тарасом. Камышов мимо проезжал, а они знали, из какой он компании. Знали, что хоронить его через нас будут. За ним поехали, думали, если карта ляжет, то убьют, если нет, то в следующий раз… А карта легла…

– Черным сердцем она легла…

– Я… Я не хотел Камышова убивать… И Алексеева тоже… Это все Мирача с Тарасом. У них башню снесло…

– Цепная реакция, – негромко, в раздумье сказал Степан.

– Это ты о чем? – спросил Комов.

– Цепная реакция убийства… С Загорцевым расправились, потому что этого хотела Скоробогатова. Затем убили ее мужа. Чижов и Порываев. Один застрелен, другой под следствием. Один псих и садист, другой не лучше. Эстафету подхватили другие ублюдки. Из-за финансовой выгоды. Вот это и есть цепная реакция… В голове не укладывается, как такое могло произойти. Убивать потому, что за трупы хорошо платят. Вот такие нелюди платят. – Круча с ненавистью посмотрел на Колпакова.

Сейчас эта мразь представляла собой мрачное зрелище. Но совсем недавно все было по-другому. Можно было только догадываться, чем он здесь занимался с Анжелой, но удовольствие от общения получил… А может, и не занимался он с ней любовью. Может, Анжела уходила от него счастливая от мысли, что ей достанется процент за убитого Алексеева. Ей же хочется поскорей с долгами рассчитаться… Но со Скоробогатовой Степан разберется потом, а сейчас ему нужно было обезвредить бешеных молдован.

– Где сейчас твои выродки? – спросил Комов.

– Не знаю, они не сказали…

– А ты спроси… Скажи, чтобы срочно приезжали… э-э… пусть едут сюда…

Степан помнил, чем закончилась прежняя попытка дозвониться до гробоидов. Абонент находился вне зоны действия сети – желтушный Чернавкин не смог до них дозвониться. Колпаков же дозвонился сразу. И велел Мирче ехать к нему в офис.

– Да, за расчетом… Ну, конечно, есть!.. Да, жду!

– Что есть? – спросил Федот, когда он положил трубку.

– Ну, деньги, – снизу и удивленно посмотрел на него нелюдь. – Это двадцать тысяч рублей, для них очень много…

– За кого двадцать тысяч рублей? За один труп или сразу за два? – с презрением в голосе спросил Кулик.

– Пока за один… Камышова уже сказала, что хоронить у нас… будет… – жалко пробормотал Колпаков, глядя, как Комов поднимает руку.

Федот не сдержался и раскрытой ладонью ударил его по затылку так, что он слетел со своего кресла и на коленях проехал по полу до самого окна.

– Что значит пока, упырь! Для тебя никаких пока. Ты же свое отжил!..

– А дальше что? – хмуро спросил Круча.

– Извини, Степаныч, рука сама с цепи сорвалась, – повинился Комов.

– Я не о том. Зачем ты гробоидов сюда вызвал? У них автомат…

– Вот и я о том же, – кивнул Кулик.

И взялся за телефон, чтобы вызвать группу немедленного реагирования. Но, как оказалось, к этому моменту гробоиды уже подъезжали к конторе. Видимо, они еще раньше решили нанести визит своему боссу, не дожидаясь приглашения.

К счастью, Степан сначала заметил подъехавший к агентству черный «Хаммер» и только затем, подав сигнал об опасности, увидел выходящих из машины преступников. У одного в руках автомат, у другого – двустволка. Третий остался в машине.

Степан и Кулик встали за дверью, Комов спрятался в соседней с кабинетом комнате. Гробоиды шли быстро и грозно, как штурмовые танки. Ворвались в кабинет и с ходу нажали на курки. Несколько автоматных и две ружейные пули окрасили грудь Колпакова в красный цвет.

– Ключ от сейфа… – начал было один и, осекшись, резко развернулся к Степану.

Он мог бы выбить ружье из рук преступника, но у второго был автомат, поэтому подполковник не имел права тратить время на бескровное разоружение. Видимо, точно так же думал и Кулик. Выстрелили они одновременно…

Они не позволили ублюдкам ограбить убитого Колпакова. Но при этом, как и в случае с Чижовым, лишились двоих из трех обвиняемых. О чем ничуть не пожалели. Этим нелюдям не место на земле… Они бы могли убить прямо на месте и третьего, но здравый смысл все же восторжествовал, и его всего лишь обезвредили, доставили в отделение. Без показаний уцелевшего демона сложно было бы прижать к стенке его черную маркизу…