Незнакомец в зеркале - Сидни Шелдон

Пришел и Клифтон Лоуренс. Он побывал у парикмахера, и костюм его был только что из утюжки, но его выдавали глаза. Это были глаза неудачника среди равных ему профессионалов. Клифтон тоже погрузился в воспоминания. Он вспомнил тот первый нахальный телефонный звонок. «Сэм Голдуин просит вас посмотреть одного молодого комика…» И выступление Тоби в училище. «Совсем необязательно съесть всю баночку икры, чтобы понять, хороша ли она, верно?.. Я решил сделать вас своим клиентом, Тоби… Если пивохлебы будут у тебя в кармане, то с шампанщиками справиться будет плевое дело… Я могу сделать из тебя суперзвезду шоу-бизнеса. Все гонялись за Тоби Темплом – студии, телекомпании, ночные клубы». «У тебя столько клиентов, что я иногда думаю, что ты уделяешь мне недостаточно внимания… Это как групповой секс, Клиф. Кто-то всегда остается с эрекцией… Мне нужен твой совет, Клиф… Насчет этой девушки…»

Клифтону Лоуренсу было что вспомнить!

Рядом с Клифтоном стояла Элис Тэннер.

Она глубоко погрузилась в воспоминания о первом представлении, которое дал Тоби в ее офисе. «Где-то за всеми этими кинозвездами прячется молодой человек с большим талантом…» «После того как я посмотрел этих профессионалов вчера вечером, я… мне кажется, что я так не смогу». И о том, как влюбилась в него. «Ах, Тоби, как я тебя люблю!» «…И я люблю тебя, Элис…» Потом он уехал. Но она благодарила судьбу за то, что он у нее был.

Проститься с Тоби пришел и Эл Карузо. Он сгорбился и поседел, а его карие глаза, похожие на глаза Санта-Клауса, слезились. Он вспомнил, как чудесно Тоби относился к Милли.

Сэм Уинтерс. Он думал о той радости, которую Тоби Темпл доставил миллионам людей, и о том, как это соизмерить с той болью, которую Тоби причинил нескольким людям.

Кто-то тронул за плечо Сэма, он обернулся и увидел хорошенькую темноволосую девушку лет восемнадцати.

– Вы меня не знаете, мистер Уинтерс, – улыбнулась она, – но я слышала, что вы ищете девушку для новой картины Уильямса Форбса. Я из Огайо, и…

Приехал и Дэвид Кенион. Джилл просила его не приезжать, но Дэвид настоял на своем. Он хотел быть рядом с ней. Джилл подумала, что теперь это не страшно. С игрой покончено.

Пьеса подошла к концу, ее роль сыграна. Джилл ощущала огромную радость и бесконечную усталость. Словно испытание огнем, через которое она прошла, выжгло весь стержень озлобленности, пронизывавший ее, унесло с собой всю ее боль, разочарование, ненависть. Джилл Касл погибла в жертвенном пламени, и из пепла возродилась Жозефина Чински. Она снова обрела покой, была полна любви ко всем и довольства жизнью, какого не испытывала со времен своей юности. Еще никогда она не была такой счастливой. Ей хотелось поделиться этим счастьем со всеми.

Похоронный ритуал заканчивался. Кто-то взял Джилл под руку, и она позволила отвести себя к лимузину. Когда она подошла к машине, то увидела стоявшего там Дэвида, лицо которого выражало обожание. Джилл улыбнулась ему. Дэвид взял ее руки в свои, и они обменялись несколькими словами. Какой-то фоторепортер запечатлел их в этот момент.

Джилл и Дэвид решили, что поженятся через пять месяцев, и таким образом, все приличия будут соблюдены. Большую часть этого времени Дэвид провел за границей, но они разговаривали по телефону каждый день. Спустя четыре месяца после похорон Тоби Дэвид позвонил Джилл и сказал:

– Меня осенила блестящая идея. Давай не будем больше ждать. На следующей неделе мне надо ехать в Европу на конференцию. Давай поплывем во Францию на «Бретани». Капитан может поженить нас. Начнем медовый месяц в Париже, а оттуда отправимся туда, куда ты захочешь, и останемся там столько времени, сколько ты захочешь. Что скажешь?

– Ах, Дэвид, конечно же, да!

Она не спеша прошла в последний раз по всему дому, размышляя обо всем, что здесь случилось. Вспомнила свой первый званный обед в этом доме и все чудесные праздники и приемы, которые устраивались после этого, потом болезнь Тоби и свою битву за то, чтобы вернуть его к жизни. А потом… слишком много воспоминаний.

Она была рада, что уезжает.