Король умер, да здравствует король - Ольга Володарская

– А я пластмассовый? – стал закипать Малыш. Емунадоело сдерживать эмоции.

– Пожалуй... Как манекен в магазине. Красивый, но пустойвнутри...

– Зато ты под завязку забита! – перешел он накрик. – Не знаю только – чем! Злостью, быть может?

– Ненавистью к тебе, – процедила она. –А теперь... Катись отсюда!

Едва прозвучали эти слова, как раздался знакомый грохотдвери. Это вернулся Котя Семакин. Но на сей раз он вернулся не с пустымируками. В его подрагивающих пальцах был зажат пистолет. Переступив порог иедва не упав, Котя выставил руку с оружием вперед и нацелил дуло на Егора. Оноходило ходуном, и Эллина подумала, что, выстрели он сейчас, пуля уйдет в сторону...

– Я давно хотел тебя убить, – с ненавистьюпрошептал Котя. – За то, что ты мучил Эллочку... Всю жизнь мучил... –Семакина повело, но он удержался на ногах. – Этот пистолет я купил длятого, чтобы лишить жизни другого человека, принесшего Эллочке страдания, но...Но тебя я убью с еще большим удовольствием...

Егор закатил глаза. Он совсем не испугался, это былосовершенно ясно.

– Я ненавижу тебя так, что готов взять на душугрех, – продолжал Котя, а Эллина вдруг поймала себя на мысли, что хочет,чтоб Семакин перестал болтать и нажал на курок. «Убей его наконец!» –мысленно крикнула своему «вассалу» Эллина, но тот продолжал выдавать пустыеугрозы: – Прочитай молитву, если знаешь хоть одну... Сейчас я тебя убью!

– Ты не сможешь, – усмехнулся ему в лицо Егор. –Не хватит духу! Так что убери свою пукалку и топай к себе. Тебе нужнопроспаться...

Пистолет задрожал в Котиных руках еще сильнее, и он взялсяза рукоятку двумя руками. Егор наблюдал за ним с той же издевательскойухмылкой. Эллина даже знала, что он в этот момент думает. «Я умру несейчас, – читала его мысли Графиня. – А в девяносто лет всобственной постели во время секса с двадцатилетней красоткой...»

Пистолет выпал из Котиных рук. Семакин, утопив лицо владонях, зарыдал и, развернувшись, побрел вон из комнаты. Егор проводил егонасмешливым взглядом, в котором читалось высокомерие вечного баловня судьбы, исказал не столько Эллине, сколько самому себе:

– Я, как всегда, оказался прав... Духу ему не хватило...

Да, тут он не ошибся. Малыш ошибся во всем остальном! Онумер, но не в собственной постели, не на юной красотке и не через тридцать пятьлет. Это случилось сразу после того, как он стал поворачиваться к Эллине.В тот момент на его голову обрушился страшный удар. Кость на вискетреснула. Из раны брызнула кровь. Егор почувствовал, как она, горячая ипротивно-густая, течет по лицу. Но в следующий миг он уже ничего не чувствовал.

Егор рухнул на пол, прямо под ноги Графине, и тут же умер.Перед тем как сознание покинуло его навсегда, он с обидой подумал: «Как жетакое могло случиться? Ведь я заговоренный...»

– Вот видишь, Малыш, оказывается, ты ошибался, –прошептала Эллина в ответ на его последнюю мысль, отразившуюся на лице Егораперед тем, как оно превратилось в ничего не выражающую посмертную маску. Онаотбросила молоток, оставленный строителями на стремянке, возле которой Эллинастояла, и, прикрыв за собой дверь, пошла к себе. Шаг ее был тверд, а мыслиясны, как никогда. «Труп из квартиры мне ни за что не вынести. Не хватит сил,да и соседи могут засечь. Значит, надо придумать, как спрятать его тут, вквартире...»

– Эллочка, – отвлек ее от размышлений голосКоти. – Эллочка, там кровь? – И показал за ее спину. Туда, гдеиз-под двери в комнату Кузнецовых вытек алый ручеек. – Там кого-то убили,да? – И он стал смотреть на свои руки, совершенно чистые, ибормотать: – Это я его... Я же хотел... Всегда... Убил! Я вижукровь на своих руках...

– Нет, Котя, тебе все снится. Завтра встанешь и поймешь, чтокровь и убийство всего лишь ночной кошмар... – Она взяла Семакина под рукуи повела к его комнате. – Тебе часто снятся плохие сны... Это один изних...

Она уложила Котю на кровать, и он почти сразу захрапел.Теперь можно было не волноваться о том, что он ей помешает – Котя поддействием алкоголя спал как убитый. Эллина вышла из его комнаты и прямикомнаправилась в свою. Переодевшись и взяв кошелек, она покинула квартиру.

На улице моросило. Но Эллине не нужно было далеко идти,всего лишь достигнуть стоявшего во дворе грибка со столиком, за которым мужики,делавшие в их доме ремонт, выпивали после трудового дня.

– О, глянь, – сказал один другому, когда завиделспешащую к ним Графиню, – старая ведьма прется! Опять придиратьсяначнет... А то еще в какой-нибудь краже обвинит... С нее станется!

Мужики, подобрались, готовясь дать отпор ведьме, но та,оказалось, пришла по их души не за тем, чтоб ругаться, а совсем наоборот.

– Подкалымить хотите? – спросила она напрямик.

– Кто ж не хочет? – пожал плечами один из них.

– Вот и отлично. Кирпич мне нужен.

– Сколько?

– Ящик.

– Ну, мать, это ты загнула... Где ж мы его тебе?..

– Любой, пусть даже некондиционный. Битый тоже подойдет.И цемент. А еще мастерок. Все сейчас надо, пока в квартире никогонет, чтоб разговоров избежать.

– Где ж мы тебе его сейчас возьмем?

– В подвале, где ж еще. Я видела, как вы тудакирпич таскали, чтобы сараи там сделать. Его там видимо-невидимо, не убудет...

– Так все подотчетное же, – запальчиво проговорилбригадир каменщиков.

– Так я плачу-то двойную цену, – в тон ему ответила Эллина.

– Не, мать, не пойдет...

– Как хотите, могу с прорабом вашим договориться, да тольков этом случае денежки он получит, а в квартиру кирпич тащить все равно вампридется...

– Ладно, уломала, – усмехнулся бригадир, потомполюбопытствовал: – А на черта тебе кирпич?

– Хочу комнату свою на две разделить, и во вторую жильцовпускать.

– Ну, даешь! А кто тебе стену-то класть будет?

– Да мужик-сосед. Он умеет.

Бригадир хотел предложить ей услуги своих ребят, но старухауже шагала к подъезду.

– В тридцатую квартиру несите! – крикнула оначерез плечо. – Расчет после получения...

Она старалась не смотреть на труп Малыша, пока ломала кладку(в их доме последний месяц постоянно что-то грохотало, и Графиня не бояласьпривлечь шумом внимание соседей), вытаскивала из ящика кирпичи, замешивалараствор. Но вот пришел момент, когда ей нужно было не просто взглянуть на него,но еще и дотронуться. «Боятся надо не мертвых, а живых!» – сказала себеЭллина и, подхватив Егора под мышки, поволокла к проему. Он оказался невероятнотяжелым, но она и не такое в своей жизни таскала, поэтому справилась. ВпихнувМалыша в нишу, она задрала голову вверх, надеясь через маленькое отверстиедымохода увидеть звезды, но их не было. Как и луны. В небе было так жечерно, как у нее на душе...