Все в шоколаде - Татьяна Полякова

– Это как раз понятно, – согласилась я. –Значит, так. Я сильно сомневаюсь, что все это работа Деда. Подожди возражать. Яего знаю двадцать лет и хорошо представляю, что он может, а чего нет.Единственный шанс спасти Ромку – собрать солидный компромат на Нефедова. Нетаращи глаза, а слушай. Мы считаем, что все происходящее его рук дело.

– Нефедова? – не поверил Олег.

– Точно.

– Кто это мы?

– Ты что, забыл, какое сокровище прислали нам изстолицы?

Он смотрел на меня не мигая.

– Ты доверяешь Лукьянову? – спросил он, а япорадовалась: вопрос “жив ли он?” Лялин не задал, значит, не зря я верила в егоспособности.

– Нет. Я доверяю тебе, так как ты в конечном результатезаинтересован лично. И я тоже. Теперь главный вопрос: Ромка с тобой говорить нехотел, но выспросить его о той ночи необходимо. Может, мне повезет больше?

– Нет, – резко мотнул он головой.

– Он был на твоей даче. Я видела там его мать. Если быя хотела… Не дури, Лялин. Это действительно наш единственный шанс.

Он ковырял носком ботинка землю и думал. Я его не торопила.От того, поверит ли он мне сейчас или нет, многое зависело, и он, и я этопонимали.

– Если с парнем что-нибудь случится… – поднял он наменя глаза.

– Случится, – перебила я, – если будешьвалять дурака.

– Хорошо, – выдохнул он и назвал адрес, после чегодобавил:

– Пожалуйста, будь осторожна.

– Буду, – ответила я и пошла к машине.

Лялина я прекрасно понимала, он боялся за сына, и правильнобоялся, потому что в этом сучьем мире жизнь пацана не стоила и копейки. Приэтом он не мог довериться даже своим людям. Ей-богу, настоящий серпентарий.

С этими светлыми мыслями я гнала машину на запад, то и делопоглядывая в зеркало. Не похоже, что за мной кто-то увязался. Пригород выгляделсонным. Ровные ряды добротных домов, пение птичек и коты на скамейках. Япритормозила возле магазина и дальше пошла пешком.

Дом довольно скромный. Какой-нибудь старый приятель Лялинадержал его вместо дачи. Я позвонила, поднявшись на крыльцо с металлическимиперилами. Не открывали долго. Не знаю, был ли в доме телефон, но сотовый уОльги Николаевны есть наверняка, и Лялин должен был ее предупредить. Наконецтихие шаги, затем женский голос:

– Кто там?

– Извините, меня прислал Олег Павлович. Прошла минута,прежде чем дверь открылась. Ольга Николаевна смотрела на меня с мученическойулыбкой.

– Проходите, – сказала она пугливо, – он вкомнате, наверху.

Мальчишка лежал лицом вниз и вроде бы спал. Я взяла стул иустроилась по соседству. Минут через десять ему надоело валять дурака, и онподнял голову.

– Вы кто? – спросил враждебно.

– Зовут меня Ольга, а кто я, вот так сразу не ответишь.Человек. Надеюсь, не совсем плохой.

– Что за чушь? – разозлился он.

– А как бы ты ответил на такой вопрос? – пожала яплечами.

Он подумал и покачал головой:

– Не знаю.

– Поговорить надо.

– О чем? – сразу же насторожился он.

– О гибели Гарика, разумеется.

– Вас отец прислал? – На мгновение мне показалось,что он бросится на меня, такой злобой вспыхнули его глаза.

– Я веду расследование. Могу показать удостоверение,хотя оно, конечно, ничего не значит.

– Интересно вы говорите, – покачал он головой.

– Расскажи мне, что произошло в ту ночь.

– Расскажу и вы его арестуете?

– Кого?

– Убийцу.

– Конечно. Убийца должен сидеть в тюрьме.

– Так я вам и поверил.

– Твоя подружка очень нуждается в помощи, а ты нехочешь помочь.

– Я не хочу? – возмутился он. – Отец меняздесь держит, сотовый отобрал. Боится, что я.., они ведь убьют ее, да?

– Убьют, если ты не поможешь.

– Что вы заладили… Ладно. Допустим, я вам расскажу. Адальше?

– Это зависит от того, что ты расскажешь. Давай, яслушаю.

– Все равно никто не поверит. Я же газеты читал. Онвсех купит, всех. И вас тоже.

– Ну, пока не купил, отчего ж не попробовать? Что тытеряешь, в конце концов?

– Ничего, – подумав, отозвался он. Мы еще немногопомолчали, и он наконец стал рассказывать. – Я ее люблю, – начал оннезамысловато, – а она считает, что я маменькин сынок, потому что мне ненравилась эта их компания. Водка, “травка”.., конечно, ничего особенного… Нокогда они избили дядьку просто так, ни за что, я им сказал, что они придурки иушел, а она обозвала меня маменькиным сынком. Я долго злился, потом мы помирились,а потом она нашла этого Гарика. Назло мне. Говорила, что он настоящий. Что быэто значило… – Он усмехнулся и стал похож на своего отца. – А в ту ночьбыло так. Гарик сказал, что его папаша свалил на дачу и до утра не вернется. Иони с Мальвиной поехали к Гарику домой. И я за ними. Не знаю зачем. Простобродил возле дома. Потом вернулся его папаша, а я пролез в сад. Окно былооткрыто, и я услышал голоса. Сначала разговаривали нормально, потом началиорать. Ну, я взял и залез на веранду, а там Мальвина. Спряталась, когдауслышала, что входная дверь хлопнула. Отец Гарика был с каким-то мужиком,охранник, наверное. Отец унюхал “травку” и орал на Гарика, что тот урод и всетакое. Сказал, что тот кончит, как его мамаша, в психушке. Гарик ответил, чтотот сам довел мать до психушки. Ну, в общем, скандалили по-крупному. Я шепнулМальвине, что надо сматываться, а она ни в какую, точно к полу приросла. И тутГарик крикнул отцу, что тот убийца. Так прямо и сказал. Папаша позеленел изаорал, а Гарик свое. Я, говорит, знаю, что ты убил, и знаю за что, ты,говорит, сволочь последняя, для тебя, кроме денег, ничего на свете несуществует, ни родных, ни друзей, я, говорит, пойду к твоему дружку и все емурасскажу, так что заткнись и не мешай мне жить, как я хочу… – Ромка замолчал,глядя на меня, точно оценивая, какое впечатление произвели его слова, а потомпродолжил: