Клубничное убийство - Галина Куликова

— Ив чем эта правда состоит? — Глаза Майизагорелись любопытством. Ей и в самом деле хотелось во всем разобраться. Вконце концов, она сама приложила руку к выяснению обстоятельств дела.

— Схема простая и сложная одновременно. Для того чтобывоплотить ее в жизнь, нужно обладать наглостью и быть жадным. Оба эти качествау Яковкина, безусловно, есть. Не знаю, с чего все началось и как ему пришла вголову такая идея, но на базе журнала «Блеск» он создал Клуб Обмена Партнерами.Состоятельные супружеские пары, уставшие от рутины семейных отношений, вступалив клуб и менялись женами с другими парами, тоже членами клуба.

— А смысл? — спросила Майя. — Яковкину отэтого какой прок?

— Деньги, дорогая, — снисходительно пояснилПоловцев. — Гарантией того, что члены клуба не станут болтать о своей кнему принадлежности направо и налево, с них брали фантастический вступительныйвзнос, а потом и годовой взнос. Он шел в пользу клуба. Иными словами, Яковкинклал его себе в карман. Кроме того, он получал деньги и за то, что выставлялочередную даму «на аукцион». То есть не просто договорились, поменялись женами…Нет, все было гораздо пикантнее. Для того чтобы организм вырабатывал адреналин,чтобы у членов клуба появлялся азарт, желание платить деньги снова и снова.Одну из дам — членов клуба фотографировали и размещали фотографию в журнале.Все посвященные были осведомлены об этом. Как только номер появлялся в продаже,начинались «торги». Желающие получить эту даму в качестве спутницы жизни нацелый месяц предлагали за нее сколько‑то денег. Аукцион продолжалсянеделю. Победитель платил деньги Яковкину и забирал приз. Его женаавтоматически переходила на месяце распоряжение мужа той дамы, котораяобъявлялась «лотом».

— Клуб функционировал без всяких сбоев, — сноваперехватил инициативу Сильвестр. — Яковкин заключил бартерный договор ссетью ресторанов «Принцесса на горошине». Они давали в каждом номере «Блеска»рекламу ресторанов, а те в ответ обеспечивали руководство редакции некоторымколичеством бесплатных обедов и корпоративных вечеринок. На самом деле этотбартерный договор нужен был Яковкину только для того, чтобы ежемесячно безвсякого для себя риска публиковать в журнале фото очередной дамы, котораяприносила ему немалый доход.

— А Милованов? — задала волновавший ее вопросМайя.

— Чист, как слеза младенца. Понятия не имел, чемзанимается. Догадывался, что Яковкин немного мутит с этой рекламой, но старалсяв его дела не лезть. Яковкин присылал к нему женщину, которую нужно былосфотографировать в очередной раз, и тот безропотно делал снимки.

— И что теперь? — спросила Майя. — Неужелинет такой статьи в уголовном кодексе, чтобы пресечь все это безобразие?

— Ну… — протянул Стас. — Яковкина сейчас ибез нас сильно «пресекли». Два довольно известных типа обменялись женами. Иодной из этих стихийно возникших парочек так понравился обмен, что они сбежалиот своих законных половин в Швейцарию. Брошенный муж оказался большой шишкой,депутатом… Яковкин у него сейчас враг номер один. Он обещал не только сжить егосо свету, но и лишить работы, и разорить подчистую. Думаю, гнев народногоизбранника с успехом заменит все наши скромные усилия.

— Шеф, я вами восхищаюсь, — сказала Майя оченьсерьезно.

В ответ Сильвестр длинно зевнул, а Половцев искреннеоскорбился:

— А мной? Мной вы почему не восхищаетесь? Я что, малобегал, следуя вашим распоряжениям? Мало делал? Разве не я прятался в шкафу, гдеживет моль и пахнет мышами, с пистолетом наголо?

— И что я должна в честь этого сделать?

— Хотя бы поцеловать.

Сильвестр встал и, направляясь к двери, решительно сказал:

— Только, пожалуйста, без меня. Вид целующегосяоперативника может надолго выбить меня из колеи. Когда соберетесь уходить, незабудьте свой блокнот — он валяется на подоконнике.

— Да не стану я с ним целоваться! — возмутиласьМайя. — Это аморально и совершенно бесперспективно.

— Жаль, очень жаль. Мы могли бы рассматривать поцелуйкак ваш личный вклад в дело повышения престижа российской милиции.

* * *

Главным редактором журнала «Блеск» стал Полусветов, которыйради этого назначения презрел Лондон и согласился остаться в Москве. Полусветовпереселился из своего маленького кабинета в большой кабинет Белояровой, а ЛюсюАнтипову оставил на ее привычном месте в приемной.

На следующий день утром к новому руководителю ввалилсявозбужденный Милованов.

— Нужно немедленно уволить арт‑директора, —заявил он. — Пока не поздно.

— ???

— У него роман с вашей секретаршей.

— Ну и что? — опешил Полусветов.

— Как — что? Она такая самоотверженная, что послесвадьбы наверняка возьмет фамилию мужа. А двое Свиноедовых на одну редакцию —это уж слишком!