Дворецкий слишком много знал - Ксения Любимова

– Располагаю! Что там такого страшного?

– Я тебе расскажу в двух словах, – зашептала она и оглянулась на дверь. – Только бы Эрик не услышал, а то будет называть меня болтушкой.

– Так его нет, он уже уехал.

– Как?! – Мариша вскочила из-за стола. – Куда?

– Сказал, к Голубеву.

– Ну и гад! Знал же, что я хотела поехать с ним!

– Он просил тебе передать, чтобы ты не обижалась. Они приедут после обеда, и вы проведете большое совещание.

– Все равно гад! – уже более спокойно добавила девушка и снова опустилась на стул. – Значит, так…

Мариша довольно быстро обрисовала картину дела и добавила от себя:

– Я не считаю Сергея Александровича виновным. Скорее всего, это просто совпадение.

– Я тоже. Но чего нам ждать от Голубева? Мы ему не указ!

– А на что Эрик?

– Мне показалось, что он не совсем уверен в невиновности Антошиного папы. Во всяком случае, я не услышала от него слов, типа: не волнуйся, Настя, твой свекор ни в чем не виноват! Он заметил только, что мне пока рано волноваться

– Не бери в голову. Эрик никогда ничего не говорит прямо, пока дело не закончено.

У Насти вдруг заблестели глаза.

– А мне наш сыщик кое-что сказал!

– Что? – Мариша даже приподнялась от любопытства.

– У них появился еще один подозреваемый.

– Да ты что! И кто это?

– Не знаю. Эрик велел ждать их с Голубевым после обеда.

– Я не доживу! – заныла Мариша. – Я с ума сойду от ожидания!

– Не сойдешь! А если тебе будет совсем плохо, отправлю тебя нянчиться с Эрькой. С ним точно не соскучишься!

– Нет, уж лучше я с тобой.

Но, несмотря на это, Мариша каждые пять минут смотрела на часы, подбегала к окну, слонялась по дому в поисках какого-нибудь занятия. Однако время ползло, словно сонная черепаха. Настя даже разозлилась на подругу.

– Ты можешь посидеть спокойно? В конце концов, не судьба же человечества решается! Поговори со мной немного.

– Не могу ни о чем думать, – пожаловалась Мариша, уныло глядя на подругу.

– Тогда марш к Эрьке!

– О чем ты хочешь поговорить? – сменила тон девушка. – Может быть, о погоде?

– Я тебе дам, о погоде! О мужиках разговаривать будем!

Но интересная тема так и не была начата. Раздался звонок в дверь, и Мариша рванула с места, словно заправская олимпийская чемпионка.

– Наконец-то! – услышала Настя ее голос в прихожей. – Сейчас я тебе задам!

– Кто же тогда тебе все расскажет, если ты меня сейчас убьешь? – послышался довольный голос Эрика.

– А я Голубева буду пытать.

– Ничего не получится, – ответил следователь. – У меня высокий болевой порог.

– Об этом будешь рассказывать, когда станешь молить о пощаде.

Настя фыркнула и принялась выставлять на поднос тарелки. Ей не всегда было понятно поведение Мариши и тем более мужчин. Сама она могла позволить себе такое дурашливое поведение только с Антоном. И то только после того, как они поженились.

– Совсем как дети, – проворчала она, увозя тележку в гостиную.

За большим столом уже занял свою позицию Эрик, рядом пристроился Голубев. Мариша же расположилась на кресле напротив сыщика и приготовилась внимать его рассказам.

– Кушать подано! – объявила Настя, расставляя тарелки.

– Вот за что я люблю Настюшу, – пропел Эрик, – так это за ее исключительное понимание полезности приема пищи! Ты не жена, а находка, – добавил он, втягивая носом аромат борща.

– Жаль только, что уже занята, – торопливо добавил Голубев и смутился.

– Ты никак не успокоишься? – засмеялся Эрик. – Между прочим, мы с Маришкой подсуетились и практически нашли тебе девушку. Даже двух. Сам выберешь, какая больше понравится.

Голубев вытаращил глаза.

– Ничего себе! Когда успели?

– Пора бы привыкнуть, что я работаю быстро и дела в долгий ящик не откладываю! Ну, об этом потом. Сейчас мы должны определить круг подозреваемых. Давайте разбираться с каждым по порядку.

Мариша уселась поудобнее и во все глаза уставилась на Эрика.

– Итак, подозреваемый номер один. Как ты думаешь, Маришка, кто это?

Девушка пожала плечами.

– Наверное, Хлопков. У него и мотив, и возможность.

– Именно!

– Сергей Александрович совершенно ни при чем, – тут же бросилась в атаку Настя. – Не такой он человек!

– Не такой, говорите? – усмехнулся Голубев. – А у нас есть на него компромат. Как говорится, иголку в стоге сена не утаишь! Вы знаете, что по молодости он был осужден на два года?

– За что? – ошеломленно пробормотала она.

– За попытку убийства. Он чуть не задушил девушку. Конечно, экспертиза признала, что он действовал в состоянии аффекта. Девушка должна была стать его женой, но накануне свадьбы он застал ее в постели со своим другом. Вот и психанул. Правда, друг сумел оторвать его от девицы. Но факт остается фактом.

– Я в это не верю! – прошептала Настя и обхватила себя руками. – А Антон знает?

– Не могу сказать. Лучше спросите у него.

– Вы пока об этом не рассказывайте, хорошо? Мне не хочется расстраивать мужа.

– Если Хлопков окажется невиновным, то мы не будем копаться в этом деле, ну а если он останется единственным подозреваемым, то не обессудьте! – И Голубев развел руками.

– Кто следующий? – Мариша с интересом смотрела на сыщика.

– Дальше идет семейство Зотовых и их молодые люди. Они тоже были заинтересованы в деньгах Артемьева.

– Зотовы? – Настя задумалась. – Не знаю… Мне как-то не верится.

– Верится, не верится… Мы рассматриваем факты, а не на ромашке гадаем.

– Вы говорили, есть еще один подозреваемый…

– Да, тот самый сосед. Сироткин.

– Вы узнали, кто он? – заинтересовалась Мариша.

– Пока нет, – покачал головой Голубев. – Весьма загадочная личность. Одно могу сказать наверняка – он точно не инженер по обмену опытом. Мы связались с руководством завода, и нам однозначно ответили, что сейчас у них весь штат сотрудников укомплектован и работники со стороны им не нужны. Даже по обмену опытом.

– Интересно, что привело его в этот поселок? – протянула Мариша.

– Пока это большой вопрос. Кстати, с хозяином дома пока связаться не удалось.

– Итого у нас с вами шесть подозреваемых, – констатировал Эрик. – Хотя я не исключаю того факта, что кого-то мы могли проглядеть. Итак, четверо из нашего списка получали наследство, Хлопков желал сохранить свой банк. Как видите, причины весьма основательные. Вот если бы удалось узнать, что за личность такая Сироткин, возможно, в этом деле было бы больше ясности.