Проклятое ожерелье Марии-Антуанетты - Ольга Баскова

Де Ла Мотт расхохоталась:

– Не верю своим ушам! Любой издатель предложит мне больше!

– Тогда назовите свою цену, – проговорила Жюли, опасаясь, что таких денег у нее нет, и оказалась права.

– Я хочу полмиллиона ливров, – дерзко ответила графиня, – и ни су меньше.

Де Полиньяк выдавила из себя улыбку.

– Хотите сказать, что издатели предложат вам больше?

Хитрая Жанна покачала головой.

– Они уже предложили мне… столько же.

Жюли развела руками. Графиня не могла не заметить, какие у нее белые, ухоженные руки с миндалевидными розовыми ногтями, и это усилило ее ярость. Жюли во многом походила на нее: она была такая же хитрая, такая же пронырливая и, что немаловажно, сама происходила из аристократического, но обедневшего до нищеты рода. Как же ей удалось приблизиться к королеве, да еще до такой степени, что Мария-Антуанетта и дышать без нее не могла? Королева всюду брала с собой подругу, осыпала ее различными милостями. Много доставалось и ее нищей родне, которой, казалось, не было числа. Дошло до того, что графиня стала вертеть королевой, как марионеткой, и та с радостью выполняла любые желания своей фаворитки.

Болтали, что ежегодное содержание семьи де Полиньяк обходилось королевскому дому в полмиллиона ливров. Все предыдущие фаворитки правителей стоили государству намного дешевле.

Жанна никогда не могла понять: каким талантом обладала семья де Полиньяк, чтобы так поработить королеву? Правда, сама того не ведая, первая красавица двора навлекла на себя и на свою госпожу общественный гнев, способствовала тому, что сплетни про нее и королеву роились, как осы, но, похоже, такие мелочи, как общественное мнение, ее мало волновали. Она, недавно нищая, купалась в золоте, и остальное ее не заботило. Так пусть же теперь поделится неправедно нажитым богатством с той, которая нисколько не уступает ей ни во внешности, ни в титуле.

– Да, мне предложили полмиллиона, – повторила Жанна, – и на меньшее я не соглашусь! Сами посудите, это было бы глупо.

– В самом деле? – Герцогиня скорчила забавную гримаску. – Что ж, очень жаль. Из своего скромного бюджета Мария-Антуанетта смогла выделить лишь двести тысяч ливров. Если мы с вами не договоримся, даже не знаю, как сообщить об этом королеве. Думаю, и Людовику вся эта история не очень понравится.

Жанна сжала кулачки. Двести тысяч ливров! Нет, эти деньги она не упустит.

– Только из уважения к вам, герцогиня, я возьму деньги, – строго сказала графиня. – Вы проделали такой длинный путь ради меня – и я не позволю, чтобы вы вернулись ни с чем. Видите ли, я тоже хочу забыть об этой мерзкой истории, в которой – видит бог! – она картинно воздела руки, – я не виновата. Вы получите мемуары.

Герцогиня кивнула, стараясь не выдать своей радости.

– Я знала, что вы поступите благоразумно.

Из корсажа она достала конверт.

– Деньги при мне, можете пересчитать. Теперь дело за вами, дорогая графиня.

Жанна наклонила голову и вышла в другую комнату. Через минуту она вернулась с толстой рукописью.

– А вот то, что нужно вам. Пересчитывать я ничего не буду. Думаю, не в интересах королевы обманывать меня в такой мелочи.

– Надеюсь, и вы не обманете нас. – Жюли бегло перелистала книгу. – Похоже, все верно. – Она улыбнулась, показав прелестные жемчужные зубы. – Ну давайте прощаться. От души надеюсь, что мы с вами больше не увидимся. Думаю, Англия приютит вас, во всяком случае, на какое-то время, а во Франции постараются о вас забыть.

– Другого я и не желаю. – Жанна склонилась в реверансе. – Передайте Марии-Антуанетте мое искреннее почтение.

Де Полиньяк тряхнула головой и вышла на улицу, где ее ожидал шикарный экипаж. Максим, прятавшийся за изгородью, не слышал того, что происходило в комнате, но по довольному лицу герцогини, по толстой папке, которую женщина сжимала под мышкой, догадался: у Жюли все получилось. Итак, скоро он вступит в игру.

Крым, 2017

До Симферополя долетели без приключений. Выйдя из самолета, молодые люди попили кофе и взяли билеты на феодосийский автобус до Старого Крыма. Опустившись на сиденье, Юля задремала, и Плотников последовал ее примеру. Лишь когда водитель объявил, что они подъезжают к автовокзалу города, Юля и Сергей встрепенулись и приникли к окну. Ровное новое шоссе, без трещин и ям, змеей врезалось в зелень, с одной стороны покрывавшую вершины гор, напоминавших гигантские головки голландского сыра, с другой – уходившую в бескрайнее поле, к голубевшим на горизонте холмам. Маленькие дубы чередовались с огромными крымскими соснами, чьи стройные, покрытые коричневой корой стволы будто создали прочный забор для непрошеных гостей.

– Мне кажется, здешний климат – просто находка для людей, которые любят тепло, – предположил Сергей. – Смотри, горы преграждают путь ветрам. Не думаю, что температура здесь намного ниже, чем, скажем, на Южном берегу.

– Вообще здесь гораздо теплее по сравнению с нашим городом, – отозвалась девушка. – Я заметила это еще в аэропорту. Только середина апреля, а солнце палит, как у нас в июне. Гляди, плодовые деревья отцвели, а у нас только началось цветение.

– Это хорошо, когда тепло, – улыбнулся Плотников. – Оно поможет в наших поисках. Представь, что бы было, если бы мы искали клад в дождь и снег. Брр, как подумаю, что пришлось бы месить грязь и скользить по склонам горы… Нет, погода нам благоволит.

– Хочется верить, что все будет нам благоволить. – Юля мечтательно подняла кверху ясные голубые глаза. – Мы делаем доброе дело и никому не собираемся причинять зла. Вот, кажется, и приехали.

Автобус, несколько раз фыркнув, затормозил на вокзале, довольно чистом, ухоженном, с зелеными газонами, но таком маленьком, что скорее его можно было назвать автостанцией, о чем, впрочем, и гласила вывеска. Маленькое здание, кафе, тоже крошечное, в котором бойко торговали самсой, чебуреками и восточными сладостями, несколько автобусов в ожидании отправления, парочка маршруток – и все. Людей с сумками и кошелками, всегда копошащихся в таких местах, почти не было. Десять человек – не больше, может, даже меньше.

– Курортный сезон еще не начался, – заметила Самойлова. – Сразу видно.

– Главное, он начался для нас с тобой, – усмехнулся Плотников. – Давай этому радоваться, потому что мы вообще-то в этом году на курорт не собирались. Ты говорила: нужно помогать деду на даче.

– Дачей придется заниматься, хочешь ты этого или не хочешь, – буркнула Юля.

– Да я не возражаю. – Капитан подхватил сумку. – Теперь нужно найти жилье. У кого бы спросить, где приличная гостиница? Извините, – окликнул он молодую женщину в длинном сером платье и зеленом пальто, закутанную в платок, по-видимому, мусульманку. – Не подскажете, где ближайшая гостиница?