Мажор-2. Возврата быть не может - Игорь Яснов

– Простите, парни, что отрываю от веселья. Но Аверьянов у нас теперь счастливый женатик, а вот нам придется попахать. Есть новые данные по исчезнувшему гражданину Шелесту. Год назад привлекался за торговлю курительными средствами. Проходил под кличкой «Купец».

– Так это он – «Купец»? – задумчиво переспросил Даня. – Дело в том, что мать Городецкой слышала, как дочь кому-то говорила: «Купец меня достал, а послать на фиг в лицо страшновато».

– Завтра утром первым делом едете в общежитие, – приказал Пряников. – И проводите повторный обыск его комнаты. А сегодня – гуляем!

Пряников вернулся за столик к жене. Соколовский проводил его взглядом, а потом посмотрел на экран. Там было финальное фото клипа – фотография счастливых Жеки и Нины. Вера поздравляла молодых. А потом Игорь поймал взгляд Кати. Катя смотрела с какой-то легкой тревогой.

Обыск в комнате общежития был несложным. Да и что можно спрятать в маленькой комнате, имевшей минимум мебели, у хозяина, имевшего минимум одежды? Даня и Мажор пролистали все учебники и книжки. Тщательно проверили все полки, ящики шкафа на предмет тайников. В ящике стола Даня нашел какие-то квитки.

– Посмотри-ка, – показал он Соколовскому, – билет на электричку. Неделю назад катался. До платформы «Семьдесят шестой километр».

– Предлагаешь поехать туда? – прощупывая зимнюю куртку хозяина, спросил Соколовский.

– Рано. Продолжаем искать.

Не прекращая поисков, Соколовский приложил к уху телефон:

– Слушаю, Илья Сергеевич.

– Игорь, – голос Васильева был заметно напряженным, – к сожалению, пришло время для таких звонков.

– Начало так себе, – не оценил Соколовский.

– Мы начинаем выплачивать по кредиту. И я вынужден напомнить: если вам не удастся найти причину, чтобы объявить господину Игнатьеву эвент оф дефолт, то все усилия были зря.

– Я понимаю, – ответил Игорь, присев на корточки и глядя, что блестит в трещине между плашками старого паркета.

– Рано или поздно он начнет обо всем догадываться. И тогда все пропало.

– Я понимаю, понимаю, – ответил Соколовский, вставая на колени и разглядывая странную блестящую штучку.

– Может быть, вам постараться поискать среди сотрудников Игнатьева слабое звено? Кого-нибудь, кто согласится дать информацию о незаконных тратах в обход совета директоров?

– Илья Сергеевич, я все знаю. – Соколовский поднялся в поисках чего-то острого. Увидев на полке отвертку, он взял ее и снова вернулся к паркету. – Я думаю об этом все время, но… но сейчас я об этом думать не могу. Проблему я понял. Буду решать. До свидания.

– Что там у тебя? – подошел Даня.

Соколовский осторожно подцепил плашку паркета отверткой, и со второго раза у него поучилось. По полу покатилась женская сережка. Найдя в телефоне фото сережки, которая была на убитой Городецкой, он показал Королеву.

– Абсолютно одинаковые, – сказал Игорь. – Вот теперь нам точно надо ехать на «Семьдесят шестой километр»!

– Ну ладно, – согласился Даня, прихватив с полки фотографию, на которой Городецкая стояла в обнимку с Олегом Шелестом.

Соколовский и Даня шли по поселку. Надо было как-то понять, где искать Шелеста. Или понять, зачем он сюда приезжал. Даня пространно стал говорить, что в работе оперативника главное не умение руку выкрутить подозреваемому, а умение войти в доверие свидетелю. Соколовский указал рукой на тетку лет шестидесяти с большой лопатой, расчищавшей возле дома дорожку от снега. Даня усмехнулся и подошел к женщине.

– Бог в помощь! – излучая позитив и благодушие, сказал он.

– Чего надо? – обернулась тетка и смерила Даню неприязненным взглядом.

– А что так неприветливо? – попытался улыбнуться Даня, но тетка взяла лопату на изготовку, как винтовку со штыком, и угрожающе посмотрела на него: – Чего надо, говорю?

– Мы из полиции, – уже без улыбки сказал Даня, мельком глянув на Соколовского и предъявляя тетке удостоверение. – Вы вот этого человека здесь в последние дни не видели?

Он протянул фотографию Шелеста, и, к огромному удивлению Дани, женщина почти сразу кивнула:

– Видала, – уверенно заявила она. – В магазине водку брал. Он вон там живет, где старые дачи. Снимает, видать, там их почти все сдают.

– А показать можете, в какой именно? – оживился Соколовский.

– Да вон, она отсюда видна, – махнула женщина рукой. – С острой крышей.

Сыщики прошли по почти пустынной улице в дальний конец поселка. Здесь снег уже не чистили централизованно, да и улицей это место можно было назвать с натяжкой. Старые дома, деревянные заборы, запущенные фруктовые сады. Идти пришлось, утопая в снегу.

Домик, на который показала женщина, стоял особняком, от забора остались одни воспоминания. Сам дом выходил одной стороной на небольшое озеро, и этот факт значительно увеличивал его ценность. Из трубы вился дымок – на это оперативники сразу обратили внимание.

– Что делать будем? – спросил Соколовский своего более опытного в задержаниях коллегу.

– Там пацан-студент, а не серийный убийца, – хмыкнул, высокомерно глянув на Соколовского, Даня. – Пошли.

Поднявшись на крыльцо первым, Королев постучал в дверь. Потом для солидности еще и пару раз ударил ногой:

– Шелест, открывай!

Неожиданный выстрел из дома выбил кусок древесины из дверного косяка рядом с головой Королева. Соколовский рванул Даню на себя, и они оба рухнули в снег.

– «Там пацан-студент», – передразнил Соколовский.

– Я сзади зайду. Отвлекай! – вытаскивая из кобуры пистолет, велел Даня, зло нахмурившись.

Соколовский дождался, пока Королев скроется за углом. Потом отошел от двери в сторону и закричал:

– Олег! Выходи! Не будь кретином!

Изнутри снова раздался выстрел, и в верхней части двери появилось несколько отверстий. «Дробью стреляет», – подумал Игорь. И вдруг внутри что-то с грохотом опрокинулось, зазвенело разбитое стекло, упала какая-то мебель. Соколовский бросился к двери, выбил ногой то, что от нее осталось, и влетел внутрь. Шелест лежал на полу в очень неудобной позе, а навалившийся на него сверху Королев заламывал ему за спину руки и надевал наручники.

– Вы меня лучше застрелите! Скажите, что сопротивлялся! – со злостью выкрикивал Шелест.

– Щас! – усмехнулся Соколовский, помогая Королеву поднять парня на ноги и усадить на стул посреди кухни. – Искали тебя, искали, а теперь застрелите.

– Я все равно жить не буду.

– Из-за Юли, да? – наклонился к нему Игорь. – Рассказывай. Учти, что мы много знаем. Мы у тебя в комнате ее сережку нашли. И мы знаем: она у нее выпала, когда ее убивали. Так что давай разговаривать, парень.