Ночной клуб на Лысой горе - Дарья Донцова

Я отвернулась. На месте Виктора я точно бы ответила: «Выбираю собаку, она намного лучше скандальной бабы».

— Дашуня! — радостно воскликнул Маневин. — Медальон!

Я посмотрела на Феликса. Супруг держал совок, на котором лежало украшение.

— О-о-о! — заликовала я. Затем схватила мирамистин, облила обеззараживающей жидкостью ювелирное изделие, нажала пальцем в перчатке на крышку, та открылась.

— Что это? — ахнула Елена. — Бриллианты?

— Да! — радостно подтвердила я. — А само «сердце» золотое.

— Камней фигова туча, дорогая вещь, однако, — оценил нашу находку Виктор.

— Но как… почему… откуда драгоценность? — ошалело моргала Елена.

Я открыла рот, чтобы рассказать, мол, Марфуша проглотила украшение, но меня опередил муж.

— Слышали сказку про курочку Рябу? — спросил он, укладывая медальон в пакет.

— Да, — хором ответили соседи.

— Она для деда с бабкой золотые яйца несла, а у нас собака Мафи эксклюзивной ювелиркой какает, прошу прощения за глагол, — с самым серьезным видом сообщил Феликс. — Яйца-то она нести не способна, потому что не курица. Это порода такая — золотокакающая собака. Правда, у нее не каждый раз медальон с бриллиантами получается, иногда приходится полгода ждать нужного результата. И никогда не знаешь, что получишь: ожерелье, браслет или…

— Где такую купить? — перебила его Елена.

— Мафуня единственная представительница сего славного племени, — ответил Маневин. — Ну все, мы тут убрали… Извините нас! Наверное, надо сделать забор повыше, чтобы Мафи больше к вам не залезала.

— Ну что вы, — заворковала Елена, — пусть забегает, нам она в радость. Правда, милый?

Муж молча кивнул.

— Щеночков у нее не предвидится? — продолжала соседка.

— Пока нет, — мило улыбнулась я.

— Поставьте нас первыми в очередь, — нежно попросила тетка.

— Конечно, — пообещала я.

Когда мы с Маневиным покинули участок соседей, я расхохоталась.

— Золотокакающая собака, говоришь? Мне бы такое в голову не пришло. Не предполагала, что у меня столь ехидный муж.

— Я был предельно вежлив с дамой, — улыбнулся Феликс. — Отлично знаю: с каждым человеком надо вести разговор, приводя понятные ему аргументы. Те, что я подобрал для Елены, ее убедили. Теперь она не причинит вреда Мафи, если безобразница снова через забор перелезет. Но все равно надо быстренько построить Великую Ложкинскую стену, чтобы наша хулиганка не носилась по чужому участку. Знаешь, милая, я испытываю настоящий восторг, когда сталкиваюсь с дамами, подобными Елене.

— Тебе по душе такой тип женщин? — оторопела я.

— Нет, нет. Просто я сразу думаю, как хорошо, что ты не такая, и я люблю тебя с каждым днем все больше и больше. Ты занимаешь все мое сердце, как в день нашей свадьбы, — ответил Феликс. — Ну, мне пора, опаздываю на лекцию.

Я проводила Маневина к машине и пошла в дом.

Надо же, муж никогда не говорит мне о своей любви, а тут… Видно, встреча со сварливой особой здорово его взбудоражила. Приятно слышать, что я занимаю все сердце супруга, прямо как в день нашей свадьбы.

Остановившись у входа в особняк, я вздохнула.

В момент бракосочетания невеста занимает все сердце жениха, но спустя годы брака многие жены меняют место обитания — переселяются в печень мужа.