Спокойно, Маша, я Дубровский! - Елена Логунова

– Ой, а ведь и правда! – Алка растерянно захлопала глазками. – Погоди-ка... А чего ради он вообще пытался покончить с собой? Или... Он и не пытался, да? Это его Машенька-ромашенька с Ленчиком-горилленчиком снотворным на коньяке опоили и за самоубийство свое черное дело выдать пытались. А записочку ту скучающий Попов еще раньше написал без всяких мыслей о суициде и передал Машеньке с Ленчиком, так? Ну, ловкачи!

– Соображаешь, – скупо похвалила я подружку.

– Погоди-ка, погоди-ка... – забормотала Алка. – Я только вот что еще сообразила по поводу убийста Сигуркиной. У нас ведь нет никаких доказательств, что к этому причастен Андрей Попов! Мы-то думали, что охранник и его хозяин действуют заодно, а это, оказывается, не совсем так! Охранник Попова действовал заодно с его женой, а это значит...

– Ну? – с улыбкой превосходства подбодрила я новую претендентку на звание Мисс Детектив.

Алка в глубокой задумчивости мяла ладошками щеки.

– Ладно, я тебе подскажу, – сжалилась я. – Ты же мне подсказывала на контрольных по алгебре, а я добро не забываю. Трошкина, вспомни-ка ту ночь, когда побитый Зяма пришел к тебе за душевным и физическим утешением.

– Я ее не забыла, – краснея, призналась Алка.

– Отлично. И звонок какой-то крали помнишь?

– Конечно! Нахалка, она даже не поздоровалась, сразу с претензиями полезла: «Это не Инна!» Конечно, не Инна! Главное, звонит на мобильник Зяме, а сама тебя спрашивает, кретинка! – Подружку понесло.

– Да не она кретинка, Трошкина! – не выдержала я. – Это ты балда ревнивая! Та нахалка ни Инну, ни Зяму не спрашивала, она даже наших имен не знала, пока ты ей их не выболтала заодно с фамилией!

Я запищала, передразнивая подружку:

– «Нет, это не Инна, это Алла! А если вам Кузнецова нужна, то нечего звонить на мобильный ее брату!» А нахалка та, между прочим, только для того и звонила, чтобы узнать, чей это мобильный! У нахалки той в руках был чужой сотовый с незнакомым ей входящим номером.

– Что ты говоришь, я ничего не понимаю! – гордо заявила Трошкина.

– Нормальное явление! – фыркнула я. – Если бы понимала, что тебе говорят, то не перепутала бы имена! Тебе нахалка русским языком сказала: «Это Нина»! А ты что услышала? «Это не Инна»! Нина! Ни-на!

– Да какая Нина?!

– Сигуркина!!!

– Вы чего орете? – обеспокоенно спросил Зяма, заглянув к нам поверх забора. – Еще что-нибудь случилось? Нет? Тогда вы шагайте к машине, я уже готов ехать. Спать хочется – сил нет!

– Вот вечно ты спишь, а другие за тебя отдуваются! – накинулась на него Трошкина.

Зяма, не ожидавший нападения, отшатнулся и сверзился с забора.

– Кузнецова, ты сама балда! – Алка мгновенно поменяла противника и набросилась на меня. – Сигуркина никак не могла звонить Зяме в шестом часу утра! В это время она уже лежала в застывающем цементе!

– Правильно, – кивнула я. – Но телефона с ней в цементе не было! Его забрали те, кто ее убил. Забрали, залезли в память и увидели там Зямин номер.

– И что?

– А то! Зяма вскоре после похорон звонил Сигуркиной, чтобы успокоить ее. Мол, его собственная проверка показала: Машенька в гробу – самая что ни на есть настоящая. А Сигуркина в это самое время ехала в серебристом «Лексусе», который любезно подобрал ее у кладбищенских ворот. Водитель «Лексуса» и его пассажирка слышали разговор Сигуркиной и моего братца. Они поняли, что парикмахерша заподозрила подмену и уже понесла свои подозрения в народ, после чего сначала убили болтливую парикмахершу, а потом проявили интерес к личности ее собеседника, – обстоятельно объяснила я. – Дошло или нет? Тебе не Сигуркина звонила, а Машенька Галкина под ее именем! Сто процентов, Ленчик привез Галкину из лесу посмотреть на ее собственные похороны. Кто бы пропустил такое шоу?

– Вот теперь мне все-все понятно, – сказала Алка.

– Уверена, что еще нет! – ухмыльнулась я. – Кто Дашеньку Павелецкую убил, ты знаешь?

– Все знают: Балабон. Разве нет? – Трошкина снова заморгала, как совушка.

– Я думаю, что нет. Конечно, послушаем, что расскажет Денис...

– Он не расскажет! – вставила Алка.

– Расскажет! – уверенно кивнула я, поправив декольте. – Кающийся Ленчик, наверное, ментам и об этой части истории поведал. Я лично почти уверена, что Дашеньку убили все те же Ленчик и Машенька.

– Да зачем?!

– Из опасения, что она выдаст Галкину! Помнишь, в разговоре с «зайчиком» Ленчик сказал про Павелецкую: «Твоя подружка»? Я думаю, что Машенька и Дашенька были давними знакомыми, еще с провинциальных лесных времен. Просто Павелецкой не было в городе почти год, она уезжала в Москву и с подставной Машенькой пообщаться не успела. Приехала аккурат к ее похоронам!

– И что? Увидела «старую знакомую» в гробу и не заметила подмены? – усомнилась Алка.

– Нет, Дашенька говорила, что смерть сильно меняет людей, – вспомнила я. – Но я тебе не об этом хотела сказать. Тут Зяма час назад выдал гениальную мысль о том, что дом Андрея Попова, как и квартиру Дашеньки Павелецкой, декорировал очень необычный дизайнер. Обычный обязательно привнес бы в интерьер что-нибудь «из собственного» – хоть картинку, хоть скульптурку, хоть коврик для ног. Я нравы местных дизайнеров знаю плохо, но на Зяму в этом смысле можно положиться. А Машенька Галкина, по слухам, живо интересовалась современным искусством и неплохо в нем разбиралась.

– Намекаешь, что квартиру Павелецкой декорировала Галкина? – догадалась Алка. – Да, это доказывает, что они были близко знакомы.

– Я тебе больше скажу: я думаю, Машенька навестила старую подружку на другой день после «своих» похорон. Она была в квартире, когда пришли мы, и слышала, как Дашенька расспрашивала привратника о Зяминых статях. Точно, она это нарочно делала! Ни одна женщина не упустит возможности похвастаться перед подружкой завидным приобретением, неважно, алмазы это или новый кавалер.

– Дальше мы уже проходили, когда строили версию с участием Мистера Икс, – вспомнила Трошкина. – А тут, значит, Иксиха была...

– Девочки, долго вас ждать? – позвал от ворот Зяма. – Я так спать хочу, просто умираю!

– Вот, кстати! – встрепенулась Алка. – Не могу понять, зачем Машеньке понадобилась смерть Попова. Чем он ей мешал? Официально она ведь и так ему уже не жена была, «жену»-то он похоронил?

– Это я тебе потом объясню, ладно? – Я поднялась с фальшглыбы и кивком указала подружке на узелок, спрятанный под ближайшим кустиком:

– Постереги-ка...

Милицейская братия, похоже, уже справилась со своими делами и приготовилась отчаливать. Капитан Кулебякин медлил садиться в машину, внимательно оглядывал сад. Я помахала ему ручкой и пошла навстречу.

Денис при моем приближении сделал такое лицо, что гипсовый слепок с него запросто можно было бы использовать для отливки утюгов.