Фейсконтроль на главную роль - Дарья Донцова

– Паспорта не спрашиваю, квитанций не заполняю, – с легкойиздевкой сообщил «бизнесмен». – Некоторые сами представляются, имя называют, ноя его тут же забываю. Да и что помнить-то? Смешно, ко мне все Тани Ивановызаваливаются. Хоть бы пооригинальней врали!

– Женщин больше, чем мужчин?

– Ваще одни бабы.

– Можешь описать внешность той, что приходила последней?

Сергей призадумался.

– Э… э… волосы, глаза… губы… ничего особенного.

– Блондинка?

– Ну… нет.

– Брюнетка?

– Не-а.

– Шатенка? – упорствовала я.

– Серая, как мышь, – заявил парень, – а больше и сказатьнечего.

Я приуныла, но решила не сдаваться.

– Значит, клиенты приходят через знакомых и по объявлению.

– Верно, – зевнул Сергей.

– А где, так сказать, оригинал пальца?

– У деда в тайнике под подоконником, он его там хранит.

– До сих пор?

– Ну да, – кивнул Сергей. – Пока Дмитрий Сергеевич жив,мизинец трогать нельзя, а то дедушка совсем взбесится. У него этот палец –прямо больное место. Старикан такой злой стал! Еще хуже, чем раньше. Он от меняиногда удирает. Я вам уже рассказывал. Но дальше подъезда не уходит. Выскочитна первый этаж, сядет за стол и к какому-нибудь человеку пристанет. Причемможет вначале нормальным показаться. К примеру спросит: «Куда идете?», ичеловек начнет объяснять. Вот тут его Дмитрий Сергеевич как схватит, да заорет:«Расстрелять! К стенке! Скорей! Конвой сюда! Отрубить пальцы!» Прямо глючит егона мизинце.

Я вспомнила свое общение с милым дедулей и тихо сказала:

– В старости вылезает то, что заложено с молодости. Оченьпрошу, попытайся вспомнить последних клиентов.

– Хоть убейте, не сумею.

– Я заплачу!

– Не поможет.

– Тысячу евро!

Сергей встал.

– Деньги мне нужны, но врать не хочу. Может, вам моя идея смизинцем и не нравится, но только я много думал, что в массу добавить, какпотом палец раскрасить, над легендой кумекал. Я мизинцы сам делаю, и процессэтот не очень простой. А люди в чудеса верят. Получается, я им помогаю и деньгине зря получаю. Но за брехню не возьму, у меня такая принципиальная позиция. Яне обманщик, не мошенник, который ради денег с три короба вранья накрутит.Честное слово, не помню клиенток. Они все одинаковые какие-то – толстые, вочках, на башке солома, в голове тупость. «Сыночек, муж к другой ушел! Поможетли твое колдовство?» Дуры! На себя бы в зеркало посмотрели! Чудо, что мужик ещепять лет назад не сбежал от такого страшилища. Они ж хуже компьютерного вируса!

– Не кипятись, – остановила я Сергея. – Вот тебе мойтелефон, и, если что-то вспомнишь, звони в любое время дня и ночи.

Парень взял визитную карточку.

– Ладно. Вы же не пойдете в налоговую инспекцию?

– Нет. И не собиралась. Но ты, пожалуйста, больше не пачкайпамять Софьи Скавронской – она никогда не была ведьмой. Дмитрий Сергеевичненавидел соседку, у него на столь сильное чувство имелись личные причины. Твойдед извратил правду или не разобрался в ситуации, а ты, впечатлительный, каквсе дети, поверил старику. Но Скавронская никогда не занималась магией, онабыла травницей, знахаркой.

– Дмитрий Сергеевич говорил, что ведьма больше ста летпротянула! – воскликнул парень. – Точно душу дьяволу продала!

– Встречаются иногда долгожители. Думаю, Софья хорошо зналарастения, могла составить для себя особый сбор. Не позорь человека. Скавронскаяведь не в состоянии себя защитить.

Сергей покраснел.

– Как же тогда быть? Я уже несколько лет про мизинецрассказываю: В объявлении пишу: «Волшебный палец колдуньи Скавронской». Егопрямо так люди и спрашивают.

– Хочешь сказать, что покупатели считают латексный мизинецнастоящим?

– Нет! Говорил уже, я не вру. Просто не уточняю деталей –мизинец Скавронской, и все.

– Отличная позиция! – возмутилась я. – Не лгу, но и ничегоне объясняю. Думайте, что хотите.

– Если напрямую спрашивают, не копия ли это, я отвечаючестно, – обиделся Сергей. – Такие иногда экземпляры среди клиентов попадаются!В начале июня бабка одна приходила, так в конце разговора я хотел ей пятьмизинцев бесплатно всучить, и даже приплатить, только бы поскорей ушла.Приперла ночью, представляете? Пенсионерки после десяти уже все спят, а эта:Пальто черное, на башке платок намотан, очки, как у Дмитрия Сергеевича, боты наногах. И воняло от нее! Вперлась и загудела: «Внучка больна, опухоль в мозгу.Продай палец!» И деньги мне протягивает. Я ей коробку, а бабка палец – хвать!Другие боятся, осторожно его разглядывают, взвизгивают, а она прямо безколебаний сцапала, повертела и вывод сделала: «Это эрзац. Где настоящий?»Понимаете, какая умная?

Я кивнула и продолжала молча слушать рассказ Сергея.

Пенсионерка отложила изделие из латекса в сторону иприказала:

– Неси настоящий!

Ясное дело, парень отказал. Тогда старуха начала давить наСергея, рассказывать ему об ужасных мучениях, которые терпит ее внучка. И вконце концов парень заявил:

– Подлинный не отдам, а копию подарю. Да-да, не надо денег,забирайте даром.

– За здоровье ребенка мне рублей не жалко, – проныластаруха. – Ладно, уйду, но признайся: ты точно скопировал палец?

– Один в один.

– Может, врешь, со своей руки слепок сделал?

– Да посмотрите, – Сергей попытался образумить бабку, – уменя пальцы большие, а этот маленький, кривой. Такие только у пожилых бывают.

– Покажи подлинник, я пойму, что копия с него, и уйдуспокойно!

Сергей заколебался, а старуха добавила:

– Иначе останусь тут, ты меня и с милицией не вытуришь. Несоветую участкового звать. Небось лицензии на торговлю у тебя нет:

– Ушлая старушонка, – отметила я.

– Зараза! – в сердцах воскликнул парень.

– И как ты поступил?