Метро до Африки - Дарья Донцова

– Пончики моей бабушки! – перебила Ирка. – Вы че, забыли?

– Ты отправилась к подруге Таисии, чтобы узнать ваш семейныйрецепт? – поразилась я.

– Да! Вернее, нет! Мне его бабуля сказала! Сама, лично! –ликовала Ирка. – Ей там хорошо! О, так здоровски! Я еще туда поеду.

– Куда? – осторожно спросила я.

– К бабушке.

– Чьей?

– Ну не к вашей же! – заорала Ирка. – К своей!

– Она умерла, – напомнила я.

– В нашем мире да, – продолжала вопить домработница, – а вастральном она жива! Но только не показалась мне лично. Говорила словами. Веркасказала: она не приходит.

– Кто? – в изнеможении поинтересовалась я. – Бабушка?

– Ихняя медум.

– Кто?

– Медум, – уже не так уверенно повторила домработница, –типа переводчик между умершими и ­нами.

– Может, медиум?

– Во! Точно! Сейчас спит в астрале, но скоро выйдет и того…начнет…

– Ирина, немедленно объясни все по порядку! – приказала я. –Где ты была?

Спустя десять минут мне удалось, отбросив шелуху, добратьсядо ядрышка.

Позавчера Таисия взялась помогать Ире убирать со стола. Я неувидела в этой ситуации ничего странного – Тася любит всем помогать. В процессесбора тарелок женщины стали обсуждать кулинарные рецепты. В какой-то моментИрка сказала:

– Моя покойная бабушка умела готовить потрясающие пончики. Жальтолько, что рецепт не сохранился.

Таисия приблизилась к Ире и тихо спросила:

– Хотите узнать, как бабуля пончики жарила?

Ира кивнула:

– Конечно. Но ничего не выйдет, бабусечки нет в живых.

И тогда Волкова поведала домработнице удивительную историю:когда человек заканчивает земную жизнь, его тело становится ненужным душе, ноастральная сущность остается навечно. И у Таси есть знакомая, общающаяся спотусторонним миром. Медиум. Если к ней приехать, то можно узнать рецептпончиков.

Ирка пришла в полнейший восторг, и сегодня утром Таисияотвезла ее на сеанс, где дурочка получила возможность пообщаться с давноумершей родственницей…

– И сколько ты ей заплатила? – перебила я Иру, дивясь человеческойглупости.

– Сто долларов, со скидкой, – торжественно сообщиладомработница. – И бабушка пришла, несмотря на карканье Верки.

– Кто такая Вера?

– Дайте договорить, – обозлилась Ирка, – ща поймете.

Я замолчала, а Ирка снова затараторила.

Тася привезла дурочку в какую-то деревеньку в Подмосковье ивелела подождать на улице. Мол, медиум сразу двоих не принимает. Иринаустроилась на лавочке, и к ней незамедлительно подсела женщина, назвавшаясяВерой.

– С покойным поговорить пришла? – деловито осведомилась она.

– Да, – подтвердила Ира.

– У них тут новый медиум, – зашептала Вера. – Старая спит вастрале, вот она была знаменитая, а эта так, шалава. Не очень-то у нее хорошополучается, через раз ошибается. Раньше знаешь сколько тут народу было? Тыщи! Асейчас раз-два – и обчелся, потому что медиум теперича плохой. Ты деньги-товперед не давай.

Женщины поболтали еще некоторое время, потом вернулась Тасяи отвела Ирку в дом…

– Ладно, – сказала я, – сделай одолжение, больше никуда неезди. Рецепт пончиков можно найти в любой кулинарной книге, а она намногоменьше сотни долларов стоит.

– Дарь Иванна, – понизила голос Ира, – вам туда тоже сходитьможно. Медум судьбу предскажет.

– Спасибо, не хочу.

– Со своей бабушкой побеседуете, – не успокаивалась Ира, –порасспрашиваете ее. Мертвые откровеннее живых!

У меня дрогнуло сердце. Афанасия была замечательной,необыкновенной женщиной[9]. Картежница, любительница острых ощущений, онавоспитывала меня одна и ни разу не обмолвилась о том, куда делись ее дочь сзятем.

В раннем детстве я считала Фасю мамой, но потом разобраласьв сути вещей и начала приставать к ней с вопросом:

– Где мои родители?

Афанасия сначала говорила:

– Твои папа и мама были полярными летчиками, они погибли вавиакатастрофе.

Лет до восьми я в это верила, но, позрослев, засомневалась ипоинтересовалась:

– Почему у нас нет семейных фотографий?

Фася не моргнув глазом ответила:

– Пожар был, все сгорело, ничего не спасли.

Я удивилась:

– Бабуля! Но у нас есть серебряная сахарница, ложка,солонка… Ты говорила, что их заказал прадедушка к твоему рождению. И почтицелый сервиз сохранился! Значит, что-то из огня вытащили?

Бабушка быстро перевела разговор на другую тему, и с техпор, стоило мне проявить любопытство, она постоянно уходила от ответа. Лет вчетырнадцать я сообразила: Фася просто не желает говорить правду, и насела нанее.

– Ты считаешь меня маленькой? Думаешь, я все неправильнопойму?

– Да, – кивнула Фася, – я непременно открою тебе правду, нолишь после твоего двадцатипятилетия, не раньше. Кстати, можешь не рыться пошкафам – там ничего нет, ни документов, ни снимков. Я их давно уничтожила.

Истину я так и не узнала, бабуля унесла ее с собой в могилу.Про родителей мне известно только одно: они когда-то существовали. Правда,иногда всплывают воспоминания, очень смутные, о какой-то странной комнате безокон, где я сижу в одиночестве. Потом приходит толстая тетка в мятом беломхалате, грубо хватает меня за руку и тащит по коридору… Я отбиваюсь, плачу…Все. Дальше провал…

– Так поедете? – спросила Ирка. – Поболтаете с бабулей.

– Если она при жизни молчала, то и после смерти рта нераскроет, – вздохнула я.

– Медум ее заставит, у ней мертвецы говорят даже противсвоей воли!

Я решила прекратить глупую беседу.