Ночная бабочка. Кто же виноват? - Владимир Колычев

Утром я проснулся в одной с ней постели. Но чувства внутреннего отторжения не возникло. Да, я спал с девушкой легкого поведения. Но ведь Вика была ничуть не лучше ее. Она была самой настоящей проституткой, но ведь я каждый день спал с ней... Но с Викой я не хотел расставаться, а в этом случае облегченно вздохнул, когда Мила очистила номер.

Вечером я снова намылился в казино. Пашка отправлялся домой к своей Елене Прекрасной, а я как не пришей рукав собрался в ночной клуб.

– Зачем? – спросил он.

– Как зачем? – удивленно спросил я. – А контроль?

Казино, как известно, заведение специфическое – страсти там по ночам разгораются. А мы с Пашкой в это время уже дома, всем управляющий рулит. Как бы мимо не зарулил...

– Бажков хорошо справляется. Свирягин за ним смотрит...

Я был согласен с Пашкой. Работу ночного клуба мы отладили «от» и «до». Но это же не значило, что мы должны почивать на лаврах и снимать пенки...

– И я посмотрю...

– Что, с Викой поругался? – в упор спросил Пашка.

– Да нет...

– Чего нет, если да...

– Да так, немного...

– Вроде бы все хорошо было.

– Вроде бы...

– Может, я зря тогда подсуетился с ней? Может, зря свадьбу расстроил?

– Может, и зря...

Жил бы сейчас с Катей. Жил бы без особой любви, но без эксцессов. Ведь неплохо же с ней жилось. Никакой ревности, никаких нервотрепок. Ровно все и гладко. А тут такие перепады, что сердце из груди выскакивает...

– Она спрашивала о тебе... – Выдернул меня из размышлений Пашка.

– Кто, Катя? – Я сразу понял, о ком речь.

– Она, кто ж еще...

– Злится на меня...

– Ну, есть немного... Но я думаю, она бы тебя простила...

– Такое не прощается...

– Прощается и не такое, – не согласился со мной Пашка.

– К чему ты клонишь?

– В том-то и дело, что ни к чему не клоню... Вижу, что проблемы у тебя. Чувствую, что по моей вине... Может, тебе Катя нужна, не знаю. Но лезть я в это дело не буду. Поступай как знаешь. Лишь бы только не маялся ты... А ты маешься, места себе не находишь...

– Лишь бы на работе это не отражалось.

– А что работа? Бизнес – это не самое главное в жизни... Главное, семья... Ладно, не буду парить тебя. Тебе и без того несладко...

Он уехал домой, а я отправился в казино. Но на полпути изменил маршрут. На Катю меня вдруг пробило. Почему бы не возобновить наши с ней отношения. Тем более что в том был резон. Точно не помню, но, кажется, с Милой вчера ночью было просто здорово. А утром я был рад избавиться от нее. С Катей же было по-другому, к ней хотелось возвращаться. Не так сильно, как в случае с Викой, но все же... Но Вика неисправима, с ней сплошная головная боль. А Катя мне точно никогда не изменяла... Приеду к ней, вымолю прощение и увезу в свою квартиру, а Вику прогоню...

Зачем прогонять, подумал я. Может, она сама уже ушла... Может, ушла, но скорее всего нет. Она и ужин вчера приготовить собиралась. Жареная форель ее приготовления – это нечто. А какая волнующая обстановка вокруг всего этого... Сначала свои пальчики оближешь, а потом на ее переключишься. Она такая ласковая, такая страстная, а сколько в ней волшебного огня... Никакая Катя и близко с ней не стоит...

Неужели я смогу выгнать Вику?.. Да и нельзя ее выгонять. Она же в милицию заявит... Да, она может заявить, ума у нее хватит. Сколько раз я убеждался в том, что Вика не так проста, как это кажется. Сколько раз она меня подводила. Однажды к следователю Хазаровой заманила. Затем заявление в милицию на меня написала – правда, потом забрала. Но если она обвинит меня в убийстве, то забрать заявление она уже не сможет: не тот случай... Может, не стоит трепыхаться? Может, надо принять ее условия? Пусть живет со мной, пусть делает, что хочет... А Катя пусть живет своей жизнью. До ее дома оставалось не больше километра, когда я развернул машину в обратную сторону и взял курс на Кутузовский проспект...

Да, Вика действительно могла сдать меня ментам. Могла! Но все же умом я понимал, что для меня это скорее предлог вернуться к ней, чем реальная угроза... Меня тянуло к ней как магнитом. Мне хотелось быть с ней, наслаждаться ею. Хотелось, а гордость не позволяла. Но ведь у меня был предлог – угроза. Я мог попрать свою гордость. Попрать, как попирал ее много раз ради сомнительного счастья быть с Викой...

И все же я не сильно бы огорчился, если бы не застал Вику дома. Возможно, испытал бы даже облегчение. Но Вика была дома. Я открыл дверь своим ключом, а она вышла ко мне навстречу в домашнем халате интимно-романтического стиля. Прическа, легкий макияж, такой же легкий аромат французских духов – чтобы не заглушать гораздо более желанный и волнующий запах сверхъестественно прекрасного тела...

Обычно в таких случаях я вручал ей букет роз, нежно целовал в щечку. Но сегодня ни цветов, ни поцелуев. Ослу понятно, почему. И Вика все поняла. Но если расстроилась, то виду не подала.

– Мой руки, любимый... – Нежный тембр ее чарующего голоска, ее ласковый взгляд действовали на меня как жаркое солнце на залежалый снежный пласт.

Я почувствовал, как тает лед в моей душе... Так недалеко и до ледохода. Тогда кровь ретиво заструится в моих жилах, тогда... Я уже сейчас хотел думать, что будет тогда. Я уже сейчас хотел Вику... Моя любовь и мое проклятье...

Стол она накрыла на кухне, весьма солидные размеры которой позволяли использовать ее в качестве столовой. Она была в том же халате, но сейчас на ней был передник с милыми желтыми утятами. И она сама была такой же милой... Глядя на нее, невозможно было поверить, что она способна на предательство. Но я-то знал, на что она способна...

Чувствовалось, что Вика ждала меня. Салат из креветок и банальный, но так любимый мною «оливье». Рыбу она пожарила в мгновение ока, подала к столу, на который еще до того выставила бутылку белого вина.

– А сама? – глумливо спросил я.

– Что сама, любимый? – ласково улыбнулась она.

– К столу сама подаешься? Как рыба к пиву?..

– Если к твоему пиву, тогда конечно, – внешне ничуть не смутившись, кивнула она.

– А к чужому?.. Подают или сама подаешься?

– Раньше подавали, а сейчас я сама, но исключительно по настроению... Но мы же не будем об этом говорить, правда? Сегодня я твоя!

– Черт! – Я с такой силой стукнул по столу кулаком, что кусок рыбы в тарелке перевернулся.

– Извини, но ты сам затронул эту тему...

– Да пошла ты!..

– Да, наверное, пойду...

Она действительно ушла. Но только из кухни. Вино мне пришлось пить в одиночестве. А потом размешать его коньячком из бара...