Реквием - Александра Маринина

– Не пришел еще. Надо ехать домой побыстрее, если он ктому времени не явится, побегу в бассейн выяснять. Мне звонить-то не пора?

– Беги, звони.

Щелчок, запись закончилась. Гмыря открыл было рот, чтобыпрокомментировать услышанное, когда диктофон снова заговорил.

– Ну как?

– Никак. Занято все время, болтает с кем-то. Слава, тыизвини, мне пацана искать надо. Давай я ему попозже позвоню.

– Ладно, позвони. И сразу же мне перезвони, доложи, каки что, понял?

– Есть, командир. Все, побежал.

Вот теперь запись действительно закончилась. Больше напленке не было ничего.

– И что это такое? – строго вопросил Гмыря.

– Это господин Зотов разговаривал с неустановленныммужчиной, – ответила Настя.

– А в чем тут криминал, я что-то не пойму? Жена болеет,сын из бассейна вовремя не пришел. И что дальше?

– А дальше, Борис Витальевич, встает интересный вопрос:почему неустановленный мужчина ходил куда-то звонить, если у него под рукойесть телефон. Вероятнее всего, мобильный телефон Зотова, коль он все времяспрашивал разрешения им воспользоваться, а дело, судя по шумам, происходило наулице. В какое такое интересное место ему надо было звонить, куда нельзядозвониться с мобильника? И почему эта ситуация кого-то так заинтересовала, чтоее нужно было фиксировать на диктофон? И каким образом этот диктофон оказался вквартире у Зотова?

– Вопросов у тебя, Каменская, как всегда, вагон и тритележки. С ответами только плоховато. Идеи есть?

Настя не успела ответить, когда в комнату вошел Коротков.

– Нашел я Айвазова. Он сказал, что одолжил свойдиктофон Саше Барсукову и куда Саша его дел, он не знает.

– А зачем Барсуков брал диктофон? – спросилаНастя.

– Айвазов говорит, что не знает. Приятель попросил – ондал, в подробности не вникал.

Гмыря недовольно молчал. Он понял, что убийство, которым емупредстояло заниматься, как-то связано с другим убийством, дело по которому ужеведет другой следователь. Теперь начнется волынка с объединением дел и ихпередачей кому-то одному. И не дай Бог, если ему, Гмыре. Борис Витальевичтерпеть не мог доделывать работу, начатую другими. Но ничего не попишешь, онздесь старший, он – процессуальное лицо, придется брать ответственность насебя.

– Коротков, позвони на Петровку, пусть спросят узадержанного Вильданова, когда и при каких обстоятельствах он в последний разобщался с этим вашим Барсуковым. Вы же, как я понимаю, его об этом неспрашивали?

– Мы не успели, Борис Витальевич, – оправдываясь,произнес Юрий. – Мы только вчера поздно вечером узнали, что Барсуков былзнаком с Вильдановым, нам, кстати, Зотов же и сказал об этом. Встреча сВильдановым была назначена на сегодняшний вечер, Зотов предупредил, что впервой половине дня Игорь дает интервью трем журналистам по очереди, там вседавно договорено и отменить трудно, а потом он нас допустит к телу гения. Ядолжен был звонить около семи вечера. А в шесть уже стало известно об убийстве.

– Хорошо, – удовлетворенно кивнул Гмыря, –иди звони, а мы пока еще поищем.

Настя участия в поисках больше не принимала, ей вдруг сталонеинтересно, что еще можно найти в квартире Зотова. Главное они уже нашли, нехватало только маленькой детальки, чтобы все встало на свои места. И этудетальку сейчас пытается найти по телефону Юра Коротков. Если найдет – всесойдется. Если не найдет – тогда опять полная темнота и никаких концов.

Ее охватила острая щемящая тоска по оперативной работе. Оназдесь чужая, не она занимается раскрытием убийства, ее позвали просто подружбе, и она даже не может подойти к следователю и предложить ему какие-тосвои соображения. Она теперь никто в этой вечной войне между преступниками исыщиками.

Коротков звонил с аппарата, стоящего на кухне, чтобы немешать тем, кто ведет поиски в кабинете и гостиной. Настя подошла к нему и селанапротив, пристально вслушиваясь в каждое его слово.

– Да, с Барсуковым… Когда, где, при какихобстоятельствах… Все подробно. Срочно, Коля, и сразу же звони сюда. Ладно,передам.

Он положил трубку и с улыбкой посмотрел на Настю.

– Тебе привет от Селуянова. Он жениться собрался.

– Правда? – обрадовалась Настя. – НаВалентине?

– На ней. Так что готовься, подруга, подарок покупай ивсе такое. Чего ты невеселая-то? Вроде нормальная была недавно, а тут вдругскисла.

Она вздохнула, поправила волосы.

– Юр, я обратно хочу.

– Куда это обратно? – нахмурился Коротков.

– К вам, к Колобку.

– Ну вот, здрасьте! Только несколько дней назад, какмне помнится, ты красочно и с горящими глазами живописала мне прелестианалитической работы. Тебе же нравилось, Ася. Что произошло?

– Мне и сейчас нравится. Но я думала, что смогу прожитьбез вас и без нашей работы. А оказалось, не могу. Прямо реветь хочется.

– Э-э-э, куда! – всполошился Коротков, который непереносил женских слез и не умел обращаться с плачущими дамами. – Не смеймокроту разводить. Ты что!

Настя рассмеялась, ей стало легко и тепло. Как хорошо, чтоесть на свете друзья, такие, как Юрка. С ними можно быть открытой и не бояться,что тебя неправильно поймут.

– Да не бойся ты, это я так. Образно выразилась. Ноесли честно, то я только сейчас поняла, что затосковала. Наверное, это пройдет.Как ты думаешь?

– Пройдет, обязательно пройдет, – увереннопообещал Коротков. – Ты сначала получи подполковника, потом будешьтосковать дальше. Как ты думаешь, в этой хате есть пепельница или мнепо-плебейски стряхивать пепел в раковину?

– Пепельницу я видела в комнате, сходи возьми.

– Да ну, там Борька, он и так злой как черт. Любит он,понимаешь, все с самого начала делать, а когда оказывается, что труп, накоторый его вызвали, в какой-то другой комбинации завязан, прямо звереет. Он ив следственных бригадах работать не любит поэтому. Ладно, будем в раковинустряхивать, сейчас водичку включим – и все будет тип-топ. Мысль-то есть вголове хоть какая-нибудь?

– Есть. Лежалая, – пошутила Настя. – Дочего-то Саша Барсуков все-таки докопался, если счел необходимым последить заЗотовым и позаписывать его разговоры с другими людьми. Что-то с телефоном тутнеладное. Фокус какой-то.

Некоторое время они молча курили, пока наконец не позвонилСелуянов. Игорь Вильданов сказал, что в последний раз общался с Барсуковым всвоем загородном доме. Барсуков приехал, задал какие-то вопросы относительнотой видеокассеты, которой Игоря шантажировали, и ушел. Но через очень короткоевремя вернулся и спросил номер мобильного телефона Вильданова. В этот моментприехал Зотов, и Игорь быстренько выпроводил Сашу, представив его ВячеславуОлеговичу как своего фаната. В то время он еще пытался обойтись без помощинаставника. Детали Игорь помнит плохо, потому что как раз перед возвращениемБарсукова опять звонил шантажист, и певец разнервничался. Вот, собственно, ивсе.