Адвокат инкогнито - Наталья Борохова

– Да бросьте вы молоть чушь! Аркадий слишком молод, чтобы брать на себя такую ношу. Кроме того, вам известно, что у нас изменились обстоятельства. Я имею в виду кончину своего мужа. При таком раскладе было бы безумством моему сыну связывать себя браком с вами. К чему хорошему это может привести?

Каждое слово гостьи звучало как пощечина.

– Конечно, я небогата, – признала Кислова. – Но мы с Аркадием любим друг друга и будем счастливы вместе.

– Оставьте красивые слова, милая! Когда они закончатся, вам захочется кушать. Что вы сможете предложить ему? Макароны? Конечно, мой муж занимал важный пост, но теперь, после его смерти, мы ограничены в средствах. Государственная дача, машина с водителем – все исчезло в одночасье. Остались, конечно, квартира, обстановка, мебель, кое-какие сбережения. Но мы не потянем еще вас с вашим ребенком!

– Меня не пугают трудности, – заверила женщину Софья. – Мы с Аркадием можем пойти работать. Мы будем, как все. Я никогда не смотрела на Аркадия как на денежный мешок.

– А меня это и пугает, – прямо ответила мать. – Аркадий – видный молодой человек, и он может рассчитывать на хорошую партию. Тогда наши дела поправятся. А что можете предложить ему вы? Нищенское существование в крохотной квартирке?

Женщина явно перебирала через край. Софья почувствовала, что на щеках у нее загорелись алые пятна. Слова гостьи впивались в ее сердце как острые иглы.

– Я думала, что могу рассчитывать на ваше сострадание и поддержку, – голос девушки зазвенел от гнева. – Мне известно, что вы сами из небогатой семьи и вас взяли замуж едва ли не нагишом. Вам ли говорить о браке по расчету?

Женщина даже как-то осела в кресле. Но только в первый момент, потом она раздула щеки и стала вдруг похожа на большую болотную жабу.

– Ах ты маленькая дрянь! – взвизгнула она изменившимся голосом. – Откуда ты взяла подобную гнусность?

– Мне Аркадий рассказал, – без обиняков сообщила Кислова.

– Ах, Аркадий! С чего бы ему пришло в голову говорить неправду? Мой отец был председателем профкома на большом заводе, а мать – главным врачом роддома. Такое ты не слышала?

Это было неслыханно. Аркадий солгал. Но зачем? Ах ну да, наверняка не хотел пугать ее своей знатной родней.

– Даже если бы был мой муж, я все равно не допустила бы вашего брака, – продолжала женщина, но все же потише, повежливее. – Я желаю своему сыну только добра, а с вами он не был бы счастлив. Муж и жена должны быть слеплены из одного теста. Вы такое слышали? А что общего между вами? Не знаю, о чем думал Аркадий. Куда он мог вас повести? Кому показать? Вы стали бы посмешищем в глазах наших друзей и близких. Каково вам будет слышать: «Что он нашел в ней, бога ради?» – всякий раз, когда вы будете выходить в люди. Он начнет стыдиться вас, прятаться от друзей дома, а когда его терпение иссякнет, возненавидит вас лютой ненавистью. Этого вы ждете? Вы непривлекательная, невежественная особа с изрядным запасом нахальства. Разве такого достоин мой сын?

– Вам не кажется, что подобные вопросы Аркадий вправе решать самостоятельно? – дерзко спросила Софья.

– А он уже все решил, – огорошила ее гостья. – Просто он не знает, как вам сообщить. Видите ли, мой сын очень деликатен. Он вообразил вдруг, что вы без него пропадете. Между нами говоря, у него давно появилась чудесная девушка – Лика. Она из славной семьи, и ее родители просто без ума от Аркадия.

– Лика?! – помертвевшими губами прошептала Софья.

– Да, Лика. Кажется, вы даже учились вместе. Она подходит моему сыну по всем статьям. Девушка красива, умна, хорошо воспитана, им есть о чем поговорить между собой. Они росли в одинаковых условиях. А что расскажете ему вы? Как привезли вшей из пионерского лагеря?

– Вы очень жестоки.

– Да, я жестока. Но я не чудовище. Я предлагаю вам посильную помощь. Во-первых, бесплатное обслуживание у превосходного врача. Он сделает вам аборт с гарантией, что вы в будущем сможете иметь детей. Во-вторых, я предложу вам хорошую сумму как компенсацию ваших страданий. Подумайте, прежде чем отказываться! – воскликнула женщина, увидев, что Софья, даже не дослушав ее, качает головой.

– Я не пойду на это никогда…

Кислова думала, что именно мать сбила Аркадия с толку, поэтому ждала встречи с ним, как манны небесной.

– Слава богу, ты пришел! – вскрикнула Софья, кидаясь ему на грудь, когда они встретились на любимой скамейке в парке.

– Мать сказала, что ты отказалась от денег, – обронил тот глухо.

Девушка взглянула ему в глаза и не узнала того человека, который весело кружил ее на руках, не уставая признаваться в любви. Аркадий выглядел чужим и постаревшим.

– Ты глупо поступаешь, Софья, – сказал он тихо. – Мы все хотим тебе только добра…

Кислова не верила своим ушам.

– Но как же быть с ним? – спросила она, глазами показывая на свой живот.

Парень старательно отвел взгляд, пробормотав:

– У тебя еще будут дети, Софья.

Она возвращалась домой как слепая. Закрывшись в ванной, прорыдала несколько часов, а ночью у нее начался жар. Она билась в беспамятстве, кричала, звала Аркадия, но страдания ее видели только врачи «Скорой помощи», вызванные перепуганными насмерть родителями.

Софья очнулась уже в больнице после нескольких дней непрекращающегося кошмара. Ребенка она потеряла. Чувствуя себя вывернутой наизнанку, Кислова лежала в кровати, подолгу смотря в окно. Там, на ветке, качался одинокий лист клена, такой же брошенный и ненужный, как она сама. Листок отчаянно держался за ветку, трепетал на ветру, отказываясь покинуть родное пристанище. Наконец резким порывом его сорвало с дерева и понесло прочь. Софья опять потеряла сознание.

Теперь ее симптомы были разрозненны и неопределенны. Врачи только разводили руками, ссылаясь на какую-то инфекцию, которую она подхватила во время операции. Но она-то знала, что причина недуга спрятана в глубине ее израненного сердца…