Секрет - Катерина Даймонд

– Уверена, что хочешь этого? – спросил срывающимся шепотом.

– Да, уверена. – Это была только половина правды, но в этот момент удалось подавить занудный голосок, твердивший, что Дин никогда не изменится. Сейчас это не имело ни малейшего значения.

Он снова поцеловал в шею, и нетерпение стало еще острее. Имоджен опустила руки, прикоснулась обеими ладонями. Она так часто и много об этом думала, что не могла не ощутить в пальцах распаленную страстью плоть. Дин застонал, явно не ожидая такого ответа. Она сама ввела его в себя. Дыхание сбивалось при каждом новом движении. Он проникал медленно, а лицо отражало такую сосредоточенность, что Имоджен едва сдержала улыбку.

– Давно не тренировался? – спросила насмешливо.

– О господи! – простонал Дин, когда, гибко прогнувшись, она подняла бедра навстречу, стараясь оказаться как можно ближе. Сама тоже давно не тренировалась.

– Все хорошо… Дин, – прошептала на ухо, намеренно назвав по имени, чтобы распалить еще больше.

Он начал двигаться быстрее, настойчивее, и скоро натиск оказался серьезным. Пришлось схватиться за края стола. Дин взглянул в разделяющее пространство, мимо шрама – в ту точку, где тела слились воедино – и застонал. Снова принялся страстно целовать, даже не позволяя себе вздохнуть – до тех пор, пока у нее не осталось сил держаться за стол. Не обращая внимания на боль в пальцах, Имоджен повторяла движения, стремясь удвоить энергию.

Она не отводила глаз от его лица, обычно такого невозмутимого. Сейчас самообладание упало почти до нуля. Внезапно оказалось, что громкие стоны принадлежат вовсе не ему, а ей самой. Наконец-то все пришло, все случилось. Захотелось, чтобы он тоже это почувствовал. Вцепившись зубами в плечо, она закричала. Дин мгновенно понял; язык тела изменился, словно он позволил себе полностью отдаться страсти и окончательно утратить самоконтроль. Имоджен пылала, когда он, наконец, сдался и обрушился, накрыв собой.

Некоторое время она продолжала лежать неподвижно, все еще не в состоянии думать внятно, и только спустя несколько минут начала медленно выплывать из тумана и возвращаться к действительности.

– А ты, оказывается, тяжелее, чем выглядишь, – пробормотала, упираясь ладонями в плечи. Дин поднялся, и она пошевелилась, ощутив пустоту. Он встал и посмотрел на ее обнаженное тело. Она не осталась в долгу: села, с головы до ног смерила его внимательным взглядом и только после этого скользнула на пол. Он склонился и поцеловал – теперь уже нежно и спокойно.

– Там, в тюрьме, бывали такие минуты… – Он обнял и прижал, как будто не хотел отпускать. – Минуты, когда ты все не приходила, а я думал только о тебе. Думал, что это никогда не случится… едва не умирал от тоски.

– Знаю, что надо было прийти. Я хотела.

– А когда увидел, что ты стоишь и ждешь меня… никогда в жизни не испытывал такого счастья.

– Лучше было бы приехать одной. А так получилось, что почти не встретила.

– Скажи правду, Имоджен. Обещаю больше не спрашивать.

– О чем? – Она отстранилась и серьезно взглянула в лицо.

– Хочешь, чтобы я убил Васоса?

Она подняла с пола рубашку, быстро надела и застегнула.

– Почему перекладываешь решение на меня? Над тобой он тоже надругался.

– Это совсем другое, сама понимаешь. Не хочу просто пойти и казнить, не хочу отнять у тебя возможность расквитаться.

– Я его не убью, ведь я – офицер полиции. Не занимаюсь такими делами…

– Знаю… послушай, Имоджен, всегда чувствовал, что право мести принадлежит мне и больше никому. Но как решишь, так и будет. Только скажи; беспрекословно исполню любой приказ.

– Как бы ни хотелось убрать подонка с лица земли – за то, что он сделал с нами обоими, – все-таки Васос еще пригодится. Пригодится, чтобы добраться до Антониса и до Стэнтона. – Произнеся второе имя, она вздрогнула.