Рождественский детектив - Татьяна Полякова

«Погладить… его срочно надо погладить…» Катя подбежала к столику с телефоном и набрала номер сервисной службы. Хорошо, что здесь все дублировалось на английском. Кате никто не ответил: номер был занят, занят…

«Конечно… предпраздничный вечер… Все постояльцы заняты приготовлениями, все звонят…» – поняла Катя и, быстро переодевшись в спортивный костюм, собрав волосы в пучок, с платьем под мышкой кинулась из номера в поисках утюга и гладильной доски.

Сервисная служба в таком роскошном отеле должна быть на каждом этаже, но на ее этаже комната горничных закрыта, а на другом – женщина в униформе с охотой сообщила, что сейчас все заняты и она может прислать в номер курьера примерно через час. Он и заберет платье в глажку.

– Я сама могу, – вызвалась Катя.

– У нас службы в подвальном помещении, – сообщила служащая, добавив на всякий случай: – Извините за неудобства.

Катя отправилась на поиски сервисной службы и подвала. Коридоры отеля утопали в мягких коврах, все было украшено новогодними гирляндами, мишурой и выразительными скульптурами на рождественскую тему. А еще она обратила внимание, что по всему отелю снуют люди – их много, двигаются они хаотично. Здесь были и постояльцы отеля, и обслуживающий персонал. Все носились с озабоченными, довольными лицами, шурша подарочными пакетами, коробками и другими атрибутами праздника. От женщин пахло мандаринами, духами и лаком для волос.

Катя совсем растерялась в толпе, ее периодически кто-то толкал, извинялся, движение продолжалось. Дождаться лифта не представлялось никакой возможности, и Екатерина зашла в грузовой лифт, нажав последнюю нижнюю кнопку, она решила, что это подвал, так как других обозначений не было. Лифт с лязгом закрыл двери и поехал вниз. Когда он остановился и двери открылись, Катя сразу даже не поняла, где оказалась, – настолько разительные перемены произошли вокруг. Совершенно темный и пустой коридор, из которого веяло холодом.

Она стояла и озиралась по сторонам. Из раздумья, в какую сторону идти, ее вывел звук закрывающихся дверей лифта и включения его мотора. Лифт поехал по вызову, оставив женщину в одиночестве. Кате стало не по себе, она поспешила пойти хоть куда-нибудь, в поисках если не утюга, то хотя бы выхода. Кричать «Ау, люди!» – глупо, хотя и очень хотелось. Сдерживало только то, что она понимала: ее вряд ли кто здесь услышит.

«Просто подземелье какое-то. Черт, оно раздваивается и еще разветвляется… Куда это я приехала? Лабиринт… Подземные катакомбы… Куда я иду? В Будапеште есть метро или нет? Интересно, а надо мной рельсов нет? А то сейчас увижу свет в конце туннеля…»

Катя медленно продвигалась по коридору, слушая стук своего сердца и шуршание полиэтиленового пакета, в котором находилось платье. И вдруг в однообразие шумов наконец-то ворвались какие-то посторонние звуки. Катя, безумно обрадовавшись, поспешила на голоса. Ее удивлению не было предела, когда она услышала человеческую речь. Еще более удивительно, что разговор шел по-русски.

«Словно я провалилась сквозь землю и выхожу на поверхность в России», – подумала Екатерина.

Голоса, а их было несколько, доносились из полуоткрытой двери. Кстати, в этой части подземелья брезжили проблески цивилизации: появился свет, линолеум на полу сменился ламинированным покрытием, виднелось несколько дверей. Одна из них была полуоткрыта, именно оттуда и доносились голоса. Екатерина прислушалась; нечто не дало ей ворваться в комнату сразу. Собственно, это были грязные ругательства.

– Подонок! Сволочь! Гад! – после этого шла совсем нецензурная брань. – Я точно говорю, что этот прохвост что-то знает! Шеф тоже считает, что он следит за ним!

– Но этот урод молчит! – отвечал другой, не менее мерзкий мужской голос.

– Так что ты стоишь как истукан?! Шеф же сказал, чтобы мы развязали ему язык!

– Так мы из него уже всю душу вытрясли, и все без толку!

– Мало трясли! Говори, подонок, кто тебя послал?! – явно свирепея, заорал один из мужчин.

– Дима, подожди! Пора пустить в ход «тяжелую артиллерию». Нагревай утюг! Он русский, вот и мы русские. Он же понимает, что мы сейчас будем делать. Включай утюг! Это должно сработать!

– Ты уверен? – все-таки второй был не столь решителен.

– Уверен! – огрызнулся напарник.

– Мы ж убьем его!

– А мы сейчас уточним у шефа…

– Не уверен, что шефу нужен труп.

– А я думаю, что мы в любом случае не сможем его отпустить. Но сейчас выясним…

– Здесь телефон не берет.

– Выйдем. Куда он денется? Утюг пока как раз разогреется.

Катя стояла как вкопанная и слушала. В эти минуты она очень бы хотела быть нерусской, ничего этого не слышать и не понимать. Но, к сожалению, она понимала и от этого впала в шоковое состояние.

«Ведь это не съемки сериала про мафиози», – подумала Катя, вжимаясь в стенку: из комнаты вышли двое мужчин и, злобно переговариваясь, удалились по коридору. Спасло Екатерину только то, что мужчины пошли в другую сторону. Она вздохнула и нашла в себе силы заглянуть внутрь комнаты. Ее совершенно не интересовал интерьер помещения, все внимание приковывало окровавленное тело… Севастьяна.

«Вот тебе и Рождество!» – подумала Екатерина.