Капкан для провинциалки - Фредди Ромм

У меня глаза округлились. Почему в Брюссель? У нас там ни одного дела… Однако вслух я ответила:

– Конечно, могу! Не позже утра буду там!

– Отлично, моя славная! Мне нужно, чтобы ты нашла гостиницу… – он назвал её, а также адрес. – Номер комнаты – пятьдесят третий. Выясни, не живёт ли там Анна Абу-Салем, и позвони мне! Если встретишь её – скажи, что в России с неё сняты все обвинения, пусть возвращается при первой возможности!

Я даже вздрогнула: вот так-так! Наша Аня в Бельгии? Вон куда занесло её…

– Да, Андрей, всё сделаю!

– Наденька, учти, это опасно! Я сейчас же сам вылетаю туда, но несколько часов тебе придётся действовать одной!

– Не волнуйся, Андрей, я справлюсь!

– Счастливо, Наденька! Береги себя!

Он разъединил, а я на секунду задумалась, как лучше ехать: самолётом, поездом или на машине? Самолёт снимается сразу: одна только проверка в аэропортах займёт кучу времени. Ехать на машине? Малейшая неувязка на шоссе – и я застреваю на несколько часов. Итак, поезд. Зайдём в Интернет, посмотрим подробности…

Ближе всего Северный вокзал. Цена билета до Брюсселя – тридцать два евро. Отход поезда – через час. А когда прибывает? Непонятно… Не важно, разберусь – ясно, что ехать недолго, каких-нибудь пару часов…

Не мешкая, я позвонила Вале:

– Валечка, привет! Мне только что Андрей звонил – Аня нашлась, я срочно еду к ней в Брюссель! Агентство запираю, ты за ним проследи, ладно?

– Да, конечно, Наденька! – живо ответила Валя. – Я попрошу Жака приглядеть! Езжай, счастливо тебе, береги себя!

Через несколько минут я уже ехала домой, прикидывая, какие вещи взять с собой. А ещё полчаса спустя подходила, с вещевой сумкой в руках и своей обычной сумочкой на левом плече, к первой платформе на Северном вокзале. Минут через десять прибыл мой поезд, и я вошла в пятый вагон. Моё место – седьмое. Осмотрелась: в вагоне шесть человек, в основном пожилые люди. Очень удобно, можно рассчитывать, что никто не пристанет. Я положила сумку с вещами наверх, на сетку, где место для багажа, а сумочку оставила при себе – там у меня более деликатные предметы, вроде паспорта и денег.

Если в первые минуты после звонка Андрея я надеялась приехать в Брюссель, заглянуть в нужную гостиницу, навести справки, позвонить шефу, дождаться его и сразу отправиться домой, то затем мой план изменился. Таскаться всю ночь туда-сюда через границу – зачем? Не проще ли снять номер в этом же самом отеле и всё выяснить как следует? Не исключено, что дежурная гостиницы мне ничего по поводу Ани не скажет – собственно, не обязана. Аня может там находиться под другим именем: и она опасается сюрпризов из России, и похитители заинтересованы замести следы. Однако фотографию Ани я видела и наверняка смогу её узнать. А позволят ли мне подойти к ней, заговорить? В общем, ясно: если она одна – подхожу и выполняю распоряжение шефа. Если при ней кто-то находится неотлучно и не подпускает посторонних – звоню шефу и слежу за нашей клиенткой, выжидаю подходящий момент. Не на цепи же её таскают. Если выясняется, что в указанном номере она не проживает – просто гуляю денёк по Брюсселю. Неотложных дел в Париже у меня всё равно нет.

От размышлений меня отвлекла весёлая компания – пятеро парней лет четырнадцати-шестнадцати, ввалившихся в наш полупустой вагон. Я сразу надела тёмные очки: в своё время Тани посоветовала мне это, чтобы меньше привлекать ненужное внимание. С первых же слов, произнесённых одним из парней, я поняла, что очки очень к месту: это были иммигранты, возможно, арабы, говорившие между собой на незнакомом языке. Пользуясь тем, что поезд двигался равномерно и почти без толчков, они принялись с гоготом носиться вдоль по коридору. Немногие пассажиры растерянно смотрели на весельчаков, и на лицах людей была написана надежда, что дальше этого развлечение не зайдёт.

Увы, надежды оказались тщетны. Попрыгав минут десять в проходе, они вдруг посерьёзнели. Самый низкорослый и тщедушный из них подошёл к старику с седоватыми усами, который сидел у двери, и заявил на ужасном французском:

– Сударь, мне срочно нужны деньги!

Старик смущённо посмотрел на парня, полез в карман, вынул кошелёк и вытащил из него монету.

– Сударь, вы не поняли? Мне нужны деньги, а не ваши подачки!

Тут я удивилась. Нищенство в поездах не редкость, и многие попрошайки ведут себя нагло, не ограничиваются просьбами, но пожелание этого парня звучало очень оригинально. Чего же он хочет-то?

– Кошелёк отдай! И часы тоже! – неожиданно пояснил вымогатель. Старик промедлил, и юный мерзавец ударил его по лицу. При звуке пощёчины все вздрогнули. Я поняла, что пора вмешаться, но для начала вынула мобильный телефон и набрала соответствующий номер.

– Полиция слушает!

– Алло, полиция! – громко произнесла я, и все в вагоне обернулись в мою сторону. – В поезде Париж-Брюссель группа хулиганов безобразничает, пристаёт к пассажирам и вымогает деньги и ценности!

– Что за поезд? – живо поинтересовалась моя собеседница.

– Не знаю, мы выехали с Северного вокзала двадцать минут назад!

– Хорошо, мадмуазель, мы сейчас примем меры!

Я разъединила и опустила мобильный телефон в сумочку. Компания весельчаков приблизилась ко мне, но как-то неуверенно.

– Ты куда звонила? – недовольно спросил самый здоровенный – вероятно, вожак.

– Почему это на «ты»? – недовольно возразила я. – Я с вами незнакома и знакомиться не собираюсь.

Парни озадаченно переглянулись.

– А ну, сними очки!

– Обойдёшься. – Во мне начала вскипать злость, я больше не надеялась, что проблем не будет, но рассчитывала, что сотрудник службы безопасности поезда появится с минуты на минуту.

– Может, ты расистка? – зловеще поинтересовался вожак. – Ты что-то имеешь против иммигрантов, арабов?

– Смотря каких. Если ведут себя нормально, никаких проблем.

– А мы, по-твоему, ведём себя ненормально? – заговорил тот, который вымогал деньги у старика. Судя по всему, моё нестандартное поведение сбило их с толку, и они пока не были готовы перейти от разговора к действию. Я же, со своей стороны, предпочитала свести все проблемы к беседе. По крайней мере, до того момента, когда появится кто-то вроде полицейского. В голову влезла мысль: надо было позвонить Жаку, он бы моментально заставил сотрудников этого поезда сделать то, за что они получают зарплату. Но нет, мысль неудачная – тогда бы Валя узнала о происходящем, а ей сейчас это менее всего нужно.

– А ты сам как думаешь? Требовать чужие деньги – нормально?

– Почему нет? Мне деньги нужны!

– Мне тоже, но я их не вымогаю, – нахально заявила я, справедливо рассчитывая, что эти типы ничего не знают ни обо мне, ни о моих банковских счетах.

– А мы разве вымогаем? Я просто попросил.